После смерти - Дин Кунц
Однако основная задача этого места — временно размещать людей, часто целые семьи, из других стран: людей, служащих движению «Новая истина», которых агентство хочет держать в Соединённых Штатах, не посвящая иммиграционные службы в их прошлое. Здесь им присваивают новые имена, дают биографии, которые надо выучить, снабжают документами, подтверждающими новую личность, и ставят на агентский оклад. В некоторых случаях им предоставляют услуги выдающегося пластического хирурга.
Оставив седан под защитой портика, Калафас поднимается по четырём ступеням и набирает свой девятизначный агентский идентификатор на клавиатуре у входной двери. Электронный замок отводит три ригельных засова; дверь распахивается, и он входит.
За безопасным домом присматривают Боб и Джой Клинк — у них здесь своя квартира. Узнав о его прибытии ещё тогда, когда он прошёл через ворота, они ждут его в вестибюле. Они знают Калафаса, но Боб всё равно изучает его служебное удостоверение, а Джой требует, чтобы он прошёл сканирование сетчатки портативным прибором.
— Если вам что-нибудь понадобится, дайте знать, — говорит Боб, и они уходят.
Калафас проходит в офис для приезжих агентов. Ему нужна рабочая станция, запрограммированная так, чтобы минимальным количеством нажатий получать доступ ко всем компьютерным системам, в которые АВБ установило незаметные руткиты. То есть — ко всем сколько-нибудь значимым системам федерального, штатного и местного уровня, а также к системам в частном секторе.
Он вынимает смартфон Вудбайна из кармана куртки, включает, вводит код доступа. Активирует связь с транспондером, который адвокат спрятал вместе со своими деньгами на побег, и на экране появляется карта окрестностей, но больше ничего не происходит. Может, транспондер умер.
Кладя на стол свой iPhone, чтобы подготовить его, он понимает: Мейс со своими необычайными способностями мог узнать имя агента, назначенного охотиться на него. Если у Мейса есть номер телефона Калафаса, он сможет отслеживать транспондер этого телефона. Через интерком Калафас вызывает Боба Клинка и просит принести новый iPhone из запасов безопасного дома, оговаривая, что он не должен быть зарегистрирован на него.
Боб поразительно расторопен. Через пять минут он приносит телефон — и освежающую бутылку любимого эля Калафаса.
— Мне ещё нужна машина из вашего автопарка — с отключённой навигационной системой, чтобы её нельзя было отследить. Мою служебную машину оставите здесь, пока я не вернусь за ней.
С помощью компьютера Калафас входит в спутниковую систему Министерства обороны, способную отслеживать любой зарегистрированный транспондер, и вводит номер, полученный от Вудбайна. Через минуту экран заполняет карта. Мигающая красная точка показывает автомобиль — и Майкла Мейса — на юге округа Ориндж: он мчится в сторону округа Сан-Диего, словно направляется к Мексике. Транспондер всё-таки активен; сбой был в приложении, связывающем его со смартфоном Вудбайна, или в самом телефоне. И всё же, пока Калафас смотрит, Bentley съезжает с межштатной автомагистрали и уходит вглубь материка по трассе штата — а так Мейс не поступил бы, если бы его целью была граница.
Система Министерства обороны способна непрерывно отслеживать несколько тысяч автомобилей одновременно. Калафас приказывает ей держаться на Bentley и до дальнейших распоряжений транслировать данные на его новый служебный iPhone. Карта, показанная на компьютере, теперь появляется и на маленьком экране телефона; красный маркер мигает. Он выходит из системы Министерства обороны и выключает компьютер. Оба телефона — новый и телефон Картера Вудбайна — он убирает в карман: смартфон Вудбайна он подбросит на труп Мейса.
В подвале оружейная безопасного дома находится за стальной дверью. Доступ открывается после ввода девятизначного агентского идентификатора на клавиатуре. Комната сорок на сорок футов — оружейная страна чудес. Он выбирает заранее собранный кейс: AR-15 и четыре снаряжённых магазина по двадцать патронов каждый, всё плотно уложено в формованный поролон, чтобы при переноске ничего не гремело. Может пригодиться пара самых современных очков ночного видения — как и устройство для вскрытия полицейских замков. Хотя он избегает мрачных мыслей, он берёт медицинский набор размером с ланч-бокс: рецептурные обезболивающие, антибиотики, противорвотные, коагулянты для ран, чтобы замедлять кровотечение, и прочее — то, что может пригодиться в стрессовой ситуации.
Машина на замену ждёт под портиком. Она тёмно-серая, а не чёрная, но в остальном полностью идентична прежней. Он ставит всё полученное на пол сзади. Сев за руль, заводит двигатель. Телефон он устанавливает в подстаканник так, чтобы видеть экран с картой и мигающим маркером. Игра началась; финал уже в поле зрения.
Мы окружены змеями
Алим и Куба без фонарика, но они уверены в своих звериных инстинктах, в хищных навыках. Они — мужики среди мужиков, тестостероновые шагающие версии семидесятитонного морского танка M1A1, как в том клёвом фильме: разносят к чертям любого тупого ублюдка или суку, кто окажется на пути, всё время прут вперёд, всё время берут территорию. Ночь их не пугает. И буря — тоже. Главное — двигаться дальше на юг, к концу сада, к захолустному городишке, который для Нины — единственная надежда на помощь. В любую минуту она с мальчишкой должны показаться впереди, шлёпая по грязи, — ни у неё, ни у него не хватит выносливости, чтобы убежать от преследователей.
Хотя вся древесина здесь мёртвая, сад напоминает Алиму джунгли в Сальвадоре — там он в последний раз был среди такого количества деревьев. Он человек бывалый. В Сальвадоре был дважды, в Колумбии — один раз, даже в Венесуэле. Когда-то главарь банды редко уезжал дальше, чем хватит на полбака бензина. Оставь свой район надолго — какой-нибудь идиот приберёт его к рукам, и потом придётся вырывать обратно, расплачиваясь кровью и деньгами. Теперь же мужику на месте Алима надо быть не только бойцом, но и дипломатом. Раз некоторым политикам и бюрократам выгодно открывать страну для ещё большего наркотрафика, банды из Центральной Америки работают повсюду — от пригородов до самой глубинки. Эти парни с мачете безумно жестокие, но даже они понимают: открытая война в бессмысленных разборках за мелкую территорию — плохой бизнес. Страна огромная и, по крайней мере в обозримом будущем, всё ещё достаточно богатая, чтобы прокормить несметные толпы трудолюбивых преступников. Чтобы в больших
