***
Настоящее время Только у этих очков оказывается и побочный эффект, они скрывают всё, что посчитают нужным: красоту, изъяны, метки, ауру... Делают их владельца серым, скучным и безликим пятном.
Но моя магия мне дороже красоты. И с тех самых пор очки я не снимаю. Без них я не могу использовать свои силы... Без них магия атрофируется довольно быстро. А я должна "видеть" свою магию всегда.
С тех пор я ненавижу Рензора О'Шарха. Который даже не извинился за то, что проклятье, брошенное им, отрикошетило в меня и сломало мою судьбу.
Тот инцидент замяли. Рензор уже с того возраста умел быть убедительным. Но, возможно, его наказали при закрытых дверях. Его мама – Элевия О'Шарх – умеет держать лицо, как и отец. Хотя я точно видела в их глазах жесткость и обещание несладкой жизни своему сыночку.
– Боги милостивые! – восклицает Селина. Сидя на подоконнике, она держит зеркальце и пудрит носик. – Что это было за позорище, сестрёнка? Ты запала на моего парня?
Сводная сестра спрыгивает с подоконника, приподнимает юбку за пояс, делая ту ещё короче, взбивает волосы и смеряет меня высокомерным взглядом.
– Вы даже не встречаетесь, Сел, – напоминаю я сухо.
– Но скоро будем!
– Он даже имени твоего не знает, – закатываю глаза.
Селина поджимает губы и почему-то выходит, громко хлопая дверью.
-- Нам обеим достались чокнутая родня, -- растирает ладонями Кора, садясь на кровать.
-- Ну, зато тебе от папы достались ум и честь, а твоему брату...
-- Глупость и отсутствие тормозов. -- Поддерживает Кора и вяло улыбается: -- Тебе повезло больше, вы хотя бы не родные с Селиной.
***
Мы с Корой и Крисом занимаем наш излюбленный столик возле окна за поздним завтраком на следующий день. Подальше от столика элитных ящеров Аргарда.
Чтоб не было соблазна натравить на крылатого гада свою стихию.
– Что будешь делать? – деловито спрашивает Корнелия, делая глоток чая.
Вчера мы так и не обсудили произошедшее, потому что моя сводная сестра вернулась слишком рано.
Раздумываю, косясь на Рензора О'Шарха, как бы его поцеловать с минимальными последствиями для себя.
– Целовать или не целовать – вот в чем вопрос, – философски изрекаю я, не сводя глаз с улыбающегося Рензора.
И чего это он сияет, как начищенная туфля?
Стоит ему почувствовать на себе мой взгляд, О'Шарх тут же находит взглядом меня.
Задумавшись, я не сразу осознаю то, как зловеще выглядит тень его усмешки и этот жуткий взгляд, каким умеет смотреть только О'Шарх. Так, словно пытается упокоить какое-то умертвие.
Так, стоп. Это он меня умертвием считает?! Ах ты, невоспитанная ящерица!
3/3
Винсент поддевает локтем Рензора и явно что-то забавное тому говорит.
Рензор кривит губы брезгливо.
А я, послав мягкий воздушный виток в пространство, улавливаю их разговор.
– А заучка-то запала на тебя! – ржёт красноволосый. – Вон как смотрит. Того и гляди набросится на тебя из-за угла.
– А ты чего на нее так уставился, Ренз? – откинувшись на спинку стула, с интересом в глазах спрашивает Арс.
– У меня с ней свои и очень давние счёты, – холодно парирует Рензор.
Счёты у него, видите ли, со мной!
Фыркаю тут же и отворачиваюсь.
Но чувствую на себе их взгляды. Нервно поправляю выбившиеся из пучка волосы.
Бросаю украдкой взгляд на столик элиты драконорожденных.
Арсалан задумчиво прожигает меня взглядом. Ежусь зябко и сосредотачиваюсь на каше и разговоре близнецов.
– Кашу подали холодную, – кривит губы Кора. – Ну что за отношение к бедным адептам? Это просто
