Выжить в битве за Ржев. Том 7 - Августин Ангелов
«Почему арестовали? — думала она, и этот вопрос пульсировал в ее голове, как незаживающая рана. — За что? Что я сделала не так? Я просто никогда не любила формальности. Я просто хотела побыстрее приступить к работе в госпитале. Я просто старалась вытравить из памяти все эти ужасные дни в плену, забыть их, как кошмарный сон… Разве это преступление?»
Но ответа не было. Только тишина камеры, только холод бетонных стен, только луч света из маленького зарешеченного окошка под потолком.
Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться, пытаясь взять себя в руки. Она знала, что не имеет права на слабость. Она понимала, что должна быть сильной ради Коли. Она собиралась выдержать все, что уготовила ей судьба, но не предать свою любовь.
«Я выдержу, потому что я люблю его, а любовь прибавляет силы, — сказала она себе. — Потому что Коля спас меня. Потому что я верю в него. И потому что я знаю: он придет за мной. Он обязательно придет и спасет меня снова».
* * *
Попаданец стоял у мотоцикла, проверяя его перед дорогой, и чувствовал, как внутри нарастает напряжение. Он должен был отвезти Светлану обратно в Можайск к ее маленькому сыну, к своему будущему отцу, который ждал маму. Он должен был торопиться, потому что Светлана уже стояла рядом, нетерпеливо теребя пальцами свою санитарную сумку.
— Дядя Коля, — сказала она снова настойчиво, — мы скоро поедем? Я очень скучаю по Сереженьке. Я боюсь, что он плачет без меня.
— Сейчас, Света, — ответил Ловец, проверяя масло и бензин в мотоцикле. — Еще пару минут, и мы выезжаем.
Он уже собирался садиться на мотоцикл, когда увидел, что к нему бежит Ветров. Радист выглядел взволнованным, в руках он держал листок бумаги, — только что принятую и расшифрованную радиограмму.
— Товарищ майор! — крикнул он, подбегая. — Срочная шифровка из штаба Западного фронта!
Ловец замер. По выражению лица Ветрова он сразу понял, что эта шифровка не сулит ничего хорошего. Он взял листок, пробежал глазами по тексту, и земля закачалась у него под ногами.
«Майору Епифанову Н. С. Строго секретно. Настоящим довожу до вашего сведения, что майор государственной безопасности Угрюмов П. Н. скончался сегодня ночью в Центральном госпитале Москвы от осложнений после ранения. В связи с этим вам надлежит срочно сдать дела временно исполняющему обязанности начальника Особого отдела Западного фронта капитану государственной безопасности Сергееву А. С. Приказ подписан начальником Управления Особых отделов НКВД СССР Абакумовым В. С.»
Ловец почувствовал, как холод пробежал по его спине. Угрюмов мертв! Его друг, наставник, единственный человек, который знал тайну его перемещения в 1942 год, который верил в него, который дал ему шанс изменить историю, — умер. И теперь попаданец остался один против всех: против Сергеева, против Цанавы, против системы, которая не прощала тех, кто выделялся из общей массы, кто был не таким послушным винтиком государственной машины, как другие.
— Что случилось, товарищ майор? — спросил Смирнов, стоявший рядом, видя, как побледнело лицо командира.
— Угрюмов умер ночью, — сказал Ловец, и голос его дрогнул. — В Москве, в Центральном госпитале…
Смирнов замер, не зная, что сказать. Он знал, что Угрюмов был не просто начальником для Ловца. Он был другом. И эта новость была ударом для всех в отряде.
— Что теперь будет? — тихо спросил радист Ветров.
— Теперь я должен сдать дела Сергееву, — ответил Ловец, все еще сжимая листок с радиограммой в руке. — Он назначен Абакумовым временно исполнять обязанности начальника Особого отдела. Уже утвержден в должности официально.
Он помолчал, собираясь с мыслями. Потом повернулся к Светлане, которая стояла рядом и смотрела на него с тревогой.
— Света, — сказал он, — мы поедем не на мотоцикле, а на грузовике. Я должен взять с собой кое-что важное.
— Что, дядя Коля? — спросила она.
— Тело диверсанта, — ответил он. — Я должен предъявить его Сергееву. Это единственный способ защитить твоего мужа.
* * *
— Смирнов, — сказал он, оборачиваясь к младшему лейтенанту госбезопасности, — когда мы приедем, ты тоже будешь говорить с Сергеевым вместе со мной. И ты подтвердишь, что Денисов действовал в рамках секретной операции. Что он выследил диверсанта, вступил в бой и уничтожил его. Что все похищенные предметы находятся на базе нашего отряда под усиленной охраной.
— Понял, товарищ майор, — ответил Смирнов. — Я скажу так, что он не сможет придраться.
— И еще, — добавил Ловец, — мы должны добиться освобождения ученых. Они ни в чем не виноваты. Они просто выполняли свою работу. Сергеев должен понять, что арестовал невиновных людей.
— Я скажу и об этом, — кивнул Смирнов.
Через четверть часа грузовик, оборудованный пулеметом на треноге, выехал из леса. В кузове сидели бойцы отряда — Смирнов и отделение десантников. Между ними, накрытое брезентом, лежало тело барона фон Розена. Светлана сидела в кабине рядом с водителем, втиснувшись между ним и Ловцом.
Попаданец задумчиво смотрел вперед, на дорогу, которая вела в Можайск. Он знал, что эта поездка будет непростой. Сергеев не сдастся так просто. Он будет давить, угрожать, пытаться найти слабые места. Но у Ловца был козырь — тело диверсанта, которое доказывало, что Денисов не предатель, а герой.
* * *
Капитан государственной безопасности сидел за столом, перебирая бумаги, когда в дверь постучали. На пороге появился лейтенант Сурков.
— Товарищ капитан, — сказал он, — майор Епифанов прибыл. Он приехал на грузовике, с ним несколько бойцов с пулеметом и младший лейтенант Смирнов. Он привез тело какого-то немца и требует встречи с вами.
Сергеев поднял голову, и в его глазах мелькнуло удивление.
— Тело немца? — переспросил он. — Что за тело?
— Сказал, что это диверсант, который похитил образцы с Объекта-12, — ответил Сурков. — Он утверждает, что начкар Денисов выследил и убил его в лесу.
Сергеев медленно встал из-за стола. В его голове закрутились невеселые мысли. Епифанов снова переиграл его! Он, похоже, привез доказательства, которые могли оправдать Денисова и разрушить все обвинения.
— Пригласите Епифанова и Смирнова, — сказал он холодно. — Я хочу послушать, что они скажут.
Через несколько минут в кабинет вошел Ловец. За его спиной стоял Смирнов. Ловец был в форме, с орденами на груди. Он выглядел уверенным в себе, хотя и очень уставшим, с темными кругами под глазами.
— Товарищ капитан, — сказал он, не здороваясь, — я приехал, чтобы сдать дела, как того требует приказ Абакумова. Но сначала я хочу показать вам кое-что.
Он кивнул Смирнову. И тот достал из своей сумки-планшета вещи барона фон
