Психотерапия – это не то, что вы думаете - Джеймс Бьюдженталь

• Побудить клиента прислушаться к себе по-новому, что будет иметь важное значение на протяжении всего терапевтического курса.

• Вызвать у клиента желание активно участвовать в изменении своей жизни – прислушиваться к себе с помощью своего «третьего уха».

Глубинные источники неявных паттернов

Внимание к таким, казалось бы, мелочам, как нежелание клиента выражать свои мысли более определенно, как в приведенном выше примере, обычно приводит к другим субъективным проблемам, которые отнюдь не являются незначительными. Вот следующий сокращенный пример.

КЛ-21. После последнего сеанса я размышлял о нашем разговоре и вспомнил, насколько по-дурацки выглядела ситуация, в которой я делал предложение своей жене. Только ее заявление о том, что я должен либо действовать, либо заткнуться, заставило меня пойти на этот шаг. Знаете, возможно, я склонен относиться ко всему с излишней осторожностью.

ТР-21. «Возможно…»

КЛ-22. Да, возможно. Конечно же, я не знаю наверняка. Но иногда мне так кажется.

ТР-22. Так. (Пауза.) «Конечно», но при этом «возможно» и «кажется».

КЛ-23. О черт! Что-то я опять не уверен в том, что говорю, да? Но самое забавное, что я действительно начинаю понимать, что всегда держу пальцы скрещенными. Надо иметь запасной план, знаете ли.

ТР-23. Для вас важно оставлять пути к отступлению, да?

КЛ-24. Да, наверное. Черт возьми! Я ведь сейчас не предполагаю. Я чертовски хорошо знаю, что это так. Тьфу! Меня бесит, что я говорю так расплывчато, и я очень хочу от этого избавиться.

ТР-24. Вы думаете, что сможете?

КЛ-25. Я не знаю. (Жалобным тоном.) О! Это опять та же самая неуверенность, не так ли? Но, знаете, я действительно начинаю нервничать, когда мне кажется, что я должен сказать что-то именно таким образом.

ТР-25. Вы так и не сказали.

КЛ-26. Ну, я… (Небольшая пауза, а затем решительным тоном.) Я собираюсь покончить со всем этим неопределенным дерьмом. (Пауза.) По крайней мере я собираюсь попытаться прекратить это.

ТР-26. (Молчит, пристально глядя на клиента.)

КЛ-27. Я даже немного вспылил, не так ли? (Пауза.) Я не могу поверить, что мне настолько неловко высказываться прямо, не пытаясь добавить в свои слова неопределенности. (Пауза.) Я хочу попытаться выяснить, почему я так делаю, но знаю, что это просто способ избежать того, что я чувствую сейчас. (Еще одна пауза.) О черт! Вы не поверите, как сильно я хочу взять свои слова обратно.

ТР-27. Что вы сказали?

КЛ-28 (выпрямившись, сильным, уверенным голосом). Я собираюсь перестать постоянно уточнять все, что я говорю. (Пауза, размышления.)

Разумеется, эта часть работы не устраняет склонность клиента к чрезмерной осторожности и не прорабатывает лежащую в ее основе нерешительность в принятии обязательств своей жизни. Однако борьба, через которую клиент проходит во время сеанса, необходима для совершения дальнейших шагов. И, скорее всего, в представленном случае она пройдет легче, чем если бы терапевтом были предприняты усилия по исследованию биографических корней этого паттерна.

Для наших целей очевидно, что внимание терапевта не только к словам (уточнениям), но и к лежащей в их основе защитной цели являлось результатом использования «третьего уха». По мере того как клиент постепенно приходит к признанию своей зависимости от этого паттерна, терапевт определяет, насколько сильным должно быть давление с его стороны[91] и как сохранить возникшее у клиента побуждение в поддерживающем, но настойчивом режиме. Данная цель достигается за счет использования пауз (наиболее ярко это проявляется в реплике ТР-26, но правильная расстановка пауз важна на протяжении всей работы) и мягкой конфронтации (особенно в репликах ТР-24 и 25). Крайне важны также, хотя и выражаются менее явно, спокойное внутреннее и внешнее присутствие терапевта и его явная поддержка клиента в том, как тот выполняет свою работу (КЛ-24 – 28).

Необходимо понимать, что это работа с сопротивлением, а то, чему клиент сопротивляется, – это не терапия или терапевт, а противостояние с самим собой.

Другие модели сопротивления

Приведенные выше примеры были сосредоточены на сопротивлении клиента применению в своей речи прямых высказываний. Надо сказать, что среди образованных клиентов такое встречается довольно часто и, возможно, объясняется тем, что в академической и научной литературе не принято делать категоричных заявлений, за исключением констатации подтвержденных фактов. Кроме того, это – как признает и сам клиент – способ избежать того, чтобы оказаться пойманным на слове или прижатым к стенке и, косвенно, вынужденным защищать свое заявление или позицию.

Реплики с 14-й по 18-ю демонстрируют, как можно помочь клиенту в осознании себя в текущем моменте, а также того, что именно он проявляет и говорит.

Стратегическая последовательность. Предложение

Часто бывает полезно вести работу с применением последовательности действий. Тогда первая фаза будет включать в себя выявление часто встречающегося паттерна сопротивления (например, избегания утверждений). Когда повторяющаяся ситуация осознается клиентом (при этом желательно, чтобы она вызывала его беспокойство), эффективным решением становится нахождение простого ключевого слова или фразы, напоминающей клиенту об этом паттерне. (Именно этот прием использует терапевт в приведенном выше примере, когда повторяет только ключевое слово – «возможно».)

Тем временем терапевт начинает раскрывать мотивацию паттерна (реплики 7 и 12). Реакция клиентов на такое вмешательство в большинстве случаев следует одному из двух направлений или является их сочетанием. Они начинают обосновывать необходимость выявленного паттерна и/или высказывать сомнения в том, что он стоит подробного рассмотрения (реплики 6, 9). Терапевт должен прийти к пониманию того, что обе эти реакции являются, по сути, дополнительными слоями сопротивления. Это может произойти только тогда, когда терапевт осознает потребности клиента. Лишь в этом случае раскрытие, скорее всего, станет своевременным и полезным.

Похожие модели сопротивления

Вооружившийся аргументами клиент, отвергающий необходимость внимания к паттерну, – подобно тому как это показано в примере, который мы здесь рассматриваем, – представляет собой дополнительный и несколько более агрессивный слой сопротивления. Аналогично клиент, который высмеивает подобные вмешательства, очевидно, использует юмор в качестве средства избегания. И тот и другой, осознанно или нет, могут пытаться сместить локус работы с собственных внутренних процессов на отношения с терапевтом. Неопытный терапевт, обнаружив, что терапия на некоторое время ушла в сторону от намеченного маршрута, сам может оказаться втянутым в длительные и бесплодные оправдания и убеждения, пока будет разбираться с этим отклонением от намеченного маршрута.

В целом похожая, но более сложная модель поведения наблюдается при работе с враждебно настроенными, склонными к принижению клиентами. Их реакция часто выдает человека, который чувствует себя настолько отчужденным, что он отчаивается достичь успеха в установлении позитивных отношений и переходит к использованию нападок на ранней стадии общения. Терапевт должен относиться к таким ситуациям с