Под шорох наших дизелей - Сергей Вячеславович Апрелев
А вот своим замом займитесь на пару с товарищем Рогачем, чтобы не врал лишнего. Флотоводцы хреновы!
В море с комбригом отправился не Костя, внезапно вызванный в штаб флота, а я. Должен признаться, что лодка 613 проекта, прозванная за простоту и надежность «велосипедом», не особенно отличалась от нашего проекта 633. «Однотрубные гиганты» были, бесспорно, шагом вперед, но совсем небольшим. Они обладали большей дальностью плавания за счет увеличения водоизмещения и наличия ТБЦ (топливно-балластных цистерн). Однако как раз вследствие меньшего водоизмещения, при практически той же мощности двигателей, лодка 613 проекта была более приёмистой, если этот автомобильный термин применим к подводному кораблю.
Китайцы 633 проект не просто оценили, а сделали его базовым на долгие годы, как это планировалось на нашем флоте, не приди на флот атомоходы…
Над мостиком на предельно низкой высоте прошел шведский истребитель «Вигген», оставив за собой шлейф керосиновой копоти, тут же осевшей на наши головы. Какая гадость! Мы долго отплевывались. Вот что значит нет договора со шведами! У нас с американцами после 1972-го (год подписания Договора о предотвращении инцидентов на море…) такого уже не бывает, даже скучно порой. А вот с этими ребятами, чей самолет выруливал на очередной заход, все не слава богу! То им мерещатся стаи советских подлодок возле ступенек королевского дворца в Стокгольме, то диверсанты, осаждающие береговые артустановки. Всю рыбу на Балтике извели глубинными бомбами. То вдруг вспомнят свой разведчик ДС-3, сбитый нашими в 1952 году (понадобилось полвека, чтобы шведы признали, что действительно проводили разведывательные полеты в пользу США). Вот такой активный «нейтралитет» с уклоном на Запад! Шведская истерия по поводу «агрессивности» восточного соседа десятилетиями нежно культивировалась и активно подпитывалась сторонами, заинтересованными в ликвидации даже зыбкого спокойствия в регионе Балтики, установившегося к началу 80-х.
В районе учений мелькнул их вечный спутник — натовское судно-разведчик, «товарищ и брат» норвежской «Марьяты». Жизнь шла своим чередом. Завтра наступал ответственный момент, отчасти призванный определить, сколько же еще лет можно гонять «старых испытанных лошадок» — лодки 613 проекта.
Как покажет будущее, они будут верно нести свою службу вплоть до самого развала СССР. Затем их отправят на «иголки» или на поругание, как в той же Швеции. Шведы установили одну из лодок 613 проекта на берегу, как однотипную печально знаменитой «С-363», продолжая иллюстрировать «коварную сущность русских» в годы «холодной войны». Больше всего поражает, что частый гость там — бывший замполит «Шведского комсомольца» Василий Беседин, который, по сообщениям на сайте, частенько выступает с докладами. Хотелось бы послушать. Наверное, что-нибудь типа: «Некоторые рекомендации по нарушению нейтралитета посредством посадки на мель в территориальных водах нейтральной страны. Взгляд офицера-политработника».
Ну, да бог ему судья!
Заняв назначенный район, лодка донесла на КП БФ и неспешно готовилась к погружению. Команда «Приготовиться к погружению» обычно дается за полчаса до этого знакового события в жизни подводника. В отличие от «Срочного погружения», когда все делается стремительно, ведь этот маневр является мерилом выучки экипажа, обычное погружение предваряют: выносом мусора, осушением трюмов, объявлением тревоги с обязательными докладами из отсеков о наличии личного состава, наконец.
Это имеет особый смысл, если ты собираешься погружаться надолго, а в данном случае так оно и было. Предстоял длительный поиск в районе, который должен был завершиться торпедной атакой ОБК (отряда боевых кораблей) с комфлота на борту флагмана. Именно последнему предназначались две практических торпеды, принятые на борт по такому случаю.
Прохрипел долгий сигнал «ревуном» «Боевая тревога», предваренный тремя короткими, пояснявшим, что она все-таки учебная. В ожидании доклада ЦП, обитатели мостика, на котором в этот поздний час находились командир, комбриг и матрос-сигнальщик, наслаждались последними на сегодня глотками свежего воздуха. Безоблачное небо было совершенно не по-балтийски усыпано звездами. Лепота! Душа сливалась с бесконечностью, а на бренное тело снисходила благодать. Это особенно чувствовалось, когда смолкали дизеля. Нечто подобное ощущаешь на парусном судне. Самый приятный момент, когда останавливается двигатель, и вдруг, в наступившей тишине с шелестом распускается парус. Корпус напружинивается и, мгновение спустя, яхта, чуть накренившись, начинает свой бесшумный бег по волнам…
Нечто похожее происходит на лодке, ведь электромоторы работают почти бесшумно. В 1979-м «С-28», направлявшаяся на ремонт в Лиепаю, преодолела путь из Видяево не вокруг Скандинавии, а по Беломоро-Балтийскому каналу, через Онегу, Свирь, Ладогу и, наконец, по Неве прибыла в Ленинград в самый разгар белых ночей. В Уткиной заводи лодка вышла из дока, а мы, тепло распрощавшись с его командиром, терпевшим нас две недели, дожидались разводки мостов. Не потому, что «однотрубный гигант» не вписывался в пролеты, а скорее, чтобы доставить удовольствие горожанам и гостям Северной Пальмиры. Словно в ожидании диковинного зрелища они тысячами толпились на набережных. Изящный черный силуэт подлодки, бесшумной тенью пронзивший сумрак белых ночей, не обманул из ожиданий. Тишина нет-нет, да взрывалась их восторженными возгласами. Поверьте, для нас зрелище было не менее чарующим, жаль только, длилось оно совсем недолго. Лодка бежала средними ходами, да еще по течению…
Так и сейчас, казалось, что мы уже не принадлежим этому миру с его топотом матросских сапог, раздражающе-резкими сигналами, запахами и прочими, не менее прозаическими, атрибутами. Даже неулыбчивый комбриг невольно поддался обволакивающей неге. С видимым удовольствием и легким скрипом суставов он потянулся…
Отсеки доложили о готовности. Личный состав замер на боевых постах в ожидании вводных.
— Товарищ комбриг, лодка к погружению готова…
Комбриг кивнул и мечтательно произнес:
— Хорошо-то как. А знаете что, ребята, идите-ка вы все вниз. И ты, командир, тоже. Я сам люк задраю, а то и навык потерять недолго.
— Есть!
Мы с сигнальщиком, не без сожаления простившись с окружавшей нас идиллией, бодро спустились в ЦП. Никто и представить не мог, что именно в этот момент еще одна «жертва» единения с природой недисциплинированный матрос Шуманис, наконец-то собралась покинуть надводный гальюн. Есть такое замечательное устройство в подлодке 613 проекта, располагающееся в ограждении рубки. То есть вне прочного корпуса. Как матрос ухитрился пропустить мимо ушей все сигналы и шумы, столь явственно доносившиеся оттуда, одному богу известно, но вот почему командир отсека доложил, что он находится на боевом посту, вскоре пришлось разбираться. В кромешной тьме, на ощупь, Шуманис с латышским упорством пробирался к небольшому трапу, ведущему на мостик. Наконец, достигнув его, он левой рукой схватился за поручень, а правую послал вверх
