Порочный продюсер - Сандра Бушар
— Не понимаю, — удивленно осматривая девушку, я совсем не могла понять, что она задумала, — зачем тебе моя квартира? Откуда ты вообще узнала о продаже?..
— Ты еще не поняла, Рита? — мечтательно вздохнув, та расплылась в самой счастливой улыбке. — Я украла твоего жениха. Я украла твою популярность. И я заберу твою квартиру. А, знаешь, что самое приятное? Деньги из семьи никуда не уйду. Я отдам их тебе и в этот же день они перекочуют мне на карточку. Правда, мило?
Напряженно сведя брови на переносице, я не могла поверить ее словам:
— Боже… После всех твоих оскорбительных видео, я знала, что ты мне завидуешь. Но ведь не до такой же степени, чтобы довольствоваться моими остатками! — пригубив со стакана воду, я отдала стакан Милене. — Хочешь допить? Знаю, хочешь. Не в чем себе не отказывай…
Раздражение судорогой пронеслось по лицу девушки. Сжав стакан, она буквально раздавила его своей крохотной ладонью, и даже этого не заметила.
— Какая разница, если я победила? — выдала та.
— Мы с тобой не соревновались. — зарывшись лицом в ладони, я вдруг испытала дикое желание встать и уйти.
— Ты никогда не заслуживала того, чего имеешь! — закричала та, слишком бурно и громко. Люди вокруг начали на нас оглядываться. — Выскочка, грязная шлюха! Откуда ты вообще взялась? Почему на том кастинге Беренштейн отказал мне, но взял тебя? Я ведь согласилась переспать с ним! Была согласна буквально на все!
Глаза мои стали огромными, словно два блюдца. За сумасшедшим биением сердца и тотальным шоком я совершенно не заметила, как к столику приблизился некто совершенно нежданный.
— Поэтому и отказал, Настя. Это был тест, ты еще не поняла? Я не сотрудничаю с теми, кто раздвигает ноги ради работы. — быстро подняв взгляд, я увидела Его — Беренштейна. Бросив на стол парочку бумаг, он посмотрел на меня в упор, прожигая насквозь. — Ваше соглашение с Германом — чистой воды глупость. Мои юристы разбили «документ» в пух и прах. В суде все решилось за один день. Глупости, тебе стоило изначально прийти ко мне и не тратить на это свои нервы.
— Боже мой… — подпрыгнув на месте, словно на шарнирах. Я радостно взвизгнула и едва сдержалась от смеха: — Неужели это значит, я что никому ничего не должна?
— То есть, сделка по квартире отменяется? — мой адвокат резко перестал считать деньги и напрягся. — Извините, но вам все равно придется мне заплатить.
— Что значит «отменяется»?! — завопила Милена. — Ничего не отменяется! И все эти ваши бумажки… Подотритесь ими в туалете, понятно? Рита должна нам миллионы!!..
Спокойно выслушав нескончаемый диалог Милены, Борис спокойно перевел взгляд на адвоката и улыбнулся так пугающе, что коленки подкосились:
— А вы нам еще нужны. Не хотел этого делать, но раз Настя Курочкина так просит, то мне остается лишь оправить их семье парочку ответных исков. Оспорить которые, увы, так легко не выйдет. Эти деньги, которые назанимали по знакомым, — продюсер нервно кивнул на стопку бумаг, которыми Милена собиралась расплатиться за квартиру, — далеко не убирай.
— Вы… Вы… Мошенники, понятно! — вскочив с места, она буквально вырвала из рук адвоката наличку, затрамбовала ее обратно в сумку и, показав всем фак, побежала к выходу, словно за ней все гонятся. — Вы обо мне еще вспомните!
Вздохнув полной грудью, впервые за последний месяц, я искреннее рассмеялась. А потом, руководствуясь странному порыву, буквально бросилась на шею мужчине:
— Спасибо! Спасибо! Я ведь… А ты просто… Это с ума сойти!.. — его руки сомкнулись на моей талии, жадно прижимая к себе. Нос зарылся в волосы, пока из груди мужчины вырвался рваный рык. Объятия затянулись, я мягко опустила руки… Но вдруг поняла, что Он меня не отпускает. Мягко сглотнув ком, вздохнув полной грудью, я прошептала: — Борис?..
— Да?.. — невинно переспросил, будто и не было ничего странного. Лишь хрипота в голосе выдавала его.
— Вокруг люди. Они смотрят. — кроме того, кто-то уже успел достать камеру и начать снимать нашу семейную драму.
— А разве тебе есть до этого дело? После того, как ты целых день плясала в костюме майонеза… — выдал тот, спускаясь горящей ладонью по моей спине все ниже и ниже. На мне был теплый вязанный свитер, но, казалось, рука мужчины прожигала меня до костей, вызывая мурашки и дрожь в теле.
— Мне и до этого было плевать. Но ведь ты… — говорить становилось все сложнее, по мере того, как его губы все ближе оказывались к шее. Хотелось закрыть глаза и позволить себе расслабиться.
— Я хочу, чтобы все вокруг знали, Рита. — немного отстранившись, он заглянул мне прямо в глаза. Так серьезно, что что-то внутри меня надломилось в от момент. Никто и никогда не смотрел на меня так…
На рваном вдохе я промямлила:
— Знали… Что именно?
— Что ты моя. И только. — произнес он и почва под моими ногами пропала. Я бы точно упала, не держи он меня так крепко. И пока я рвано глотала кислород, он просто накрыл мои губы своими… У всех на виду. Будто так и надо. Словно не слышит шепота вокруг. Словно все вокруг нас не снимают, откровенно и нагло!
Он целовал меня так, будто мы одни в этом мире. В спальне, запертой на сотни замков. И в тот момент казалось, что это финал волшебной сказки про Золушку… Увы, но если это и была сказка, то после титров наступило самое интересное.
Глава 26
— Ты ведь понимаешь, что на улице осень, правда? — саркастично произнес мужчина, раскинувшийся на диване. Уже битый час смотрел на меня и вальяжно попивал нечто согревающее из своего любимого стакана. — Это та пора года, что идет сразу за летом.
— И? — обернувшись, я замерла с вопросительно вздернутой бровью. — У тебя есть какие-то претензии?
— Дай подумать… Против ли я, что ты наряжаешь елку по среди моей гостиной в костюме развратной снегурочки? — карие глаза потемнели, стоило им в который раз пробежаться по моим Красным стрингам, украшенных бахромой и блестками; а так же топу, на тонких завязках, где единственное, что прикрывало соски — это белые помпоны. — Продолжай…
Усмехнувшись, я поправила свой пепельный парик с двумя аккуратными косичками, а потом надела на голову красную шапочку Деда Мороза.
— Знаешь, — вернувшись к своему занятию, я старательно подбирала игрушки под стилистику елки. Благо, семейное древо Бернштейнов было достаточно велико, чтобы собрать целое сокровище. — люди сами придумывают праздники. С чего они вдруг решили, что Новый Год
