Путь Константина - Андрей Валерьевич Банников
Новая столица не зависела более от презида Европы и викария Фракии. Она получила ius italicum — италийское право, которое сделало ее территорию свободной от налогов. Кроме того, Константин установил для населения Константинополя такие же бесплатные раздачи хлеба, какие существовали в Риме. Первые раздачи были произведены 18 мая 332 г. При Константине ежедневно раздавалось 80 000 хлебов. Право получения хлеба было только у лиц, имевших в городе жилье[213]. Император распространил эту привилегию также на некоторые отряды своей гвардии.
С 324 г. в Константинополе начал функционировать монетный двор, куда были переведены рабочие (монетарии) из Аквилеи. Канцелярии и императорский двор обосновались в новой столице в 330 г., и именно этим годом (16 июля) датируется первый закон, изданный в Константинополе. Константин, который в течение своей жизни должен был постоянно менять резиденцию, теперь на постоянной основе обосновался в своем детище: почти все законы, изданные им, были приняты в Константинополе.
Наконец в Константинополе был открыт свой университет, куда император назначил преподавателей. Но если Константин надеялся, что его город станет очагом латинской культуры на Востоке, то он ошибся. Константинополь превратился в рассадник мощного греческого влияния, и, вследствие этого, центром латинской культуры неожиданно снова сделался Рим.
Масштабное строительство, предпринятое Константином, стало возможно благодаря тому, что в 324 г. в результате одержанной победы в гражданской войне ему досталась казна Лициния. Константин не стал подражать своему поверженному предшественнику. «Разбив засовы, он немедленно наводнил все богатством и менее чем за десять лет построил город в честь своего имени», — вспоминает о его деяниях Юлиан[214]. Строительная деятельность Константина, многочисленные празднества и торжества, а также его щедрость по отношению к солдатам и народу в скором времени истощили казну, поэтому император был вынужден в поисках необходимых денежных средств прибегать к самым решительным мерам. Одной из таких мер станет перепись имущества языческих храмов, о которой пойдет речь ниже.
«Размер Константинополя, — пишет Зосим, — рос до тех пор, пока он не стал великим городом. В результате многие из следующих императоров выбирали для жительства именно его. Город притягивал их чрезмерной величиной населения, которое стекалось со всех сторон света — солдаты, чиновники, торговцы и люди прочих профессий»[215].
Император и его двор
Согласно Евтропию, до Диоклетиана отличие в костюме императора заключалось только в пурпурной хламиде. Диоклетиан первым стал носить одежду и обувь, украшенные драгоценными камнями[216]. Аврелий Виктор уточняет: «Он первый стал надевать одежды, сотканные из золота, и пожелал даже для своих ног употреблять шелк, пурпур и драгоценные камни»[217]. Хламида, о которой пишет Евтропий, была обычным плащом, закрепленным на плече большой круглой фибулой (которая также предназначалась только для императора). Такой плащ назывался «палудаментом» (paludamentum), или сокращенно «пурпуром» (purpura).
Под плащом император носил тунику из белого шелка, расшитую золотом (paragauda), которая была стянута на талии ремнем из окрашенной в пурпур кожи (cingulum). Императорская обувь также была красной. Таким образом пурпурный цвет стал монополией носителя верховной власти, в то время как ранее пурпурная одежда была достаточно распространенной в среде сенаторской аристократии.
Константин позаимствовал из инсигний эллинистических царей диадему, которая в действительности была жреческим знаком отличия, символом посвящения[218].
Псевдо-Аврелий Виктор утверждает, что первым среди римлян украшенную золотом и драгоценными камнями диадему стал носить Аврелиан (270–275 гг.)[219]. Впрочем, это не совсем так, поскольку уже Галлиен (250–268 гг.) носил белую головную повязку, завязанную на затылке, как у эллинистических государей. Такую же повязку мы находим на монетах Нумериана (283–284 гг.). Однако в период тетрархии диадема исчезает: Диоклетиан и остальные тетрархи носили лавровые венки.
На изображениях Константина диадема появляется начиная с 326 г. Она имеет намного более вычурную форму, чем ранее: ее украшают драгоценные камни, жемчуга, иногда большие кабошоны. Такой головной убор называется в текстах источников «венцом» (corona). Носить его имел право только август; на цезарей это право не распространялось.
Помимо костюма императорские инсигнии состояли из шара, символа вселенной, покоренной Римом, уже известного во времена Цезаря и Августа и перенятого Диоклетианом; шар венчала крылатая фигура богини Победы; скипетра (жезла), на вершине которого часто помещалась фигура орла — эмблема триумфатора. Император восседал на курульном кресле, когда он был консулом, но чаще на троне, в частности в зале для аудиенций во дворце.
Для перемещений в городе и на ограниченные расстояния император располагал специальной, пышно украшенной четырехколесной повозкой, запряженной двумя парами лошадей.
Эти знаки отличия (при Константине все еще не христианизированные) должны были показывать всем, что император — сверхчеловек, окруженный божественной аурой.
Императорский двор также напоминал двор эллинистических царей. При императоре был создан совет, называвшийся консисторием (consistorium), потому что первоначально входившие в его состав лица должны были стоять перед государем[220]. Члены консистория назывались комитами (comités), то есть спутниками. Эти «спутники» были подобны гетайрам («товарищам») Филиппа II и Александра Великого. Некоторые из них получали специальные поручения и отправлялись в провинции, чтобы контролировать действия местной администрации[221]. Комиты стали образовывать новую категорию регулярных чиновников, вытеснив прежних происходивших из знати. К концу правления Константина институт комитов был реформирован: сам титул «комит» (comes), который подразумевал несколько степеней, сделался чисто почетным[222].
Вероятно, именно Константин создал должность препозита священной опочивальни (praepositus sacri cubiculi) — выполнявшего функции камергера двора[223].
Важную роль в управлении различными дворцовыми службами играл магистр оффиций. Эта должность была введена Лицинием, при котором магистром оффиций до 324 г.[224] был Мартиниан. Первым магистром оффиций Константина, имя которого нам известно, был Гераклиан, упомянутый в законе от 17 декабря 320 г.[225] Он назывался «трибуном и магистром оффиций», что дает возможность предположить, что изначально этот пост занимал военный, возможно, трибун бывшей преторианской гвардии, который отвечал за выполнение гражданских обязанностей. Он находился под командованием префекта претория, но после того, как последний перестал состоять при дворе, магистр оффиций сделался самостоятельным чиновником и потерял свое звание трибуна.
Магистр оффиций заведовал всей императорской канцелярией, в его ведении находилась канцелярия приемов (officium admissionum), которая регулировала всю публичную жизнь императора; он отвечал за императорскую почту и государственные оружейные мастерские (fabricae); он также командовал императорской гвардией
