Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

и был в полузабытьи. Как сквозь сон, я видел лицо склонившегося надо мной медика, который как мантру повторял: «Все будет хорошо! Не отключайся! Ты выживешь!» После укола, который он мне поставил, я окончательно отрубился.

Придя в себя, я увидел медсестру в белом халате и марлевой повязке на лице. Поверх повязки на меня смотрели ласковые серые глаза.

— Где я?

— На пещерах, в медпункте. Тут у нас сейчас госпиталь хороший. Тебе все сделали. Специально сосудистого хирурга вызывали. Как самочувствие?

— Нога сильно болит, — попытался я пошевелить пальцами на ноге и не смог. — Что там с ней?

— Тебе ее ампутировали.

— Что сделали? — не сразу разобрав слово, переспросил я и приподнялся на локтях.

— Отрезали. Ничего нельзя было сделать, — развела она растерянно руками.

Я приподнялся на локтях и увидел, что ноги действительно не было. «Как я теперь жить буду? Без ноги? Кому я теперь такой обрубок нужен буду?» — затопили меня мысли, и я почти завыл от досады.

— Тебе поспать нужно, — твердо сказала она. — Давай, я тебе укол сделаю? — спокойно прошептала она и поставила мне приготовленный загодя укол. Через минуту я уснул, провалившись в черную спасительную пустоту, в которой не было ничего: ни Бахмута, ни госпиталя, ни мыслей о ноге…

Проснувшись, я тут же вспомнил про медсестру и, не понимая, приснилась она мне или была реальной, приподнялся на локтях и посмотрел вниз. Ноги не было. Волна тоски, страха и злости прокатилась по всему телу.

— Блять! Где моя нога?! — заорал я. — Я помню, что доктор мне обещал, что все будет хорошо! Зачем вы мне отрезали ногу?! — орал я.

— Тихо! Тихо, братан! — стал успокаивать меня Химия, который лежал на соседней койке.

— А ты тут откуда? — ошалело посмотрел я на него.

— Ваш отход прикрывал, и прилетело что-то. Вот, руку чуть не оторвало! — показал он мне перевязанную руку.

— Но не оторвало же! Где эти, сука, врачи, которые мне ногу отрезали? Когда меня сюда тащили, наш медик сказал: «Ногу спасут!»

Ко мне прибежали несколько медиков и стали мне объяснять, что не было другого выхода. Что они специально для меня вызвали сосудистого хирурга, который ехал какое-то время, а по приезде сказал, что спасти ногу не вариант. Или я вытеку, или нужно срочно зашивать сосуды.

— Отвоевались мы с тобой, братан, — простонал с соседней койки Химия. — Хули, бывает…

— Так не должно быть! Не должно!

80. Ольга. 1.2. Выход из Бахмута

Мы сидели и ждали трех часов, когда по радио «Республика», которое мы могли поймать, должны были передавать новости. Радио было единственной связью с внешним миром, которая еще оставалась. Еще три недели назад мы узнали, что бои идут в районе стадиона «Авангард», куда в мирное время я доходила за пять минут. Но дни шли за днями, а бои все продолжались. По дому, ставшему похожим на голландский сыр, постоянно прилетало, выходить наружу стало смертельно опасным мероприятием. Одна из плит висела на арматуре и наших молитвах, грозя обрушиться от очередного прилета и проломить потолок подвала. Радио, как и эта плита, держалось на соплях и скотче. От прилетов оно несколько раз падало и разбивалось, но всякий раз нам удавалось восстановить его. Мы установили его на первом этаже, над нашим подвалом, а антенну вывели на второй этаж, где была огневая точка ВСУ.

— Ма, я проползу, послушаю, что нового, — сказал Влад, когда на часах было без пяти три.

— Может, не нужно? — слабо запротестовала я. — Уж очень опасно там.

— Я осторожно.

— До радио и обратно!

Я понимала, что совсем без информации нам было туго, эти новости были отдушиной, которая поддерживала надежду на скорое освобождение. От отсутствия понимания, что происходит, возникало очень тревожное состояние: «Сколько еще? Когда это закончится? Получится ли у «Вагнера» дойти сюда?» А когда мы получали хоть какие-то скудные крохи информации, мы воодушевлялись и находили силы прожить еще один день.

Через двадцать минут, в течение которых я беспрерывно молилась, Влад вернулся. Мы сидели на нашей импровизированной кухне и готовили еду.

— Ну, что там? — спросила я.

— Стрелкотня совсем рядом. Прямо по стенам прилетает. А в новостях неопределенно все. Продвигаются.

— Ну хорошо, — кивнул муж, — скоро, значит, будут. Оля, дай в честь этого мне сигаретку одну? — ласково посмотрел он на меня.

— Нет! Ты же знаешь, что у нас и так мало сигарет и я их смешиваю с чаем, чтобы растянуть на подольше! — помотала я головой.

— Да просто одну сигарету! Хочется чистого табака покурить!

— Да этой пачке «Стюардесса» сто лет в обед! Еще из СССР родом. Табак весь запрел давно. Его курить-то можно только в козью ногу завернув с чаем! Мне не жалко… Но ты же обрыгаешься!

Не успел он возразить мне, как откуда-то сверху, со стороны выхода из подвала, раздался незнакомый голос.

— Мирные есть?!

От этого крика я обомлела и растерянно посмотрела на мужа и сына.

— Наши?

— Похоже… Хотя и укропов русскоговорящих много… — засомневался муж.

— У них акцент другой, — помотал головой Влад, — точно вагнеровцы!

— Эй, есть мирные? — раздалось еще раз.

— Есть! Есть! — хором закричали мы.

— Четыре мужчины, четыре женщины, две крупные собаки! — сразу решила предупредить я, понимая, что Димкина собака где-то бегает, в отличие от нашей Рены, которая не отходила от нас.

— Выходите все по очереди! Женщины — первые! — закричал голос сверху.

Я подошла к лестнице, ведущей в сторону выхода, и на трясущихся ногах стала подниматься наверх, до конца еще не уверенная в том, что это «Вагнер». Сначала я увидела ноги и направленные вниз стволы автоматов. Потом появились бронежилеты и руки, держащие эти автоматы, и наконец — лица, скрытые повязками. Глаза настороженно меня осматривали. «Шевронов и желтых повязок нет! А вдруг укропы?» — заскакали мысли в голове, как скакали нацики на своих сборищах.

— Не торопитесь! Еще медленнее! — приказал один из двоих, встречавших меня на входе.

— Хорошо… — ответила я и заплакала.

— Все хорошо, — тут же стали они успокаивать меня, — мы из «Вагнера». Не бойтесь!

— Мы и сами боимся, — улыбнулся глазами второй.

Утром я думала о том, что сегодня праздник Благовещения, и надеялась на маленькое чудо, которое прямо сейчас и происходило. Они осмотрели меня и стали ждать, когда поднимется мама и ее сестра. Потом по одному поднялись мужчины. Их тщательно обыскали и поставили возле стены.

— Ладно, сейчас наши тувинцы подойдут, попробуем разведать, что у вас там во дворе… — сам себе сказал их командир.

— Кубинцы? — удивленно посмотрела я на мужа. —