Срок годности - Коллектив авторов

фрукты и овощи без индустриальных пестицидов; одна ферма мидий на северном побережье; одна рыбная коптильня в порту; один рыбный консервный завод в индустриальной зоне; одна улиточная ферма рядом с домом; четыре пшеничных поля на западе и одна пивоварня; много яблонь и сидра. Три раза в неделю открыт местный рынок на центральной площади, там я покупаю все, кроме крупы, риса, сыра, мяса и химикатов для стирки, мойки посуды и тела.

Невидимые материи, которые иногда пропадают, намного чувствительнее на отрывке земли. Пропадает и телефонная связь после бури или сильного дождя. Меня эти дни успокаивают, других – напрягают. Не думать об электромагнитных сигналах в теле, еде и воде является для меня большим плюсом жизни на острове. Цифровые деньги, фотки, лайки, письма, сериалы, новости… как влага и песок, обволакивают и разъедают оболочку моей повседневной жизни и, самое главное, мои мысли – и этот осадок неизмерим. Все это как бы есть, но как бы и нет. Хочется зацепиться, потрогать, понюхать – и нельзя. Их присутствие настолько неорганично, что я теряюсь в самоуспокоении. Смотря на радугу, я уверяю себя, что и у вайфая есть свой особенный цвет и его пока не видно.

Самый большой менгир на острове Груа – это Menhir de Clavezic, в высоту шесть метров. Длинный, худой камень вертикально установлен человеком здесь, казалось бы, с начала времен. До недавнего времени менгиры относили к культуре раннего бронзового века. Однако последние исследования бретонских менгиров свидетельствуют о гораздо более древнем их происхождении. Судя по всему, Menhir de Clavezic отмечал могильное поле. Теперь тропинка, на которой он стоит, насыщена высокими папоротниками и другой плотно растущей флорой. Пространство вокруг него довольно ограниченно, за счет чего камень еще больше завораживает и даже устрашает. Это, наверное, самая древняя видимая структура, созданная человеком, которая находится на острове.

Сегодня много другой стройки совсем рядом. Недавний прилив новых жителей, а также ремонт уже существующих объектов дает возможность выживать круглый год многим семьям. В основном португальским иммигрантам, которых раньше сюда привозили за дешевый труд и которые остались и основали собственные строительные компании. Есть и хозяйственный магазин, и заправка, аптека, рестораны, четыре церкви и две сети гастрономов.

На острове свои законы о форме и материалах архитектурных проектов под лозунгом «Запланированный урбанизм». Они выходят за рамки устойчивости окружающей среды и входят в рамки некой ностальгии о прошлом. О бретонских деревушках на берегу моря, где дома бедных рыбаков были нелепо слеплены в одну плоть, впритык друг к другу – с крошечными окошками и плохой изоляцией. Городские власти настаивают на конструкции подобного бытия и на использовании цементного фундамента. Временные структуры, как караваны или юрты, строго запрещены.

Все это можно объяснить бизнесом, как и сильной идентичностью бретонцев и их традиций. Бретань раньше была заселена кельтами, чей язык все еще преподают в местных школах. Музыка и песни бретонцев меня часто завораживают в летние месяцы, особенно по ночам. Местные пляски или хороводы называются Fest Noz[34]. Собираются здесь все и всех возрастов. Мы держимся за мизинчики и топчемся в трансе туда-сюда по кругу под лунным светом. Рядом на billig[35] жарят блины или galettes из гречневой муки и щедро смазывают их сливочным маслом. Луна, хоровод и блины… все как-то правильно.

Раньше на остров приезжали те, кто хотел избежать правил общества и обязанностей. Жить на халяву в новостройке в двух шагах от моря было очень привлекательно. Теперь очередь на два года, чтобы попасть в учет на «социальное жилье». Здесь живут и те, кто сюда приехали умирать. Много пенсионеров, у кого забиты дни разными функциями, кружками, волонтерством. Хор по вторникам в 14:30. Книжный клуб по пятницам. Шитье по четвергам. Ежедневные посиделки с соседями и доставка еды на дом для пенсионеров. Пенсионный дом. Кинотеатр и так далее. Юные семьи, которые раньше сюда приезжали в отпуск, теперь решили заселиться на круглый год. Всех нас где-то около двух с половиной тысяч.

6

В ПЬЯНОЙ ПАМЯТИ ВИНО

На острове нет хищников, и моя подруга Наоми меня уверяет, что открыть куриную ферму было бы выгодно. Я ей говорю, что не люблю есть курицу. И потом, хищников полно, посмотри только на соседа, который управляет местным клубом охотников. Охотятся в основном на фазанов и зайцев.

Наоми и ее муж Матьё купили землю на острове, чтобы посадить виноградники сортов «шенен», «пино д’Они» и «гролло». Они одни из первых, кто завели плантации в Бретани в связи с переменой климата. Для виноградников, как и для детей, первые три года имеют решающее значение. Если невнимательно следить и ухаживать и не полоть сорняки ежедневно, создается конкуренция в экосистеме, и растение может не дать плод. Пересаживать все заново – значит терять еще три года.

Наоми и Матьё не пользуются химическими удобрениями, пестицидами и гербицидами при выращивании. Почти всё они делают собственными руками, без особой техники.

Сажать виноградники на «капельницы» или систему ирригации, они тоже не хотят. Подобные инструменты гарантируют неестественную зависимость растения. А приучать растение зависеть от искусственных ресурсов воды означает, что корни останутся на поверхности и не будут углубляться в поиске натуральных источников. Виноград остается однообразным, а не насыщенным минералами почвы.

Геологический состав почвы Груа, соленый воздух, черные пчелы-опылители – все является идеальными ингредиентами для интересного вина.

Особый подход к виноделию и выращиванию винограда Наоми и Матьё называется изготовлением натурального вина, или vin naturel[36]. Принципом подобного винодельческого ремесла является уважение к виноградной лозе, так же как и к почве. Результат – живое вино, а не его промышленная противоположность.

Многие даже не задумываются, но вино является одним из продуктов, у которого на этикетке не указываются ингредиенты. А на самом деле промышленное вино с сотнями добавок закреплено поразительным количеством индустриальных сульфитов, или двуокиси серы (SO2). Добавки используются при изготовлении даже «органического» вина. Разрешается использовать промышленные дрожжи, кислоты, красители, искусственные ароматизаторы, например «Банан» или «Ваниль». Разрешается также и добавка древесной стружки или опилок для придания «вкуса» и ощущения дубовой бочки, в которой якобы «вызревало» вино.

Вкус – это некий стандарт, к которому стремится изготовитель индустриального вина, вина, которое не меняется из года в год. Этими процессами индустрия старается исправлять дефекты винограда, обеспечивать стабильность и «заморозить» вино, чтобы сохранить и увеличить доходы.

В пьяной памяти вино – это то, что сблизило меня с моим мужем у барной стойки. Но и с другими людьми – на фестивалях, в салонах, в гостях и на сборе урожая…