Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии - Наталья Добкевич
— Это наблюдение. — Он махнул рукой страже. — Уведите.
Меня взяли под руки и повели.
Камера оказалась не такой страшной, как я думала. Каменная, но сухая. Топчан с соломенным тюфяком. Стол. Табурет. Под потолком — зарешеченное окошко.
— Люкс, — сказала я, усаживаясь на топчан. — Почти как моя коморка.
— Ну и влипла ты, подруга, — раздался голос Корнелия.
— Спасибо, утешил.
— Да ладно, я ж без зла. Но ситуация — хуже некуда.
— Знаю.
Я откинулась на тюфяк и уставилась в потолок.
— Слушай, Корнелий, — сказала я. — А ведь она была не права.
— Кто?
— Тенира. Пророчество. Я должна была стать женой ректора. А стала той, кто нашла его труп.
— Ирония судьбы, — согласился лич. — Но пророчества — штука хитрая. Может, оно ещё сбудется.
— Каким образом? Он мёртв.
— А может, имелся в виду не этот ректор? — загадочно сказал Корнелий. — Может, следующий?
— Какой следующий?
— Ну, в академии всегда есть ректор. Умрёт один — придет другой. Может, ты станешь женой нового?
— Ты серьёзно?
— Я предполагаю. Пророчества часто говорят загадками. «Ректор» — это не обязательно конкретный человек. Это может быть должность. Титул.
Я задумалась.
— То есть я всё ещё чья-то невеста?
— Вполне возможно.
— И кто же этот счастливчик?
— Поживём — увидим, — философски заметил Корнелий. — Если доживём.
Я вздохнула.
— А если не доживём?
— Тогда нам конец. Но я в тебя верю. Ты умная. Ты заметила детали. Рейнар не дурак, он проверит. Если найдёт убийцу — тебя отпустят.
— А если не найдёт?
— Тогда нам придётся искать самим.
Я посмотрела на решётку на окне.
— И как я буду искать из камеры?
— Головой, — ответил Корнелий. — У тебя голова есть. И я есть. Вдвоём мы справимся.
Я улыбнулась.
— Спасибо, Корнелий.
— Не за что. Мы же команда.
Я сидела в камере и думала.
Кто убил ректора? Зачем? Почему подставили именно меня?
Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.
Вечерело. За окошком темнело небо. Где-то вдалеке кричали драконы — может, студенты на полигоне, а может, просто ночная стража.
Я уже начала дремать, когда в коридоре раздались шаги.
Тяжёлые. Медленные. Уверенные.
Кто-то шёл к моей камере.
Я села.
Шаги замерли у двери. Лязгнул засов.
Дверь открылась.
На пороге стоял Рейнар.
Он выглядел усталым. Под глазами залегли тени, мантия была в пыли, волосы растрепались. Но глаза горели ярко — золотым, живым огнём.
— Вставай, — сказал он.
— Куда?
— Пойдёшь со мной. Будешь смотреть тело.
— Я уже смотрела.
— По-настоящему, — сказал Рейнар. — Как судмедэксперт. Мои маги чего-то не видят. А ты видишь.
Я смотрела на него.
— Ты мне веришь?
Рейнар помолчал.
— Я не верю никому, — сказал он наконец. — Но ты первая, кто заметил то, что не заметили мои люди. Ты не плакала, не просила пощады, не врала. Ты работала. Значит, ты нужна мне живая.
Я встала.
— Пошли.
Мы вышли в коридор.
— И вот ещё что, — сказал Рейнар, когда мы шли к лестнице. — То пророчество... про жену ректора...
— Что?
— Оно не отменяется со смертью Игнациуса. Так гласит древний текст. «Жена ректора спасёт академию». Не уточняется, какого именно ректора.
Я замерла.
— Ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что в этой истории будет много трупов, — перебил Рейнар. — И ты в центре. Так что держись.
Он пошёл дальше.
Я — за ним.
Впереди было тело. Впереди было расследование. Впереди была правда.
И я собиралась её найти.
Глава 5 Второе Вскрытие
Глава 5 Второе Вскрытие
Рейнар вёл меня через тёмные коридоры академии молча.
Я едва поспевала за ним — шаг у дракона был широкий, а я всё ещё не отошла от ночи в камере. Спала там так себе, если честно. Солома кололась, стражники за дверью переговаривались, а Корнелий ещё и комментировал каждый их чих.
— Куда мы идём? — спросила я, когда мы свернули в какой-то совсем уж мрачный коридор.
— В морг, — коротко ответил Рейнар.
— Тело перенесли?
— Да. Мои люди уже осмотрели его. Но я хочу, чтобы посмотрела ты.
— Почему? — удивилась я. — Вы же вроде как подозреваете меня в убийстве. А теперь хотите, чтобы я осматривала тело?
Рейнар остановился и резко обернулся.
Факелы на стенах осветили его лицо. Уставшее, бледное, с тёмными кругами под глазами. Но глаза горели — золотые, живые, цепкие.
— Мои маги смотрели на тело как на труп важной персоны, — сказал он. — Они искали ритуальные следы, магические отпечатки, проклятия. Они упустили укол. И запах. Ты же смотрела на него как на... работу.
— Потому что это и есть работа, — пожала плечами я. — Для меня тело — это источник информации. Не важно, кто он при жизни.
— Вот именно, — кивнул Рейнар. — Поэтому ты пойдёшь со мной. И посмотришь ещё раз. Внимательнее.
Он развернулся и пошёл дальше.
Я поспешила за ним.
— Корнелий, — мысленно позвала я. — Что думаешь?
— Думаю, что этот дракон умнее, чем кажется, — отозвался лич. — Он понял, что ты — его единственный шанс найти убийцу. Потому что местные специалисты, судя по всему, ни на что не годны.
— Или он сам убийца и хочет проверить, что я нашла, — возразила я.
— И такой вариант не исключён, — согласился Корнелий. — Так что смотри в оба. И не только на труп.
— Спасибо, научный руководитель.
— Обращайся.
Морг оказался небольшим помещением в цокольном этаже лечебного крыла.
Холодный каменный пол, стены без окон, несколько столов из тёмного камня. Над ними висели магические светильники, дававшие яркий белый свет. В углу стояли шкафы с инструментами — грубыми, не чета моим скальпелям, но для местных, видимо, сойдёт.
На центральном столе лежало тело ректора, накрытое белой простынёй.
Рядом суетились двое магов в серых мантиях. Увидев Рейнара, они вытянулись по струнке.
— Господин глава! — воскликнул один, лысоватый мужчина с нервным лицом. — Мы закончили осмотр. Все данные записаны.
— Хорошо, — кивнул Рейнар. — Оставьте нас.
— Нас? — маг
