Важнее слов - Миа Шеридан

попытала удачу в любви и проиграла. Несмотря на то, чем все закончилось, я не буду жалеть о времени, которое мы провели вместе. Ведь оно тоже было даром, и мне хотелось бы быть уверенной, что эта потеря изменила меня к лучшему. Сейчас я понятия не имела, что бы это могло значить, но это была цель, к которой я стремилась, а без целей в жизни приходилось тяжко. Не мечтая о чем-нибудь, жить очень сложно.

Мне казалось, что путь, который в одну сторону занял полчаса, в другую занял гораздо больше времени. Фрэнки была еще на работе, и обычно это значило, что остаток дня я проведу в квартире одна, что мне не особенно-то и нравилось, но теперь Аделаида могла составить мне компанию – я знала, что ее знакомый голос успокоит меня.

Когда я вывернула из-за угла на свою улицу и поглядела вперед, то увидела мужчину, который шел мне навстречу. Я узнала его, и это заставило меня остановиться. Я нервно вздохнула.

Мое сердце сковал страх, пока я наблюдала за тем, как ко мне приближается Ник.

– С ним все в порядке? – спросила я, не выдержав и рванув к нему.

Моей первой мыслью было то, что Каллен попал в беду, а Ник пришел сообщить мне плохие новости.

– О чем ты? Ах, да, с ним ничего не случилось.

Я положила руку себе на сердце, и Ник как-то странно улыбнулся.

– Прости. Я как-то не подумал, что ты воспримешь меня как гонца с плохими вестями.

– Его образ жизни не то чтобы придает уверенности в том, что с его здоровьем все в норме.

– И правда не придает, а?

Я молча глядела на него. На Нике были джинсы и футболка с короткими рукавами, на которой красовался логотип какой-то дизайнерской фирмы – скорее всего, его собственной, но логотип этот уже так поредел, что я не могла разобрать название компании. Ник выглядел неплохо, совсем не так, как Каллен, когда мы виделись в последний раз.

– Для меня сюрприз увидеть тебя.

– Да… я понимаю. Прости, что в тот день после интервью мы расстались, поругавшись.

– Я не виню тебя за это, Ник. Я это заслужила.

– Нет, Джессика, – Ник покачал головой. – Ты ведь сказала, что все вышло случайно, и я тебе верю. Что бы ни произошло, я уверен, что у тебя и в мыслях не было делать Каллену больно, тем более публично.

– Все верно, не было. – Моя квартира располагалась в конце квартала, и я указала в том направлении. – Ты не хочешь зайти и поговорить? – спросила я.

– У меня совсем немного времени. Мы с Калленом улетаем в Калифорнию сегодня днем.

– Ох, понимаю, – сказала я грустно.

– Но, эм, я видел кофейню тут неподалеку, не хочешь выпить кофе со мной? Я заметил очень вкусный торт у них на витрине.

– Конечно, – я улыбнулась.

Мы прошли еще квартал до кофейни, которую я хорошо знала, вошли в нее и сели за небольшим столиком. От запаха кофе и сладостей у меня заурчало в животе. Визит Ника, очевидно, встряхнул всю мою нервную систему.

– Хочешь чего-нибудь? – спросил Ник.

Я покачала головой и подождала, пока он закажет себе чашку кофе и кусочек шоколадного пирога.

– Каллен знает, что ты сейчас тут? – спросила я после того, как он за два укуса расправился с половиной десерта.

Ник слегка напрягся.

– Я просто… я не знаю точно, почему я пришел, – изо рта у него вырвался нервный смущенный смешок, и он потер рукой свое лицо. – Я уже давно волнуюсь за Каллена и понял, что ему пора бы самому начинать волноваться о себе, если он хочет двигаться дальше. То, что случилось на том интервью – каким бы ужасным оно ни было, – возможно, это наконец-то станет толчком к изменениям. Говорят, что иногда нужно достичь самого дна, чтобы от него оттолкнуться, – он отпил немного кофе.

Я шумно выдохнула.

– Я пришла к тому же выводу, Ник, и я надеюсь, ты прав, когда говоришь, что Каллен поймет, что ему делать, чтобы двигаться дальше.

Но это больше не моя забота, как бы больно мне ни было это признавать.

Он наклонил голову, посмотрел на меня какое-то время и скрестил руки.

– Раньше он ходил в боксерскую секцию в Лос-Анджелесе – там новичкам разрешали заниматься спаррингом. Я однажды сходил туда, чтобы посмотреть, и это оказалось мне не по духу. Это слишком напоминало мне о моем прошлом, а мне, в отличие от Каллена, никогда не нравилось, когда меня бьют.

Ох. Мне погрустнело от обеих частей его рассказа, но, кажется, Ник пришел сюда не для того, чтобы разговаривать о себе, да и я не знала его достаточно хорошо, чтобы задавать ему вопросы.

– Но Каллену все это нравилось? – спросила я.

Ник на секунду задумался.

– Я не уверен, что «нравилось» – это подходящее слово, но да, он продолжал ходить в секцию еще долго. Он хочет делать себе больно, Джессика. Выпивка, женщины, этим он добивается сразу двух вещей – притупляет все свои чувства и мысли, а еще делает себе больно, ведь он ненавидит себя в такие моменты.

– Мне тоже от этого больно.

– Я знаю.

Я посмотрела на Ника и увидела у него в глазах настоящую скорбь. Он и вправду меня понимал. Конечно же, по-своему. Он заботился о Каллене так, как будто они были братьями, так что он тоже не мог без боли смотреть на то, как Каллен разрушает свою жизнь.

– Ему очень повезло, что у него есть такой друг, как ты, – сказала я тихо. – Я надеюсь, он понимает это.

Он криво улыбнулся и внимательно посмотрел на меня.

– Каллен рассказал мне, что он сделал, когда отправился в свою комнату в ту ночь.

В ту ночь. В ту безрадостную ночь, когда я попыталась сказать ему правду. Правду, которую он не захотел слушать.

Я вздрогнула и посмотрела в сторону, вообще не желая вспоминать о той ночи.

– Да? Ну и что же?

Он сделал еще глоток кофе и принялся возиться с картонным стаканчиком, как будто раздумывая о чем-то.

– Конечно, не я бы должен тебе об этом рассказывать, но… между Калленом и той девушкой ничего не было. Она ушла сразу же после тебя, Джессика. Еще через полчаса Каллен и я выписались из отеля. Да, он сделал тебе больно намеренно, но он не собирался заниматься с ней сексом. Я просто подумал, что тебе стоит знать правду об этом.

– Но… – я смотрела на него, не