Удар приманки - Ник Картер
На втором этаже, в первой же комнате, Ник нашел то, чего боялся. Карл Кауфман лежал на полу с перерезанным горлом. Его лицо застыло в маске ужаса. Ник быстро осмотрел комнату — никаких следов Антона Лектора. Почему убили Кауфмана? Если врача здесь нет и не было, в чем смысл этой расправы?
Внезапно снизу донесся звук — кто-то выходил из дома. Ник бросился к окну, рванул раму, но старое дерево издало предательский скрип. Человек на улице вскинул голову, увидел Ника и, не раздумывая, выстрелил. Пуля разбила стекло прямо над головой агента. Неизвестный бросился бежать.
Ник выпрыгнул из окна, смягчив удар перекатом, и пустился в погоню. Преследователь был быстр и явно знал местность. «Если это тот самый убийца-курьер, то на этот раз роли поменялись», — мелькнуло в голове у Картера.
Погоня продолжалась пару кварталов, пока тишину не разорвал вой сирен. Ник вылетел на перекресток, но дорогу ему преградила полицейская машина. Несколько офицеров выскочили с оружием наготове. Перед ними был иностранец с пистолетом в руке, бегущий по улице, где только что совершено убийство.
— Стой! — крикнул один из них по-английски.
Ник мгновенно оценил ситуацию. Любое лишнее движение — и в него всадят обойму. Он замер и медленно поднял руки, держа «Вильгельмину» за ствол высоко над головой. Полицейские действовали жестко: обезоружили, заломили руки и защелкнули наручники. Все попытки объяснить, что он преследовал настоящего убийцу, разбивались о холодное «В машину».
Оказавшись на заднем сиденье, Ник мрачно смотрел в окно. Дело принимало скверный оборот. Но больше всего его беспокоила одна мысль: он безнадежно опаздывает на обед со Стефани.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Ника доставили в участок, но не стали сразу оформлять или снимать отпечатки. Его заперли в пустой комнате с двумя стульями и столом на добрых два часа. За это время Ник восстановил картину случившегося: пока он осматривал второй этаж, настоящий убийца вызвал полицию, рассчитывая, что Ника возьмут с поличным. Но зачем? Если это «курьер-убийца», зачем ему Ник в тюрьме? Возможно, его просто хотели вывести из игры любым способом.
Размышления прервал звук замка. В комнату вошел невысокий седеющий мужчина с небольшим брюшком — суперинтендант Отто Вильгельм Райнер. В руках он держал бумажник Ника.
— Вы американец, — утвердительно сказал Райнер. — Это нетрудно заметить. — У вас в кошельке удивительно мало документов, мистер Френч. Ник Френч, — Райнер начал кружить по комнате. — Вы знакомы с Карлом Кауфманом? — Нет, — без колебаний ответил Ник. — Но сегодня утром вы были у него дома. И мои люди видели, как вы бежали оттуда с пистолетом в руке. Зачем? — Я преследовал человека. Он вышел из дома Кауфмана и выстрелил в меня. Это всё, что я знаю.
Райнер хитро улыбнулся: — Очень проницательно. Мистер Кауфман мертв. В него стреляли, и пуля совпала с вашим пистолетом. Ник даже не моргнул: — В таком случае мне пора поговорить с представителем консульства. Райнер несколько секунд изучал Ника, а потом признался: — Пожалуй, в этом нет необходимости. Я солгал. В Кауфмана не стреляли — ему перерезали горло.
Ник изобразил облегчение, хотя внутри оставался напряженным. Он объяснил, что зашел «просто поздороваться» по просьбе общих знакомых из США. Райнер, хоть и не поверил до конца, признал, что его люди видели второго человека, но решили ловить того, у кого в руках было оружие.
— Вы можете идти, мистер Френч, но, пожалуйста, оставайтесь в городе, — сказал суперинтендант. Ник встал и забрал бумажник. — Я бы хотел вернуть свои сигары. Райнер достал из кармана серебряные футляры. Когда Ник пересчитал их, сердце пропустило удар. — У меня было шесть, — холодно заметил он. — Действительно? — Райнер нахмурился, пересчитывая трубки в руке Ника. — Кажется, сейчас их только пять. Видимо, одну вы выкурили и забыли.
Ник кивнул, не желая привлекать лишнего внимания к вещам, и убрал трубки в карман. Но его главная проблема осталась в полиции. — А что насчет моего пистолета? — О, его я вынужден оставить у себя. Не вижу причин, по которым вам нужно носить оружие в моей стране. От кого вы защищаетесь? — От таких людей, как тот, кто убил Кауфмана.
Райнер проводил его до выхода, еще раз напомнив, чтобы Ник не покидал Женеву без предупреждения. Оказавшись на улице и скрывшись из виду, Ник первым делом вытащил сигарные футляры. Он выдохнул с облегчением: та самая трубка, что была чуть длиннее остальных, осталась у него. Пломбы на всех пяти были целы. Видимо, полицейский, стащивший шестую, просто решил насладиться хорошим табаком.
Однако теперь Ник был почти безоружен. Без «Вильгельмины» он чувствовал себя голым. Одного стилета «Хьюго» было недостаточно для встречи с профессиональным убийцей. Он поймал такси и бросил водителю: — В американское консульство.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Человек в консульстве, к которому привели Ника, по документам числился заместителем помощника госсекретаря по каким-то второстепенным вопросам. Однако у Ника были свои соображения на этот счёт. Похоже, у суперинтенданта Райнера — тоже.
— Райнер звонил сюда сразу после того, как вас замели, — сообщил чиновник. Его звали Дэвид Мэннерс. Несмотря на скромную должность, его настоящие обязанности были известны лишь ему самому и паре высокопоставленных лиц в Лэнгли, штат Вирджиния. — Он хотел знать, какого черта ЦРУ устраивает стрельбу в его городе, — пояснил Мэннерс. — ЦРУ? — переспросил Ник. — Именно. Но вы ведь не из ЦРУ, верно, мистер... — Вы тоже не просто турист на госслужбе. — Допустим. — Тогда слушайте сюда. Я не знаю вашего реального статуса, Мэннерс, и какой у вас уровень допуска, но позвоните по этому номеру.
Ник взял со стола листок бумаги, карандаш и быстро набросал прямой вашингтонский номер. — И когда закончите, верните мне мой пистолет. — Вот так просто? — Мэннерс с сомнением посмотрел на цифры, но уже потянулся к трубке. — Именно. Позвоните мне в отель, когда всё уладится, — бросил Ник и вышел, не дожидаясь продолжения дискуссии.
Поймав такси, он поехал обратно в отель. Нужно было найти Стефани и как-то объяснить своё долгое отсутствие. К этому моменту она наверняка была уверена, что он бросил её и сбежал. Что ж, будь он на её месте, он подумал бы точно так же.
Он надеялся, что она хотя бы даст ему шанс объясниться за ужином.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Ник направился прямиком к себе и постучал в смежную дверь.
