Свет любви и веры - Коллектив авторов
В дверь постучали.
– Да!
Это был Айдин.
– Ты из лицея?
– А что случилось?
– Звонил отец одного из твоих учеников. У него к тебе дело.
– Какое именно?
Айдин пожал плечами. Вышел из комнаты, потом добавил из коридора:
– Мама ушла, сказала: ужин в холодильнике, сами грейте.
– И зачем ты мне это говоришь?
Он ничего не ответил.
Я села за стол. Николас прислал мне статьи о кино. Я прочла его письмо и бегло просмотрела одну статью. В конце письма он написал: «Я очень люблю Спасителя, но чувствую, что эта любовь какая-то бледная. Как ты думаешь, с чего мне нужно начать?»
Я послала ему открытку и поздравила с Рождеством. Распечатала присланную им статью. Выключив компьютер, легла со статьей на кровать.
Уже совсем стемнело, и я могла лишь разглядеть заголовок: «Годовая прибыль в Голливуде». Положила листки и провела рукой по всё еще влажным волосам. Мне уже довелось перевести несколько статей о Спасителе Иисусе. Его распяли на кресте. Зачем Ник упомянул о своей любви к Спасителю? Я должна была спросить. Спрошу в следующем письме. А при чем тут «бледное – яркое»? Уже не помню…
Я взяла одеяло и легла перед обогревателем.
* * *
Я очень старалась говорить, не повышая голоса.
– Но вы можете объяснить, в чем претензии ко мне?
– Наша работа, ханум, требует очень специализированных знаний. Нас не может удовлетворить приблизительность. А вы для такой работы еще слишком молоды. Куда вам так торопиться, у вас времени полно в жизни!
Он указал на стакан с чаем:
– Прошу вас, пейте!
– Уважаемый господин, – ответила я, – перевод романа отнюдь не требует специализированных знаний. Тем более, я перевела множество узкоспециальных статей: о спорте и кино, о музыке и Бог знает, о чем еще… Что только не переводила, но если проблема в моей молодости, то так и скажите, мол, перевод этого романа…
В дверь постучали, и я замолчала. Покосившись на меня, он сказал громко:
– Войдите!
Дверь приоткрылась, и женский голос произнес:
– Дорогой дядюшка, извините, что помешала…
– Войди внутрь!
Молодая женщина вошла. Я сидела спиной ко входу в кабинет и не повернулась к ней.
– Дядюшка, господин принес вот это и просит подписать немедленно…
– Дай я посмотрю, – сказал издатель.
Молодая женщина, подойдя к его столу, отдала ему листки и ожидала. Она очень напоминала мне Лейлу. Накидка с платком, брюки, спортивные туфли бежевого цвета. Повернувшись, скользнула по мне взглядом, и я встала и воскликнула:
– Лейла!
Тут и она меня узнала и улыбнулась:
– Ага, подруженька! А ты что тут делаешь?
Она обняла меня и поцеловала.
– Выходит, твой дядя – издатель, – сказала я, – а ты об этом ни гугу? – Я посмотрела на ее дядю, листавшего документы.
– Дорогой дядюшка, – объявила Лейла, – это Негар, моя лучшая подруга. И блестящая переводчица!
– А вот у дяди твоего другое мнение, – возразила я.
Лейла перевела на него взгляд.
– Господин издатель считает, что моя работа пока незрелая.
Лейла положила руку мне на плечо.
– Переводы Негар безупречны. Наверное, она не сказала вам, дядя, как много ее статей об Иране и о нашей культуре появилось в иностранных журналах?
Дядя Лейлы поднял глаза.
– Вы должны мне об этом рассказать! – Он посмотрел на меня внимательнее. – Я хотел бы взглянуть на эти статьи. Наверняка эта ваша работа превосходит по качеству то, что обычно печатают о нас в западных журналах.
Я хотела ответить ему, но Лейла хлопнула в ладоши и воскликнула:
– Вот спасибо, дядюшка! – Потом она схватила меня за руку и добавила: – Пойдем-ка, расскажешь мне, что за работа у тебя здесь…
Между тем ее дядя подписал документы.
– Лейла, возьми, пожалуйста!
– Слушаюсь.
Она взяла подписанные бумаги, и мы вместе вышли из кабинета. Лейла отдала документы мужчине, сидящему на стуле. Он встал, убрал их в папку, которую держал в руках. Попрощавшись, ушел.
Лейла сделала глубокий вдох и громко спросила меня:
– Так что вы, девушка, делаете здесь?!
Я покачала головой:
– У всех есть дружеские связи, и у меня, выходит, тоже?
Я села на стул, она – рядом со мной. Обняла меня, вновь поцеловала и объявила:
– Клянусь, тут нет моей вины. Дядя запретил мне об этом рассказывать. Говорит, твои подружки без опыта работы убьют меня своими сырыми рукописями.
Взяв меня за подбородок, она повернула к себе мое лицо.
– Ну как? Принимается?
– Что принимается? Извинения твои? Да; но только в том случае, если это не повторится. – И я продолжала, уже повысив голос: – Ты сумасшедшая: я бьюсь, как рыба об лед, в поисках издателя, а ты… ты…
И я рассмеялась. Лейла встала и спросила:
– Чем тебя угостить? Как насчет «Нескафе» с молоком?
Я кивнула, и она исчезла за поворотом коридора.
– А кем ты здесь, собственно, работаешь? – крикнула я ей вслед.
Открылась дверь, и выглянувший в коридор мужчина негромко заметил мне:
– Простите, но мы здесь договор подписываем. Если бы можно было…
– Извините, пожалуйста, я не знала…
Он закрыл дверь. Лейла отвечала мне громким голосом, и я пошла в ту сторону.
– Ты где? – негромко спросила я.
– Здесь! – она высунулась из открытой двери.
Я вошла в кухню. Она в двух кружках смешала кофе «Нескафе» с молоком и протянула мне одну из них.
– Итак, кем ты здесь работаешь?
– Секретарша в некоторые дни не может приходить, и я ее заменяю. – Подмигнув мне, она добавила: – Для моего будущего это неплохо. Понимаешь меня? Пей давай.
Я посмотрела на свою кружку.
– Вчера вечером твой мобильный не отвечал, – продолжала Лейла. – Я позвонила к тебе в лицей. Там сказали, что тебя не будет до конца недели.
– Кто сказал?
– Тот самый. Кстати, ты дала ему ответ?
Нахмурившись, я спросила:
– Этот мерзавец всё еще думает, что я вернусь?
Лейла встала напротив меня:
– А что у вас, вообще говоря, произошло?
Я поставила кружку на стол и вместо ответа спросила:
– В конце-то концов, что там делает твой дядя?
И я пошла к выходу из кухни. Лейла за мной.
– Негар! Позволь, я взгляну.
Но я уже была в коридоре и стучала в дверь его кабинета. Поправив платок, открыла эту дверь.
– Заходите, – сказал он.
Я вошла и спросила:
– Итак, мы подписываем договор?
Его глаза округлились. Улыбнувшись, я добавила:
– Постарайтесь изменить ранее сделанные вами неверные выводы. Вы можете положиться на качество моей работы. Роман – это самое простое из
