О, да, я знаю, как это работает! - Enzo Salvatore

что даже без вещей он чего-то стоит, если выживет. — Сказал Глеб, пристально смотря на меня. — Не жди поблажек.

“Будто я ждал их” — мысленно усмехнулся я. Но вслух произнес: — Я не слабак.

Как же мерзко стало от этих слов. От собственной никчемности, от попыток жить, доказывая, что я полезен. Проглатывать подобное отношение — это тяжело. Может, лучше умереть от клинка сейчас, чем от зубов и когтей тварей утром? Вон, и толпу порадую, которая стоит нерешительно, с мечами, луками и руками, сплетенными для заклинаний.

Ну уж хрен там плавал, я во все разберусь. Главное прокачаться.

— Пойдем поешь, отдохнешь, — произнес Глеб с вновь обретенной доброй улыбкой, его глаза светились искренним желанием помочь.

Сил противиться мысленно и восклицать, что он ублюдок, не было. Я просто последовал за ним, отбросив невеселые мысли и заполнив их голодом. Люди с поляны спешили куда-то, сновали мимо, не обращая на нас внимания. Вскоре мы вошли в трапезную, где посреди просторного помещения стояли длинные столы, а по бокам, ярусами, располагались койки.

Подойдя к одному из столов, где было свободно, мы сели друг напротив друга. Нам подали кашу — простую, но горячую, и тепло от еды казалось почти спасительным.

Глеб торопливо перекусил, затем подошел к повару за стойкой, что-то шепнул, после чего вскоре исчез за дверью. Видимо, он пошел отчитаться кому-то о том, как все прошло.

Оглядевшись, увидел много народу за столами и на койках. Разнообразные лица: одни были полны жизнерадостной настойчивости, другие же, напротив, отражали угнетенность и тревогу. В связи с новостями об угрозе я их понимал. В этом месте царила атмосфера, словно над каждым висела тень: влажный запах вареной капусты и каши смешивался с быстрой горечью заброшенных надежд.

— Эй! С тобой говорят, чужой! — Раздался голос у меня за спиной, и я полуобернулся на лавке.

— Говорят, ты пустой, — произнес парнишка с натянутой улыбкой. В его интонации звучала пронзительная нотка пренебрежения. Он откинул свои смоляные волосы назад, придавая своему образу непринужденность.

— Видимо, так и есть, — горько усмехнулся я и добавил быстро: — Это был повод для того, чтобы меня убивать им?

— А какой толк кормить чужака, пустого? — Произнес второй, лениво потирая свою густую бороду, которая зашевелилась, будто недовольная тем, что участвует в разговоре. Он присел рядом с парнем по обеим сторонам от меня.

— Дело к тебе есть, — сказал молодой человек в балахоне. — Я, как это у вас называется, маг, зовут меня Иван. А это Кирилл.

— Очень приятно, — ответил я автоматически, хотя в голове у меня бурлило множество вопросов. Я переваривал информацию, быстро обдумывая, куда может завести этот разговор. Мордобой? За что? Сделка с первым встречным?

Полоска маны и правда была у него, но всего 20 единиц. Здоровье 580 а запас сил 90. Что у них за проблемы поголовно с выносливостью? Или это я так раскачен изначально?

— Я не совсем понимаю, — сказал я, старательно избегая агрессии в голосе. — Почему я должен интересовать вас?

— Есть у тебя кое-что, что ты можешь знать, — сказал Иван, его выражение лица сделалось более серьезным. — И это касается твоей... пустоты.

Кирилл скрестил руки на груди, внимательно наблюдая за мной. Я почувствовал, что играю в их игру, где все ставки сделаны, но все еще не понимал правил.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — пробормотал я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри меня разгуливал страх. — Если вы ищете того, кто что-то знает, возможно, вам стоит обратиться к кому-то другому.

— Нам не нужны другие, — прервал меня Кирилл, его голос звучал угрожающе. — Мы решили, что ты — тот, кто нам нужен. И это уже не обсуждается.

Я ощутил, как сердце колотится в груди. Говорить с ними было опасно, но избегать этого разговора было еще хуже. Ведь, по сути, инвентарь в теории все еще где-то там внутри ждал своего часа. Я понял, что раз на него не наложили руки начальники, то эти точно желают его заполучить. Расскажут, дадут возможность попрактиковаться... До утра времени полно. Меня это не устраивало.

К нам присела девушка. Вблизи здешних я еще не видел, а издалека не рассмотреть. А эта… Она выглядела так, словно только что вышла с обложки журнала. Учитывая особенности местных — острые и утонченные черты лица, она была пугающе красивой.

— Что, решили подкормить доходягу? — С улыбкой произнесла она.

— Еды мало? — Как-то резко отозвался я, не подумав.

— Нет, с чего ты взял? У нас же ее полно, амбары забиты зерном, а бабы пекут хлеб каждый день и варят каши, — с ироничной улыбкой произнесла женщина, высокая и худощавая, с легким оттенком недовольства на лице. Ее длинные коричневые волосы были заплетены в косу, напоминающую колос. — А твари и их погонщики возделывают земли за стеной.

— Иди отсюда, Малика, — пробормотал без особой уверенности Кирилл. — У нас серьезный разговор.

Она обвела их взглядом, и я понял, что был прав насчет "развода" на инвентарь.

— А может, Глебу доложить о ваших делах? — Усмехнулась она.

— Да нет, ничего у него нет, Глеб и проверял, кстати. Вот только что, — задумчиво произнес Иван.

— Ну конечно, поэтому вы и сели рядом с ним, потому что он пустой! — Со смехом сказала она, но взгляд оставался холодным. — Пусть идет, куда его разместили. А вы лучше готовьтесь к завтрашнему дню. Выпейте, может, девку какую зажмите, их осталось, правда, мало в замке. А про чужого забудьте. Если он умрет, с него и так все вывалится. И кому надо, подберут, а кто украдет — знаете, что будет.

Они переглянулись, встали и удалились, смешавшись с толпой. Она проводила их взглядом и обратилась ко мне.

— Уже вечер, иди к себе. Не то прирежут где-нибудь, а так у тебя хоть шанс есть дожить до завтра, — произнесла она и, мазнув взглядом по мне, исчезла в толпе.

Люди все прибывали, и вскоре стало бы не протолкнуться. Судя по склонившемуся солнцу, до заката оставалось еще несколько часов, и спать мне пока не хотелось. Медленно перебирая ноги, я решил прогуляться и осмотреть замок. Раз никто не ходил под ручку, это давало мне некую свободу. Мысль о том, что могут прирезать, немного пугала, но я чувствовал, что по запасу сил и живучести на голову выше здешних.

Убежать я всегда успею.

Первое впечатление оказалось обманчивым. Замок местами почти разваливался, и казалось, что он держится на соплях. Я прошел дальше, осматривая защитные сооружения, из которых осталась лишь стена. В голову лезли