Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
Мы были практически одной из первых партий «кашников», которых набрали в «Вагнер». Руководство компании еще не подозревало о нашем боевом потенциале, поэтому первое время большинство из нас работало в группах подноса и эвакуации. Но буквально с первых боев стало ясно, что многие, несмотря на свой тюремный опыт, могут воевать смело и достойно. Нас стали брать в штурмовые группы. В это время наш взвод разведки, куда мы попали вместе с мужиками, штурмовал «Деревянный лес». Захватив его, мы продвинулись дальше к психушке, где накопили силы и двинулись к пещерам.
Первый серьезный бой, в котором я участвовал, произошел при подходе к ним. Мы ввосьмером выдвинулись в сторону позиций ВСУ и протопали без единого выстрела почти три километра. Справа нас должен был прикрывать четвертый взвод, но они запутались и зашли в лоб противнику, тут же попав под огонь. Потеряв двоих бойцов убитыми, они откатились назад.
— Братан, давай я из «Мухи» прямо в эту пещеру засажу? — спросил я старшего нашей группы.
— Мы тихо должны зайти. Давай, бери двух бойцов и выдвигайтесь на разведку. Посмотрите, что там и как. И будем думать, что дальше делать.
Мы выдвинулись вперед и напоролись на активное сопротивление ВСУ, которые занимали вход в пещеры. В восьмичасовом бою мы потеряли двух человек двухсотыми и одного трехсотым. Во время неудачной перебежки при смене позиции я сильно повредил ногу и тоже был отправлен в тыл, на «Веселую долину». Утром штурм возглавил сам Гонг, его группе удалось выбить из пещер противника и захватить их вместе с богатыми трофеями.
— Привет, Стахан! — поприветствовал меня Абрек, выскакивая из трофейного Хантера.
— Ничего себе! — удивился я, с уважением осматривая машину. — Знатный зверюга!
— Ага! Теперь мы на колесах. А ты чего? Слышал, ранили?
— Не, ногу повредил. Хотели на эвакуацию отправить, но я отказался. Думаю, что за неделю пройдет все. Что мне в тылу делать? Я лучше с вами.
— Ну, делай, как сам знаешь, — кивнул он мне.
— А ты чего?
— Трехсотых привез. Помоги пацанам выгрузиться.
Пока у меня заживала нога, я находился на ПВД и помогал всем, чем мог. Наш и четвертый взвод заняли гору и вступили в артиллерийскую дуэль с противником, который закрепился в небольшом селе Иванграде и более крупном населенном пункте Опытном. Хромая, я участвовал в разгрузочно-погрузочных работах и чувствовал себя нужным. Это не давало скучать и расслабляться и отвлекало от болей в ноге. К нам привезли министерских из 106-ой дивизии ВДВ, которые помогали нам копать окопы и укреплять позиции. Ребята были совсем зелеными, большинство из них не имели боевого опыта. Дивизию сильно потрепало в начале СВО, где-то на киевском направлении, в нее добрали добровольцев, которых и прислали к нам в помощь. Меня назначили старшим над ними, и я почувствовал себя еще более нужным человеком. Там я и провел первое время, тренируя министерских, пока наши бодались за Иванград.
Когда село было полностью зачищено и наши первые группы зашли в Опытное, к нам приехал Гонг, осмотрел бойцов и укрепление, отдал новое распоряжение.
— Собирайтесь, будем перебираться ближе к передку.
— Все? — спросил я.
— Точно. Там уже наши захватили кое-какие сооружения. Вот туда пусть и перебазируются. На ангары, — быстро ответил он и побежал дальше по своим делам.
Я проследил за сборами доверенного мне подразделения, мы загрузились на мотолыгу и кружными путями выдвинулись на новую точку. Добравшись до позиции «Шкера», мы спешились и под руководством проводника добежали до ангаров.
— А ты что тут делаешь? — удивился Гонг, увидев меня. — Ты же там должен был остаться.
— Я думал, что я со всеми… — растерялся я.
— Ладно. Раз приехал, будешь воевать. Иди в группу к Эпику, будете заходить в частник.
Эпик был молодым таджиком, ставшим командиром группы естественным путем. Я поступил под его командование, и мы стали готовиться к штурму. В группе было около пятнадцати человек. Нам предстояло выдвинуться в сторону конюшни, которую называли еще и коровником, пройти мимо гаражей и ворваться в частник. Судя по тому, что мне удалось узнать от Ван Дамма, Абрек с Флиром уже захватили большую пятиэтажку и заставили украинцев откатиться назад, что сильно облегчило нам работу. Как только стемнело, мы выдвинулись в нужном направлении и почти без сопротивления со стороны ВСУ зачистили первые куски частника и две двухэтажки, стоявшие в центре одноэтажной застройки. Оба дома были хлипкими, и мы стали заделывать окна и укрепляться, чтобы иметь хоть какую-то возможность продержаться в них. Украинцы быстро стали накидывать по нам из минометов. Стало страшно.
— Гонг — Эпику?! Гонг — Эпику?! По нам ебулят! По нам ебулят! — стал вызывать он командира.
— Ну ебулят, и что? Война идет! — быстро отреагировал Гонг. — Копайте окопы! Откатываться нельзя!
— А где копать?
— Внутри дома! Ты что, никогда подвалы не копал?
Так я и оказался в этой двухэтажке, где сидел на фишке и пытался рассмотреть что-то в полной темноте. Временами тучи рассеивались и свет полной луны открывал пейзаж полуразрушенных домиков, над которыми нависал большой четырехэтажный квадратный дом, находившийся впереди, в полукилометре от нас. Справа луна отражалась в водоеме, где еле угадывалось какое-то бледное здание, занятое украинцами. Мир был таким же, как я привык его видеть из окопа, когда стоял на фишке под Первомайском.
— Ну, что скажешь, Стахан? — спросил меня Эпик, который, по-видимому, еще не привык к войне и сильно тревожился.
— Война план покажет, — коротко ответил я, — рассветет, разберемся. Но окопы копать нужно срочно. В этих домах подвалов нет. Тут не закрепишься особо.
— Да, да. Нужно копать, пока по нам не ебулят.
На следующее утро выяснилось, что справа от нас находится сеть окопов с блиндажами, за ними — два здания, из которых по нам постреливал снайпер. Поступил приказ выдвигаться в сторону этих домов, чтобы зачистить их. Эпик, забрав половину нашей группы, выдвинулся в их сторону. Я остался в группе прикрытия вместе с нашим старшим Бекешем, который корректировал огонь минометов. Бекеш, как и я, был в донецком ополчении и специализировался на минно-подрывном деле. Коренастый мужичок лет сорока, он по своему складу походил на простого работягу-шахтера, которыми славился Донбасс. Слушая, как он подводит огонь, я наблюдал за разрывами, поднимающими землю метрах в ста от цели, и понимал, что в этом вопросе он разбирается слабо.
— Что там за наводчик? — вышел на связь Гонг. — Ты что, подвести не можешь нормально? Есть там кто-то, кто умеет нормально корректировать? — в запале кричал
