Берег суровых штормов - Сергей Иванович Зверев
Три катера отвалили от деревянного временного пирса и пошли к выходу из бухты. Суденышки подпрыгивали и падали среди небольших волн, разбрызгивая соленую пену. Но вот показался выход из бухты, и каждый понял, что сейчас начнется самая страшная болтанка. Высокие волны скрывали один катер от другого, а через несколько минут скрывали уже и сам остров. Ньюман на переднем катере почти не отрывал глаз от компаса, пытаясь вести суда в нужном направлении. И теперь стало понятно, что сделать это будет сложно, если не утихнет волнение.
Американцы шли первыми. Их катера, низкие и широкие, с мощными двигателями, подпрыгивали на волнах и через мгновение падали в водяную яму между волнами. Руки спецназовца, управлявшего катером, сжимали штурвал с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Он не вел катер – он боролся с ним, постоянно подруливая, чувствуя, как винт на миг срывается в воздух, с воем пробуксовывает и катер, теряя управление, стремится лечь бортом на встречную волну. Брызги, как соленые плети, хлестали по щекам, слепили глаза.
Катер с советскими спецназовцами шел следом, держась чуть левее. Давыдов чувствовал, как с глухим стуком и вибрацией корпус катера принимал удары на себя. Невольно думалось, что еще один такой страшный удар – и раздастся треск ломаемых перегородок, вода хлынет внутрь и суденышко мгновенно зароется в воду носом и пойдет ко дну. Лейтенант Новицкий стоял, расставив ноги, впиваясь взглядом в линию горизонта, которую то и дело скрывал вздымающийся водяной горб очередной волны. Спецназовец не смотрел по сторонам. Он не отрывал глаз от водной поверхности перед катером, где мелькали суденышки американцев, и старался вести катер перпендикулярно волне. Он управлял умело, скорее даже инстинктивно переносил тяжесть, гасил крен, ловил момент для подхода к следующей волне. Прошло около часа, и каждый из спецназовцев уже пытался уловить новые звуки – зловещий гулкий грохот волн о скалы, звуки прибоя.
Цель была близка. Андрей посматривал на часы, прикидывая скорость катеров, сопротивление шторма. Он то и дело вытягивал шею, пытаясь разглядеть что-то, кроме волн. И вот над водой он заметил темное пятно, потом черный зуб, вонзившийся в хмурое небо. Остров появился неожиданно. На головном катере Ньюман повернулся и, скрестив над головой руки, приказал остановиться. Очень трудно было сблизиться катерам, но все же спецназовцы справились с этой задачей, и минут через десять два катера соединились.
– Это он! – крикнул американец. – Бухта там, с подветренной стороны, но я думаю, что соваться открыто в бухту не стоит. Они нас сразу заметят!
– Придется высаживаться где-то здесь, где берег хоть немного пологий, – согласился Давыдов.
Оба командира понимали, что подход к острову очень опасен. Дно на мелководье было усыпано невидимыми кинжалами – подводными рифами и камнями, которые в такую погоду обнажались лишь на секунду, в клочьях бешеной пены, чтобы тут же скрыться под очередным водяным валом. Полосу прибоя было хорошо видно, и только за ней открывалось метров пятьдесят относительно чистой и спокойной воды. И вот этот барьер предстояло преодолеть трем катерам.
Андрей поднялся в полный рост и, придерживаясь рукой за ветровое стекло, стал указывать в сторону берега, где, ему казалось, есть проходы между камнями, где могут проскочить катера. Но увы, и это могло быть ловушкой. В таком бурном прибое очень трудно найти лазейку. Но все равно нужно было рисковать. Сейчас, в этой непонятной ситуации с похищением судна, на счету был каждый час.
Катера сблизились, шли почти крыло в крыло. Сквозь шлемы и грохот стихии спецназовцы ловили взгляды друг друга. Никаких слов. Только кивок. Только сжатая в кулак рука, поднятая вверх. Они понимали друг друга с помощью жестов. Понимали, что сейчас их жизни зависят не от меткости стрельбы, а от хлипкого корпуса под ногами и остроты глаз человека на носу. На «американском» катере вперед выдвинулся боец с эхолотом, но его показания бешено прыгали, сбиваясь с толку от кипящей воды и резких перепадов глубин. Прибору верить было нельзя. Только инстинктам. Только опыту.
Все ближе и ближе полоса кипящей воды – широкий пояс пены, растянувшийся между двумя выступами берега. Это был вход. И он был усеян опасностями. Справа черный, скользкий камень, похожий на спину гигантского кита, на мгновение обнажился, и по нему с шипением прокатилась волна, разбиваясь в миллиарды соленых брызг. Слева – бурун, крутящийся в бешеном танце, означавший, что там подводный риф. Новицкий резко дал руль влево, уводя катер от «кита». Катер накренился, волна перехлестнула через борт, ледяная вода хлынула внутрь. Американец на соседнем катере, увидев маневр, крутанул штурвал вправо, ведя свой катер по более крутой, но, как ему показалось, чистой струе. Сердце колотилось где-то в горле. Каждое нервное окончание кричало об опасности.
Они вошли в полосу прибоя, и их тут же выбросило назад, страшный камень появился из-под воды, и пришлось отворачивать, уходить назад. Теперь катера не шли – их бросало. Волны не качали, а швыряли их из стороны в сторону. Винты оглушительно ревели, цепляясь за воздух. Рулевые почти не видели пути – только мелькающие гребни волн, летящую пену и зловещие темные пятна под водой, проступавшие на секунду. Камень! Прямо по курсу! Американец на катере Ньюмана инстинктивно рванул штурвал на себя, катер дрогнул, и они пронеслись в метре от черной громады, едва не задев ее днищем.
Пришлось отходить назад и снова подтягивать друг к другу два катера. Спецназовцы, мокрые, со злыми лицами смотрели на остров, который никак не поддавался – не подпускал к себе. Каждый уже начинал подумывать о том, чтобы атаковать прямо в лоб, проскочить в бухту и сразу брать балкер на абордаж.
– Ничего не выйдет! – крикнул Ньюман. – Людей погубим.
– Всем вместе не получится. Незачем рисковать всем, – ответил Давыдов, и американец посмотрел на него, не понимая.
– Нужна связь с командором, – покачал американец головой.
– Время упустим, Пол, время! – напомнил Андрей, хватаясь за борт катера. – Есть предложение! Мы с тобой вдвоем рискнем пробиться через прибой, а людей отправляем назад на пункт наблюдения. Будет связь, тогда твои доложат о ситуации. Согласен?
– Вдвоем? – Американец смотрел на русского майора то ли с недоумением, то ли с восхищением. – А если нам повезет пробиться, мы вдвоем будем захватывать балкер?
– А что, не сможем? – улыбнулся Андрей. – Не оставлять же нам Сильвию в беде!
– Ты авантюрист, Андрей! – вдруг оскалился Ньюман. – Но мне это в тебе нравится. Пойдем
