О, да, я знаю, как это работает! - Enzo Salvatore

— Хорошо, мы пришли. Если тебе что-то понадобится, у дверей будет дежурить пара человек. Скоро принесут поесть, — с улыбкой произнёс он. — Ты не пленник, просто так принято. Охрана здесь для того, чтобы ты не совершил глупостей. Если эта крепость падёт, мы все умрём, и ты вместе с нами. Помни это.

Я стоял в проёме двери и внимательно смотрел на него, ощущая, как его слова, полные уверенности, проникают в мою душу. Он действительно умеет подбодрить, и в этом нет сомнений. Меня терзали мысли о том, как не везёт мне в жизни. Даже после смерти, когда, казалось бы, всё должно было закончиться, снова оказался в неприятной ситуации. Даже уйти из этого мира по-человечески не удалось — стыдно, чёрт возьми! Чувствовал, как внутри меня нарастает горечь и недовольство, словно застрял в бесконечном круге неудач. Вокруг меня царила атмосфера тревоги и неопределенности, и я не мог избавиться от ощущения, что судьба снова подшучивает надо мной.

Нутром чувствовал надвигающийся кошмар. Мрачные коридоры старинной крепости темнели, будто поглощая свет. Панические атаки? Стражи, словно зловещие статуи, стояли у двери, их глаза порой мерцали ярче, чем полуденное солнце. Или мне так казалось? Горло моё пересохло от напряжения, но я быстро взял себя в руки и кивнул Глебу. И закрыл дверь, войдя в комнату.

Уселся на грубую кровать, как вдруг дверь приоткрылась, и в проёме появилась она — девушка в чёрном платье, слепленная словно из теней, ослепительно контрастирующая с мрачностью вокруг.

— Не бойся, — сказала она, заметив, как я дрогнул и бросил взгляд, ища другой выход. Ставя поднос передо мной на столик, наспех сколоченный из досок. — Я тебя не трону. Надеюсь, ты не собираешься смиряться с участью мертвых.

— О чём ты? — спросил я её, не в силах скрыть недоумение.

Посмотрел на еду: простая каша в металлической миске и деревянная ложка. Стресс нужно заесть, всегда так делал. Но руки дрожали, сердце колотилось в груди, как бешеное. У меня была паника, а нервы — словно натянутые до предела струны.

Она склонила голову, и в её глазах блеснуло что-то странное.

— Если ты будешь тренироваться и становиться сильнее, сражаясь, то выживешь. Ты пришёл из другого мира, не так ли? Это дарует тебе силу.

— Силу? — удивлённо поднял бровь.

— Ты можешь достичь большего, чем любой другой здесь. Ведь ты тот кто пришел из другого мира. — произнесла она, подавая мне ободряющий взгляд. — Ты испуган, но ты держишься. Другие впадали в истерику и пытались сбежать. Мы сначала убивали их, не зная, что с ними делать, и изучали тела. Потом мы брали их живыми и изучали, пытали, и теперь знаем о вашем мире. Как вам там хорошо живётся, и что там нет тварей. Вы слабые и бесполезные. Мы собирали вас отрядами, и все дохли как насекомые. Но всё изменилось, когда один из ваших сбежал и убил целый отряд тварей. Мы поняли, что вас можно использовать. Что вы просто не умели пользоваться скрытой силой.

— Использовать? — повторил я, пытаясь осмыслить её слова.

Она шагнула ближе, и в её взгляде я увидел искру безумия.

— А ты думаешь, твоя жизнь важна? Для кого? Для тебя? Мы умираем каждый день. Смерть стала для нас вечным спутником, и мы уже не помним тех времён, когда было безопасно за стенами крепостей, — произнесла она тихо, словно это были слова заклинания. — Если нужно пожертвовать тобой одним, мы сделаем это, натренируем и выкинем за стену. Враг моего врага — мой друг. Шучу! Сдохни и забери за собой как можно больше!

Я остолбенел. Тело перестало дрожать, видно, тоже было в шоке от подобного откровения. За дверью послышались торопливые шаги, и в дверь едва не вышиб и вошёл Глеб. Он молча взял девушку за руку и повёл её. Она закричала проклятья в мою сторону. Судя по тому, что за ними дверь закрыли и больше не открывали, никто не будет ничего мне объяснять.

Перевёл взгляд с двери на поднос на столе. Подошёл и начал есть, стоя, так как кроме кровати и ведра, что служило нужником, в комнате больше ничего не было. Вся тревога, как волна, ушла. Будто перестал что-либо чувствовать. Просто механическими движениями забрасывал ложку с кашей в рот. На вкус она напоминала овсянку. Что это, высшая точка нервного срыва? Миска опустела, поднос пуст. Положив ложку в миску, я развернулся и поплёлся на обмякших ногах к кровати. Лёг на спину; без подушки пытаться уснуть на боку было бессмысленно. Ни о чём думать не хотелось. Казалось, что по щекам хлещут слёзы, но, видимо, это лишь казалось мне, потому что на шею они не стекали. А будто горели щёки, как и само лицо. Стыд? Нет, это был гнев.

Гнев за своих с Земли, за тех, кто, как и я, появился здесь, но не смог совладать с эмоциями. Кого-то бросили на корм этим тварям после “тренировок”. Их в моих глазах не оправдывало ничто. Не то чтобы мы тоже, как и твари, пришли сюда незваными гостями. И не то что мы тоже просто люди, слабые, хоть и с какими-то силами. Жестокая правда открылась передо мной: “я жив лишь потому, что кто-то из наших смог доказать полезность им.”

Глава 2

Мне ничего не приснилось, от слова совсем. Проснулся от звука, похожего на горн, и резко вскочил с кровати. Хорошо, что спал в одежде — как можно спать на голых досках без неё? Вдруг в левом нижнем углу поля зрения заметил три полоски. Глядя на них, увидел, что они увеличиваются; это оказались полоски трёх цветов, которые сразу узнал.

Опыт из игр подсказал мне: красная полоска — здоровье, синяя — мана, а зелёная — запас сил. Справа от них были числа 100/100 рядом с каждой из полосок.

В дверь вошёл Глеб, словно дожидаясь, когда проснусь.

— Пора заняться тобой, — произнёс он, осматривая комнату, будто видел её впервые. Потом его взгляд зацепился за меня. — Не делай лишних движений, и всё будет хорошо.

Кивнул, стараясь не выдать своего волнения. Внутри меня всё бурлило: мысли о том, что происходит, и о том, как оказался здесь, смешивались с инстинктивным желанием выжить. Глеб, казалось, чувствовал мою напряжённость, и его холодная уверенность немного успокаивала.

За ним вошёл готовый к бою человек в кольчуге и с мечом на перевес. Едва взглянув на него, в голове возникло понимание того,