Нелепая история - Луис Ландеро
На протяжении восьми или десяти дней я возился с рассказом. В школьной версии он назывался «Мои маленькие друзья», теперь я переозаглавил его в «Моя малая фауна». Я колебался, приводить ли мне текст здесь, но потом решил все-таки включить (хотя многим злопыхателям, и главному из них, доктору Гомесу, он может показаться нелепым и послужить поводом для насмешек надо мной), потому что этот рассказ помогает лучше понять и произошедшее, и меня.
32
МОЯ МАЛАЯ ФАУНА
Это история о животных, которые живут у меня дома, моих маленьких тайных друзьях. А еще об обыкновенной крысе, которая хотела стать домашним животным. Если это удалось собакам, кошкам, змеям, хомякам (которые, по сути, ничем не отличаются от крыс), ящерицам, минипигам, лемурам, капибарам, белкам (которые, кстати, тоже относятся к грызунам), не говоря уже о ежах, лягушках и жабах, черепахах, улитках и многих, многих других, то почему бы и крысе не стать домашним животным, хотя бы экзотическим? Чем крысы хуже других? Это стало ее мечтой. Она представляла себе семью, которая возьмет ее в дом и будет любить. Воображала, как ей дают кличку, и перебирала имена, одно краше другого: Толстушка, Леди, Усик, Мерилин, Анабелла. В своих мечтах крыса сидела на коленях у какого-то мальчика и смотрела с ним телевизор, слизывала с тарелки остатки йогурта или мороженого, отправлялась на прогулку с поводком и ошейничком, спала, свернувшись клубочком, на подушке в собственном домике, играла с хозяевами, которые гладили ее и кормили вкусняшками… Такой представлялась ей ее мечта. Жила крыса в подвале одного дома. Вообще, в любом доме в подвале обязательно обнаружится крыса. Иногда кажется, что их распределяют по подвалам, как чиновников, при этом некоторые из них еще только учатся своему ремеслу, другие уже проходят практику, а третьи приняты в штат.
Таракану тоже хотелось стать домашним животным, но и крыса, и таракан знали, что это невозможно и никогда не случится. Слишком уж сильной была вражда между этим насекомым и человеком. Человек ненавидел крысу и таракана, и они отвечали ему взаимностью и мечтали, что когда-нибудь случится ядерная война, которая уничтожит человечество, и на свете останутся только крысы, тараканы и другие маленькие животные, вынужденные вечно прятаться от человека и бегать от него. Я, как и они, тоже ненавижу человечество и совершенно не расстроюсь, если начнется война, которая покончит с нами. Слишком уж мы эгоистичный, разрушительный и жестокий вид.
Это история крысы, живущей в подвале моего дома, и животных, обитающих у меня в квартире, точно таких же, как те, что живут у человека дома по всему миру. Это история моей малой фауны и, отчасти, история моей жизни. Моя малая фауна — это паук, таракан, три муравья, жук, мотылек, два термита, маленькая многоножка, две чешуйницы и лангуст. Это те, кто, скажем так, состоит у меня в штате. Есть и другие, приехавшие погостить или просто попавшие в наш дом по пути в другое место. Когда я говорю, что они направлялись в другое место, это не пустые слова, я ничего не говорю просто так. Малая фауна всех домохозяйств Испании, да и всего мира очень организованна. У нее существует свое подобие государства с мощной бюрократией, в котором ведется перепись населения, регистрируются смерти, рождения, родственные связи, место распределения и все переводы. Все это, разумеется, держится в страшном секрете, чтобы люди не пронюхали об этом и не уничтожили архивы. В Мадриде, например, есть центральное управление, которое следит буквально за всем. В нем хранится картотека с данными каждого из представителей малой фауны города. Записями, как правило, ведают пауки. У них отлично получается писать каллиграфическим почерком. Управление это располагается на улице Пес, а где конкретно, говорить я не буду, чтобы не подвергать его опасности. Там хранятся архивы с историей всей малой фауны за многие годы.
Самой большой бедой и горем малой фауны является непонятость: ее никто не любит, все ненавидят, гонят, преследуют. Веками ее представителей уничтожают, травят ядами, на них ставят ловушки. Их жизнь — это война, вечная война, ежедневная и ежечасная. Но я все отлично понимаю, потому что могу поставить себя на их место и в чем-то похож на них. Меня тоже преследуют, ненавидят и травят, я тоже постоянно живу в состоянии войны с ближними. Поэтому мы с малой фауной дружим. В глубине души я знаю, что мое место среди них, вот моя настоящая семья, мои единственные друзья, и больше всего на свете мне хотелось бы стать маленьким, крошечным, чтобы навсегда поселиться с ними. С ними и с крысой, потому что моя малая фауна и крыса отлично ладят. Иногда крыса приглашает их к себе в гости в подвал, иногда сама перебирается наверх, но только когда люди, то есть мои родители, не дома или вся семья уезжает в отпуск. Когда я дома один, крыса приходит к нам совершенно свободно. Мы здороваемся с ней, болтаем о том о сем на своем языке. С ней не бывает никакого недопонимания, столь хорошо известного мне по общению с людьми. Повторю: столь хорошо известного мне.
Кто-то спросит: «А какое отношение к малой фауне имеет лангуст?» Сейчас расскажу. Я спас его на какой-то свадьбе. Он уже начал вариться в кастрюле с другими лангустами, когда я случайно зашел на кухню и увидел, как бедолаги корчатся и кричат от боли. Мне стало их жаль, и я решил спасти хотя бы одного. Схватил своего лангуста за усы и вытащил из кастрюли, пусть и немного обваренным. Рядом стоял бак с морской водой для перевозки свежих лангустов, я нашел какую-то посудину, зачерпнул в нее воды из бака и посадил туда своего спасенного, надеясь, что он выживет.
Мне очень нравятся животные, гораздо больше, чем люди. Если бы мне предстояло опасное путешествие и требовался надежный товарищ, я бы точно предпочел животное человеку. Ни одно из
