Выжить в битве за Ржев. Том 7 - Августин Ангелов
Денисов молчал, глядя на него. В его глазах было недоумение, но не было злости.
— Вы ведь не враг? — спросил он тихо.
Ловец покачал головой:
— Нет. Я не враг. Я твой… — он запнулся. — Я твой командир…
Ловец помолчал. Он хотел сказать правду. Хотел сказать: «Я твой внук, Коля. Я пришел из будущего, чтобы спасти тебя и еще многих других людей». Но он не мог. И он просто сказал:
— Я забрал то, что не должно попасть в руки врагов. И то, что не должны видеть люди, которые хотят навредить Угрюмову. Ты поможешь мне уйти?
Ловец опустился на колени рядом с дедом, помог ему сесть, прислонившись спиной к сырой заплесневелой бетонной стене. В свете фонарика попаданец смотрел в глаза деда и понимал, что врать больше нельзя. Не этому человеку.
— Коля, — сказал он тихо, — я должен тебе кое-что сказать. То, что ты не сразу поймешь. И то, во что можешь не поверить.
Денисов нахмурился, спросил, почесывая ушибленный затылок:
— Что такое, дядя Коля?
Ловец глубоко вздохнул. Внутри него все сжалось, но он заставил себя говорить.
— Помнишь ту высоту возле деревни Иваники? Помнишь, что все эти вещи были тогда при мне?
Денисов поднялся, придерживаясь за стенку и пошатываясь. Голова у него гудела, он тер ушибленный затылок, но все-таки держался на ногах. А Ловец начинал нервничать. Ему нужно было уходить. Счет шел на минуты. Наверху караульные могли слышать предупредительный выкрик Денисова. К тому же, дым от дымовой шашки походил на возгорание. Но он не знал, что теперь делать с дедом…
Но тут Денисов кивнул, в его глазах мелькнуло удивление, и он проговорил:
— Помню. Как не помнить! Вы же там спасли меня от немцев. Спасали мою жизнь несколько раз… Я сначала думал тогда, что вы просто смелый и умелый командир из ОСНАЗа с необычным оружием и снаряжением. Вы были не таким, как все другие… Но потом я узнал, что вы — мой родственник, мой дядя…
— Да, — сказал Ловец, наконец-то решившись признаться. — Мы с тобой родственники. И мы даже ближе по крови, чем ты думаешь. Потому что я, на самом деле, — твой внук.
Денисов замер. Он смотрел на Ловца. В его глазах росло недоумение. И он пробормотал:
— Что значит «внук»? Вы же старше меня!
А Ловец сказал, подбирая слова:
— Я прибыл сюда из будущего, из 2023 года, прошел сквозь время назад, чтобы ты выжил, Коля. Ты — мой дед. Я — твой внук. Я родился через много лет после войны. Через несколько десятилетий… Тебя на этой войне убили. А твой сын вырос и стал моим отцом. И меня назвали Николаем в твою честь. Теперь получается, что я, переместившись во времени, предотвратил твою гибель где-то там, у безымянной высоты возле Васильковского узла немецкой обороны…
Тишина в коллекторе стала почти осязаемой. Денисов смотрел на Ловца, и в его глазах отражались боль, неверие, страх. Он хотел сказать что-то, но не мог. Он просто удивленно пялился Ловцу в лицо, словно видел его впервые.
— Неужели такое возможно? — наконец прошептал он.
— Как видишь, — сказал Ловец. — И все вот эти вещи принадлежат мне, потому что они оказались здесь, попав из будущего вместе со мной. Я не могу объяснить тебе, как я здесь оказался. Это слишком сложно даже для меня самого. Но я здесь, Коля. И я твой внук. И я пришел из будущего не только, чтобы спасти тебя, но и для того, чтобы изменить эту войну. Чтобы сделать так, чтобы меньше наших русских людей в ней погибло. И чтобы ты был счастлив. Ты и твоя семья. То есть, моя семья тоже.
Денисов молчал долго. Он смотрел на Ловца. И Ловцу казалось, что он не то вот вот заплачет, не то, наоборот, засмеется. Но обстоятельства явно не располагали к бурному проявлению чувств. Наконец Денисов справился с эмоциями, как настоящий мужчина, и спросил:
— А когда мы победим немцев? В этом году или в следующем?
И Ловец сказал честно:
— Через три года. Возможно, немного пораньше, если мы с тобой постараемся что-то изменить к лучшему. Ты же на моей стороне?
Денисов закрыл глаза. По его щеке скатилась слеза — первая, которую Ловец видел у него за все это время. Все-таки эмоции, которые он старался сдержать, выплеснулись наружу.
— Как же так… — прошептал он. — Я — дед? В девятнадцать лет? А вы, дядя Коля, — мой внук? И вы старше меня?
Ловец усмехнулся:
— Странно звучит, да. Я понимаю. Но это правда. И теперь ты тоже можешь понять, почему я не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось, почему я должен защитить тебя и твою семью. Потому что вы и есть моя семья, самые близкие мне люди: дедушка, бабушка и мой отец. Потому смело можешь называть меня на «ты».
Денисов все еще пребывал в шоке от услышанного, хлопая глазами. А Ловец показал на свою винтовку и свой рюкзак, в котором лежали его собственные вещи, которые он только что забрал из лаборатории, и сказал Денисову:
— Вот это все то, что я вернул себе. Не просто вещи, а оружие и приборы, которые помогут нам выиграть войну с меньшими потерями. Но, если они попадут в руки Цанавы, — человека Берии, — нас обоих расстреляют, как шпионов. Да еще и Угрюмова, потому что он тоже в курсе моего перемещения сквозь время. Поэтому я должен спрятать их туда, где никто не найдет. Для этого сейчас я сюда и пришел. Уже завтра в Можайск приедет человек Цанавы и начнет копать. И он не должен видеть мои приблуды. Потому выбирай сам: идешь со мной, или остаешься здесь? Можешь сказать на допросе, что диверсант тебя оглушил и убежал со всеми вещами, а лица его ты не запомнил.
Денисов посмотрел на снаряжение, потом на лицо Ловца и спросил:
— И куда мы их спрячем?
— Значит, все-таки мы? — удивился Ловец. — Ты принял решение?
— Да, мы, — Денисов твердо посмотрел ему в глаза. — Ты сказал, дядя Коля, что я твой дед. И ты пришел из будущего, чтобы спасти меня. Значит, я должен помочь тебе. Я не могу просто сидеть здесь и ждать, пока меня арестуют за то, что я упустил диверсанта. Я пойду с тобой.
— Это опасно, — Ловец попытался возразить,
