Магия Пернатого Змея - Джеймс Уиллард Шульц
– Кто были эти враги? – спросил я.
– Сиу, – ответил дед.
– Да. Я понял это, увидев мокасины убитого. Только сиу расшивают свои мокасины таким образом, как у него, – сказал Раскрашенные Крылья.
Дед любовался трофейным ружьём. Мы такого никогда не видели. Ружья, которые мы получали у торговцев Красных Курток на севере, были с коротким стволом, большого калибра, и были отделаны латунью. Это ружье было с длинным стволом, небольшого калибра, и все его металлические части были из тёмного железа. На нужном месте был вставлен острый кремень; все это выглядело прекрасно.
– Никогда не думал, что у меня будет другое ружьё, – сказал он. – То, что у меня было, я пожертвовал Солнцу, много зим назад. Теперь, когда я стал стариком, оно подарило мне ещё одно: это хороший знак. Я чувствую, что нас ждет удача в деле, которое мы затеяли. О, как же хочу я попасть в землю Вечного Лета!
Мы очень устали, были голодны и хотели пить, поэтому спустились к реке, напоили лошадей, привязали их, и потом, напившись, я взял несколько кусков жареного мяса и поторопился наверх, продолжать следить за окрестностями, пока остальные спят. С верхнего края зарослей ирги я на четвереньках прополз выше, к самому верху, откуда долина была видна вся – вверх и вниз, и также большую часть равнины. Я запомнил эту вершину – её высокий острый пик, когда ночью мы проходили мимо неё. Потом мы перешли на другой берег реки, это было между этой вершиной и изгибом долины; выше этого места мы спугнули стадо бизонов и несколько групп оленей; это доказывало, что враги не проходили по долине перед нами, а пересекли её там, где мы нашли добытых ими бизонов, потом они прошли выше и разбили лагерь, когда настала ночь. Я хотел бы знать, сколько их было, и куда они направляются. Меня охватывала дрожь, когда я вспоминал, как мы едва смогли от них уйти. Сейчас они, несомненно, ищут того, которого убил дед. Сколько будут они его искать? Если не найдут, каким же таинственным станет для них его исчезновение!
Солнце поднималось всё выше и выше, прошло середину пути, а я так и не заметил признаков врагов. Еще несколько бизоньих стад спустилось в долину, выше и ниже возвышенности, и оставались там некоторое время, чтобы напиться. Мне очень хотелось спать; несколько раз я с трудом отгонял дремоту, и уже хотел спуститься и сказать Отаху, чтобы он сменил меня, но тут увидел, что он сам ползет ко мне.
– Как дела? – спросил он.
– Всё в порядке. Врагов не видел, ни одного. Ещё несколько бизоньих стад прошло к реке; остальное за лесом не видно, – ответил я и тут же уснул…
Проснулся я от толчка Отаха.
– Проснись! Военный отряд приближается! Я побегу к старикам! – крикнул он и уполз на четвереньках, когда я сел. Солнце садилось. Далеко, в верхней части долины, поднималось облако пыли, легкие облачка пыли, поднятые бегущими по равнине бизонами, были не светлыми – заходящее солнце окрасило их в красивый красный цвет. Сперва я врагов не видел, но скоро они появились на широкой равнине – большая группа всадников быстро пересекала ее. Когда они вошли в рощу в нижнем конце долины, я пробрался через заросли ягодника и скоро присоединился к Отаху и нашим старикам. Я сказал им, что враги спускаются по долине, что я сам их видел – двести всадников, пересекавших долину. Пока я это говорил, поднялось еще одно облако пыли, ближе к нам, оно было поднято напуганными бизонами, а скоро появились и они сами, и облако пыли тянулось за ними.
– Ха! Они быстро идут; не ищут пропавшего товарища. Думаю, что здесь мы в безопасности, – сказал дед.
– Да, если только наши лошади не заржут, как сегодня утром, – ответил Раскрашенные Крылья.
– Тогда они ответили на ржание вражеских лошадей. Сейчас этого не будет. Они услышат только топот множества копыт, и подумают, что это бежит стадо бизонов, – сказал Отах.
– Что! Не хочешь ли ты сказать, сынок, что они не смогут различить топот бегущих бизонов и топот лошадей? – прошипел Раскрашенные Крылья.
– Конечно, не смогут!
– Ну так знай. Лошадиные копыта не гремят!
– Хайя! Об этом я и не подумал! – воскликнул он и склонил голову.
– Мне тоже было стыдно. Я и сам никогда об этом не думал, а это было очень важно, и забывать об этом не стоило.
Враги теперь были видны, они проезжали в стороне от рощи, с нашей стороны реки. Мы не думали, что они срежут путь через подножие нашей возвышенности – её склоны были очень крутыми, но как же мы боялись, что они спустятся к лесу под нами, чтобы пересечь реку с другой стороны возвышенности. Если бы они так сделали, то им не составило бы труда обнаружить наших лошадей, а потом развернуться и начать искать нас. Но солнце уже село. Если они придержат лошадей, то было возможно, что, даже если они пройдут через нашу рощу, то в темноте наших лошадей не увидят. Но, если они пройдут близко, наши лошади могут заржать! Мы торопливо обсудили все возможности за и против нас, и наконец дед воскликнул:
– Хватит об этом! Нам остается одно – молиться, усердно молиться о том, чтобы они пересекли реку выше нас!
Мы начали молиться и обещать богам богатые жертвы, и вот те на! Мы увидели, как враги свернули к реке и пересекли ее. На некоторое время они скрылись в длинной роще, потом снова появились – лошадей они больше не подгоняли, просто не мешали тем идти рысью. Их было около двухсот – большой военный отряд. Они прошли дальше, мимо крутого склона долины. Здесь они были напротив нас, и было уже так темно, что мы могли видеть только тёмную движущуюся массу в зарослях шалфея. Топот копыт их лошадей музыкой звучал в наших ушах. Склон холма скоро скрыл их от нас, и мы поднялись к его вершине; они продолжали двигаться своим путем. Скоро темнота скрыла их.
– Мы спасены! – сказал дед. – Как добры к нам боги!
Мы спустились в лес, развели небольшой костер и, напоив лошадей и привязав их на поросшей хорошей травой поляне среди леса, поджарили последнее оставшееся у нас мясо вапити и съели его – во время еды мы говорили о врагах. От того места, где мы нашли их добычу, они шли вверх по долине, явно направляясь на юг.
