Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова
В этом коридоре не было ни окон, ни дверей, ни каких-то проходов — только ровные каменные стены и покатый сводчатый потолок, покрытый плесенью.
Несмотря на отсутствие окон, в коридоре было не совсем темно, он был неярко освещен призрачным зеленоватым светом.
Приглядевшись, Лёля увидела источник этого света — стены и потолок коридора были усеяны тысячами, миллионами крошечных зеленоватых светлячков.
— Где это мы? — спросила Лёля, оглядываясь.
И тут же подумала, что Лёнька не ответит, как и было всегда. Она давно уже перестала задавать ему вопросы, потому что никогда не получала ответов.
Но на этот раз все было по-другому.
— В Убежище, — ответил Лёнька негромко. — В Нижнем мире. Теперь это мой дом!
— Дом? — переспросила Лёля с сомнением. — Как-то здесь неуютно… уныло…
— Мы еще не пришли! Ты еще ничего не видела! — проговорил Лёнька запальчиво и протянул руку вперед. — Но скоро, очень скоро ты увидишь… ты поймешь…
И тут же коридор кончился, и они оказались в огромном гроте, в огромном подземном зале.
Этот грот был величественен, как готический собор, — но он был больше любого собора.
Стены его были расцвечены волшебными золотыми и серебряными узорами, среди которых сверкали грозди кроваво-красных, зеленых, синих, фиолетовых самоцветов.
В центре грота возвышалась грандиозная колонна, сияющая всеми цветами радуги.
В воздухе вокруг этой колонны роились миллиарды светлячков, свивались в живые хороводы, в светящиеся, искрящиеся, переливающиеся узоры.
— Как красиво! — восхищенно воскликнула Лёля. — Где это мы? Под землей?
— Это трудный вопрос, — замялся ее провожатый, и она подумала, что впервые видит его таким неуверенным. — В каком-то смысле да, мы под землей… но сюда невозможно попасть с поверхности. Это другой, Нижний мир…
— Но ты же как-то сюда попал! — возразила Лёля. — Значит, и другие могут…
— Нет, другие не могут! И я… я не попал сюда, наоборот, когда-то давно я вышел отсюда — а потом вернулся… Ты же помнишь, как я долго искал пути сюда, и мне удалось.
— Удалось… — как эхо повторила Лёля, вспоминая, как долго искала его по всему городу, и по всему получалось, что такого человека вообще не существовало…
— Говорю же тебе, это другой мир. Нижний мир! — говорил Лёнька. — Пойми меня…
— Что-то ты меня совсем запутал! Я ничего не понимаю. Что еще за Нижний мир?
— Это мир, куда уходят забытые, потерянные народы, потерянные племена. Представляешь, сколько таких племен жило на земле за многие тысячи лет? Некоторые оставили по себе память — каменные постройки, глиняные таблички с надписями на своем языке… Но ведь многие народы строили не из прочного камня, а из дерева, из звериных шкур, из других разрушающихся материалов. И писали они не на глине, а на недолговечном, хрупком материале. Так вот, они тоже не исчезли бесследно, они ушли сюда, в Нижний мир…
Лёля слушала давнего приятеля с недоверием.
С одной стороны — вот же он, Лёнька, с которым они дружили. Разумеется, это он. Но совсем не такой, как раньше. Но это естественно, прошло ведь пятнадцать лет…
Но дело не в возрасте, поняла Лёля, он другой. Глаза и жесты, и голос, и речь… Все другое. Но все равно это он, ее друг. Только сейчас друг ли он?..
Вдруг где-то поблизости раздался цокот копыт.
Лёля обернулась и увидела двух всадников на больших светло-рыжих конях.
Всадники были облачены в кожаные доспехи, к седлам их коней были приторочены колчаны со стрелами.
Подъехав к Лёле и ее спутнику, они спешились, преклонили колени и что-то проговорили на незнакомом гортанном языке.
— Что это за язык и кто эти люди? — спросила Лёля. — И что они говорят?
— Эти люди — кыпчаки, — ответил Лёнька. — Чаще их называют половцами. И говорят они, соответственно, по-половецки. А что они говорят… они говорят, что счастливы видеть свою принцессу, пришедшую из Верхнего мира.
— Принцессу? О ком это они?
— О тебе. Ты не знаешь, но твой дальний предок был ханом, правителем одного из половецких племен.
— Да ну тебя, ты выдумываешь! — Лёля даже рассмеялась, но тут же вспомнила слова той женщины, которую встретила в клубе «Две змеи», она тоже называла Лёлю принцессой.
И перед глазами возник старый, выцветший документ — свидетельство о браке, там была фамилия бабушки — Барнабина.
Барнабина… ну надо же…
Ладно, если хотят — пусть считают ее принцессой.
— Это не я говорю — это они так говорят, — уточнил Лёнька. — И они хотят показать тебе свои Врата.
— Врата? Что еще за врата?
— Врата — это вход в Нижний мир. У каждого народа, каждого племени, которое ушло сюда, в этот мир, есть такие Врата. И у многих племен, которые остались в Верхнем мире, тоже есть свои Врата — только они называются храмами, святилищами… Когда-то через них можно было попасть в Нижний мир, но потом Врата закрылись.
Половцы подошли к Лёле, что-то почтительно сказали ей и показали знаками, что хотят посадить ее на лошадь.
— Да я никогда не ездила верхом! — смутилась Лёля.
— Ничего, они тебе помогут!
Половцы подсадили Лёлю.
Она устроилась в седле — и, как ни странно, ей было удобно, как будто она ездила верхом каждый день с самого рождения.
— Видишь, у тебя это в крови! — проговорил Лёнька и вскочил на вторую лошадь.
Половцы повели лошадей под уздцы.
Они ехали удивительно быстро, перед Лёлиными глазами, как в калейдоскопе, сменялись подземные гроты и коридоры.
Наконец лошади остановились.
Они оказались в большом гроте, в центре которого стоял высокий резной столб с изображениями всевозможных животных — здесь был и волк, и медведь, и кабан, и дикий бык, и верблюд, и другие животные, которых Лёля не знала.
А вокруг столба были сложены всевозможные золотые предметы — оружие и украшения, ожерелья и браслеты…
— Это Врата. Святилище племени. Когда-то оно было в Среднем мире, и люди приносили сюда свои дары. Потом Врата закрылись, и через них нельзя пройти между мирами… почти никому.
— Почти? — повторила за ним Лёля. — Ну да, ты же через них как-то прошел…
— Я прошел через них, потому что принадлежу Нижнему миру. И все равно даже мой проход нарушил устойчивое равновесие миров. Какие-то вещи из этого святилища попали в Средний мир, их нашли, и начали копать, в надежде найти больше. Ведь люди Среднего мира сходят с ума от вида золота.
Но теперь попасть из Среднего мира в Нижний стало почти невозможно…
— Почти? — снова
