Цена выбора - Александр Науменко
— Почему?
— Здесь все такие. Генно-модифицированные, подкорректированные. Красиво, да? А душеньки ни на грош. Как у наших тихих подружек.
Он кивнул на Лиру, Иву и Зеро, которых Сайга выводил из машины.
— Что, правда?
— А ты как думал?
Сайга, оставив свою СВД в салоне, лишь пожал плечами.
— Зато не воняют, как в «Исходе». И мух нет. Цени комфорт, парень.
Оставив оружие в бронированном «Мерседесе», трое мужчин и три девочки направились ко входу. Автоматические двери бесшумно раздвинулись, впуская их в огромный, круглый зал под куполом. Внутри было ещё чище и безжизненнее, чем на улице. Воздух казался настолько стерилен, что щипал ноздри. Вдоль стен стояли биокапсулы. В некоторых из них плавали в питательной жидкости смутные, похожие на человеческие, зародыши.
За центральной стойкой из белого пластика и хрома сидела женщина, Этана, если судить по табличке с именем. Лет сорока, с строгим, лишённым макияжа лицом, в безупречном белом костюме. На её левом виске мерцал небольшой имплант, проецирующий на сетчатку невидимые данные. Пальцы, с ухоженными ногтями, быстро и безошибочно стучали по поверхности голографического интерфейса.
Она подняла на них взгляд, когда они подошли.
Глаза, холодные, скользнули по Скорпу, Сайге, Щуплому и остановились на девочках. Она не улыбнулась, не кивнула. Жестом она указала им пройти за стеклянную перегородку для осмотра.
— Образцы по контракту 774-А, — сказал Скорп, протягивая ей жетон Харона.
Этана взяла жетон, приложила к своему интерфейсу. Взгляд бегло пробежал по данным, а затем снова уставился на девочек, которых сканировали невидимые лучи.
— Вы привезли не то, что заказывали.
Голос женщины был ровным, без эмоций, как у робота-синтезатора.
— Всмысле?
Скорп нахмурился. Его брутальное лицо исказила гримаса раздражения.
— Как это, не то? Они чистые! Без мутаций! ДНК первого поколения! Смотрите сами!
Он бесцеремонно ткнул пальцем в сторону Ивы, стоявшей неподвижно, как статуя.
— Именно, — не отрывалась от планшета Этана. — Первое поколение. А нам нужны были вторые. С усиленной регенерацией и адаптированным метаболизмом. Эта партия устаревшая. Производство таких линий было прекращено несколько месяцев назад. Контракт аннулирован.
— Б**дь… — тихо, но с такой силой, что слово прозвучало как выстрел, выругался Сайга. — Харон, сука, нас подставил. Он знал.
— Не думаю, чтобы этотжирный ублюдок знал. Иначе бы не вёз товар.
Этана впервые оторвалась от данных и посмотрела на них. Её взгляд был не злым, не жестоким. Он был пустым, как у бухгалтера, констатирующего убыток.
— Мы можем забрать их… Но по утилизационной цене.
— Сколько? — подался вперёд Сайга.
— Пятьдесят кредитов за штуку. Или вы забираете их обратно.
— Да ну нахер! Считай, отдать даром! Мы больше заработаем, сделав их шлюхами.
Щуплый, до этого молчавший, сжал кулаки. Он смотрел на Зеро, которая, казалось, на секунду встретилась с ним взглядом, и в её больших глазах мелькнула искорка чего-то, может, страха, а может, надежды.
— Но они же живые! — вырвалось у него.
Голос срывался на фальцет.
— Вы что, не видите?
Этана посмотрела на него так, словно он только что сообщил, что вода мокрая.
— Живые, да, — согласилась она. — Ценные, нет. Это не люди. Это продукт. Генно-инженерный товар. И устаревший товар, не соответствующий техническому заданию. Это отходы. Пятьдесят кредитов. И оставляете их здесь для утилизации. Решайте.
Скорп стоял, тяжело дыша. Он смотрел то на Этану, то на девочек. Его скулы ходили ходуном. Он видел в них не «продукт», а тех, кого они тащили через ад, кого чуть не захватили «Стервятники». Он помнил ту самую девчонку, Куклу, которую Вульф повёз умирать. И он видел лицо Щуплого, полное немого ужаса.
— Да пошли вы! — вдруг рявкнул он, его хриплый голос громко прозвучал в стерильной тишине зала. — Да пошли вы со всей вашей утилизацией!
Он резко развернулся к Сайге и Щуплому.
— Забираем наших девок и валим отсюда. Кончай, стрелок, хмуриться. Щуплый, бери их.
Сайга, не говоря ни слова, взял за руку Лиру и потянул её к выходу. Щуплый, всё ещё бледный, но с новым, твёрдым огоньком в глазах, кивнул и бережно, почти по-отечески, подтолкнул Иву и Зеро вперёд.
— вы же не против? — бросил Скорп взгляд на своих товарищей, уже направляясь к двери.
Сайга пожал плечами, приобнимая за плечо безмолвную Лиру.
— Я? Нет. Надоело уже на эти рожи смотреть.
Он кивнул в сторону бесстрастной Этаны.
— Я тоже нет, — твёрдо сказал Щуплый.
— Тогда вперёд, — буркнул Скорп.
Они шестеро вышли из сияющего, бездушного здания обратно на парковку. Скорп, запрыгивая в водительское кресло, глянул в зеркало на троих девочек на заднем сиденье и на своих напарников.
— Ладно, один хрен, — бормотал он, заводя двигатель. — Может, мы и ублюдки, но сегодня, наверное, сделали хорошее дело, не отдав этих девок в утиль. Хотя чёрт его знает, что с ними теперь делать.
Бронированный «Мерседес» плавно тронулся с парковки у стерильного здания с куполом и направился обратно к главным воротам. В салоне царило молчание, но теперь оно было иным, не напряжённым, а почти задумчивым. Груз, который они везли с таким трудом и риском, оказался бесполезным хламом в глазах этого сияющего мира. Но теперь это был уже не просто «товар».
Скорп, не глядя на штурмовика-киборга, дежурившего на выезде, проехал через медленно раздвигающиеся титановые ворота. Машина пересекла незримую границу между безупречным, кондиционированным раем «Веги» и суровой, пахнущей пылью и свободой реальностью Пустых земель.
Когда последний сегмент ворот скрылся за ними, Скорп резко дернул руль, разворачивая внедорожник так, чтобы он на мгновение оказался боком к монолитным стенам анклава. Он опустил стекло, высунул руку и, глядя на сияющие башни и голографические рекламные щиты, сжал кулак, оставив торчащим один средний палец.
— Держите свои кредиты и свои утилизации при себе, ублюдки! — прохрипел он в сторону бездушного великолепия.
Потом он повернул голову, глядя в салон. Его взгляд упал на Зеро, самую младшую, которая смотрела на него своими большими светлыми глазами. И грубый, прошедший через ад наёмник, неожиданно весело подмигнул ей.
