Александр Полежаев - Стихотворения и поэмы

Она облечена щедротою державной

Дрожит, как примется кричать

Не черт мой дядюшка опять

Хвалить ей чепчики и ленты

Точить им сказочки, балясы

Так, развалившись на телеге,

И только б вас не утомить

Не знаю, право, я, богато

Таким, сяким и рассяким

Весь сквернословья лексикон

Сынка другому поучить

Шалун саранскинский сидит

Шалун скромнехонько сидит

Шалун покрышкинский сидит

Глупец, алтынник или скот

Такой алтынник или скот,
Звонарь не может колокольный
У вас на лекции сидеть.

Звонарь на кафедре гудеть

А не паршивец, не пошляк

Не пол-умишко просвещенный

Не полоу́мишко презренный

Вот полулежа в вицмундире

Веселье рьяное играет

И крик цыганок в «Черной шали»

Блажен, кто в радости беспечной

Рукой Дуняши утирал

Пусть смотрит Гераклит унылый

Лишь сброд нелепостей одних

Но колотиться и рубиться

Иной куда горазд как спорить

Аминь, ни слова об науках

Черты героя моего

О, жажда вольности строптивой

А жаждать вольности строптивой

И к фарисеям в хомутах
Гореть враждой закоренелой

Чтоб Иисусу верил он

И Сашу выказать стараюсь

Такой удалый сорванец

Как вихрь иль конь мятежный

Но петиметрские наряды
Не были дум его предмет.

Отколь все роды принужденья

Ни Дон, ни Рейн и ни Токай

Мадера, Рейн или Токай

Фуражки, взоры и походка

Табак, рыготина и водка

Идем, качаясь величаво,

Иль выбьем потроха как раз!»

Истаевая сладострастно

Поет гитара, контрабас

И по-козлиному меж нами

Прекрасный сочинился вальс

Возня! Пунш плещет, брызжет пиво

Ночь в сне и пьянстве провели

«Кто ночью там шуметь изволит?»

Лакей с железным косарем

Нещадно избиенных дев

Команды будочной дозор

Свирепых буфелей собор

И быстро кинулись на нас

«Друзья, — кричит он, задыхаясь

«Messieurs, — кричит он, задыхаясь.—
Savez-moi!.. Je suis perdu!»[123]

И, невредим, он после схватки

Неверность Дуньки отмщена

Взыграй чувствительнее барда

А ты, пан чайный разливатель

Он молчалив и смутен был

Всё тихо: только неспокойно

Глаза потухшие его

Вздохнувши тяжко, молвил он

И пунш и мощный ерофей!

Лучи дневные освещают

И лица бледные осветят

Лица дневные их осветят

Их, упоенных крепким сном

Так отприветствовал беднягу

Лишь слушал да потел

Потом всё ласковей, добрее

И веселиться мой повеса
Никак не думал, не гадал

В отличной шляпе à la pique

В отменной шляпе élastique

В подбитом бархатом жилете

В руках хлыст а́нглийский несет

Вот, избоченясь, на проспекте
Он с миной важною идет.

С какой улыбкою кичливой