Королевы детектива - Мари Бенедикт
Королевы обступили меня плотным кружком, и я поймала себя на мысли, что в жизни не ощущала себя столь защищенной. Пожалуй, даже в детстве, когда была в семье единственным избалованным ребенком, которому все неизменно потакали и которого всячески поощряли. Сей трогательный момент, однако, прервало дребезжание фарфора, и женщины отступили, явив моему взору застывшего в дверях Мака с чайным набором на подносе.
Но прежде чем отойти, Агата прошептала мне на ухо:
– Мы добьемся справедливости, Дороти, – для вас и для Мэй.
– Дороти? – зовет меня муж, и я возвращаюсь из спутанных воспоминаний в настоящее. Как ни противоречиво это звучит, время с тех пор шло одновременно быстро и медленно. – Ты приляжешь на диване или пройдешь в спальню?
Я поворачиваюсь к своей добросердечной кузине и встречаю ее внимательный и серьезный взгляд. Что бы я только без нее делала! Родная сестра по духу. Товарищ в юности. Спасительница в зрелости.
– Как тебе будет удобнее, Айви.
– Как будет удобнее тебе, моя дорогая сестренка! – Она направляется через гостиную к лестнице.
Сайдлингс, принадлежащий Айви традиционный коттедж из котсуолдского камня, располагается в сельской местности Оксфордшира, естественно вписываясь в окружающий древний лесной ландшафт. Подобная органичность присуща и интерьеру, с его стопками книг в кожаных переплетах, оставленных в местах чтения, и расставленной вразброс удобной мягкой мебелью, каковая приобреталась без какой бы то ни было системы, но все же вполне отвечает остальной обстановке. Что-нибудь именно в таком духе мне и хотелось бы создать с Маком в Эссексе. Теперь, когда я больше не работаю в рекламном бизнесе, возможно, у нас появится время заняться обустройством собственного дома.
– Как мне кажется, внизу я буду причинять гораздо меньше хлопот, не так ли? – отзываюсь я.
Айви кивает, торопливо подходит к серовато-розовому расшитому дивану и раскладывает на одном его конце подушки.
– Так сойдет?
– Просто идеально. И пожалуйста, хватит уже со мной носиться. Через день-другой я буду в полном порядке, а у тебя скоро дети возвращаются из школы, – отвечаю я, хотя виски у меня пульсируют болью.
– Все так и есть, Айви, – подхватывает Мак. – Врач говорит, что Дороти всего лишь нужно немного отдохнуть, и, не успеем мы и глазом моргнуть, как она снова возьмется за свои выходки. Если бы не удар по голове, она могла бы оставаться на нашей квартире, пока я не вернусь из командировки, но из-за этой травмы врач настоял, чтобы до тех пор кто-нибудь постоянно находился рядом с ней.
– Да я только рада оказать услугу милой Дороти, – отмахивается кузина, хотя всяческих «услуг» она и без того уже оказала мне больше, чем от кого-либо можно было бы требовать. И меня терзает неимоверное чувство вины, что я вновь пользуюсь ее добротой, пускай и всего лишь на несколько дней.
Устроившись на диване, я улыбаюсь Айви:
– Оглянуться не успеешь, как я уже исчезну. Лекарства лучше, чем пара денечков за городом, и не придумаешь. Особенно в такой чудесной компании. Ну просто бальзам на душу!
Айви усаживается рядом в аляповатое викторианское кресло серовато-коричневого цвета, несомненно подаренное ей соседями побогаче, которые купили себе современную мебель. А вот Мак, как я замечаю, и не думает устраиваться где-либо. Но он ведь обещал остаться на ужин. И почему же тогда муж стоит, как будто собирается уезжать прямо сейчас? Я понимаю, дела зовут, но это ужасно грубо с его стороны. В особенности с учетом того, что вот-вот вернутся дети, а я взяла с Мака обещание, что он обязательно повидается с ними.
Как раз в этот момент откуда-то из задней части дома доносятся шаги и гомон детских голосков. Несмотря на физическую и душевную слабость, не оставляющую меня с самого происшествия, я немедленно прихожу в возбуждение.
Делаю попытку встать, однако на плечо мне ложится рука Айви, крепко удерживая на месте.
– Они уже вернулись из школы?
– Да, будут здесь с минуты на минуту. Не напрягайся, милая.
– Что ж, Дороти, ты как будто устроена, так что я, пожалуй, поеду, – внезапно объявляет Мак и направляется к двери.
Да как он смеет?
– Уверен, что не можешь задержаться? А мне казалось, ты согласился остаться на ужин, – говорю я, отчаянно стараясь, чтобы мои слова не прозвучали как нытье. И все же я ужасно расстроена. – Может, хотя бы с детьми поздороваешься?
При слове «дети» выражение лица мужа разом меняется, и я знаю почему.
– Это же займет от силы пару минут! – уже упрашиваю я его. Однако Мак упрямо качает головой, и тогда я и вовсе взмаливаюсь: – Ну пожалуйста! Ты же обещал!
Взявшись за ручку, он бросает через плечо, даже не удосужившись развернуться:
– Новости не ждут, как говорится!
– По-моему, это время не ждет! – нахожу я в себе силы исправить крылатое выражение.
Однако Мак уже захлопнул дверь, и буквально через несколько секунд во дворе оживает автомобильный двигатель.
Со слезами на глазах поворачиваюсь к Айви. Но плакать некогда: в гостиной тем временем слышатся шаги, и вот он уже здесь. Мой сын.
Глава 35
13 апреля 1931 года
Оксфордшир, Англия
Если какой-нибудь женщине доведется попасть в сложную жизненную ситуацию, вроде той передряги, в какую в январе 1924 года угодила я сама, то пусть ей посчастливится иметь кузину вроде Айви. Кузину, которая с самого начала взяла на себя роль беззаветно преданной и любящей старшей сестры, даже лучше родной. Кузину, которая всегда по мере сил оказывала мне безоговорочную поддержку и помощь, независимо от серьезности ситуации. Кузину, которая сделала делом своей жизни давать приют осиротевшим и нежеланным детям, любя их, словно родная мать, и заботясь о них, как о своих собственных.
Потому что именно это Айви и сделала для моего сына, Джона Энтони. Моего золотца. Внебрачный ребенок – вот в чем заключается моя тайна.
– Джон! – радостно восклицаю я и раскрываю объятия.
– Тетя Дороти! – вопит он, мчась ко мне. Так Айви объясняет ему наше родство. Пока, во всяком случае.
Джон обвивает меня ручонками, а я прижимаю его к себе, и этот ритуал мы повторяем на протяжении каждого из трех дней моего пребывания в Сайдлингсе. Я считаю минуты до окончания школьных занятий, и, когда слышу, как с грохотом открывается дверь
