Черноногие и бизоны - Джеймс Уиллард Шульц
Уже светало, когда мы свернули в глубокую и живописную долину ручья Стрелы, убили бизониху, взяли часть её мяса и спешились в роще хлопковых деревьев. На костре из сухих, почти бездымных дров мы поджарили мясо и наелись досыта, а Женщина-Копьё поджарила бизоний язык для Пинуквима. Она была очень счастлива, когда прислуживала ему. Она была высокого роста, со стройной, грациозной фигурой и красивым лицом. Она была очень дорога нам всем, как взрослым, так юным. Когда трапеза закончилась, Пинуквим велел одному из нас подняться наверх на край равнины, чтобы следить за тем, чтобы вражеский военный отряд не застал нас врасплох; другого назначил присматривать за пасущимися лошадьми. В полдень и табунщик, и часовой должны были смениться. Затем мы расстелили наши скудные постельные принадлежности и улеглись, чтобы хорошенько отдохнуть и выспаться. Женщина-Копьё легла с одной стороны от её брата, а я с другой; Пинуквим отошел на недалеко от нас, где, никем не тревожимый, молился о видении, которое открыло бы нам то, что уготовано в будущем.
Таким образом мы и двигались на юг день за днём точнее, ночь за ночью, по тропе, по которой уже сто лет ходили отряды черноногих в поисках испанских лошадей, кольчуг и больших ножей (шпаг). Дважды Пинуквим и ещё один из нашего отряда, Говорящий С Бизоном, ходили по ней, и очень успешно. И тэва, Далёкая Сосна, хорошо это знал. Он знал практически весь великий Запад на север от Мексики до самого Саскачевана; был своим со многими индейскими племенами и говорил на их языках, а также на английском и испанском. Он ставил капканы с Китом Карсоном и Джимом Бриджером и рассказал мне много историй об этих двух великих людях. Мы должны будем, сказал он, встретиться с Карсоном в испанском городке под названием Таос далеко на юге страны.
Вскоре мы пожалели, что Пинуквим позволил Белой Антилопе присоединиться к нашему отряду. Во время нашей первой остановки на ручье Стрелы он начал проявлять повышенное внимание к Женщине-Копью; садился рядом с ней, пытался разговорить её, хвастался своими военными успехами. Я устроил так, что она сидела в одном ряду с Красным Волком, Молодым Бизоном и мною, так что он не мог приблизиться к ней. Но он все равно продолжал смотреть на неё, давая её разные советы, хотя она ничего не отвечала. Это заставляло нас всех нервничать. В частном порядке Пинуквим сказал Красному Волку и Молодому Бизону, что они должны терпеть, пока Белая Антилопа будет ограничиваться разговорами. Я часто видел, как Женщина-Копьё и Молодой Бизон с любовью и грустью смотрят друг на друга. Во время одной из наших дневных остановок я слышал, как она сказала ему что-то, в ответ на что он сказал:
– Нет, мы никогда не сможем пожениться, но я всегда буду нежно любить тебя. – И добавил: – Я не хочу никакой другой женщины. Я буду жить только для того, чтобы помогать тебе.
Переправившись через Йеллоустоун, мы долго шли вдоль реки Толсторога, пересекая страну наших злейших врагов, Ворон, оставаясь незамеченными ими. Затем, перейдя Скалистые горы через Южный перевал, мы долго двигались вниз по Зелёной реке, перевалили через невысокий водораздел и несколько ночей шли вдоль речки, которая, по словам Далёкой Сосны, называлась Рио Долорес. Оставив её, мы двигались по лесистому высокогорью, пересекая ручьи, текущие на юго-запад, а затем на юго-восток, перейдя таким образом Скалистые горы в обратную сторону. На рассвете сорокового дня пути от форта Бентон мы спустились с высоких гор в прекрасную обширную долину, и перед нами предстала огромная масса коричневых глинобитных зданий; некоторые из них были в пять-шесть этажей и построены таким образом, что вместе они казались одним огромным домом с крышами на разной высоте. Это было пуэбло друзей Далёкой Сосны, индейцев таос. Пинуквим и Говорящий С Бизоном видели его раньше, но мы, другие жители севера, глядя на него, с трудом могли поверить, что он был построен индейцами. Далёкая Сосна сказал, что они будут рады нас видеть, поэтому мы поехали дальше и вскоре увидели, что огромное сооружение состоит из двух частей, разделенных маленькой речкой, протекающей по долине.
Мы подошли к входу в южную часть и увидели толпу мужчин и женщин, стоявших снаружи и смотревших на нас. Когда мы слезли с лошади, Далёкая Сосна сказал им, кто мы такие, и они сердечно поприветствовали нас и проводили внутрь; их вождь, Туа (Медведь) предоставил нам прекрасную комнату и велел нескольким молодым людям отвести наших лошадей пастись. Женщины принесли нам на ужин овсяную кашу и мясное рагу, горячее, с перцем чили, от которого у нас обожгло горло. Они были очень рады Женщине-Копью и на языке жестов пригласили её быть их гостьей. После трапезы мы покурили, и, пока Далёкая Сосна переводил, Туа и Пинукви долго беседовали, в ходе которой Туа сказал, что завидует нам, нашей далёкой стране на севере, полной бизонов. Когда-то его народ и все народы пуэбло были процветающими и счастливыми. Но пришли испанцы, убили многих из них и захватили их лучшие земли, так что теперь они были очень бедны. В конце мы с радостью приняли приглашение Туа отдохнуть и погостить у него несколько дней.
Наступило утро, снова подали тушёное мясо с перцем чили, а затем мы отправились с Далёкой Сосной в близлежащий городок Таос, чтобы встретиться с Маленьким Вождём (Китом Карсоном), его давним другом. Приблизившись к городу, мы увидели, что несколько индейцев разбили лагерь чуть дальше по течению реки, окаймленной лесом; их временные укрытия
