Невеста поневоле. Свадьбы не будет! - Рина Фиори
Мы давно экономим на поваре, а Наташка палец о палец не ударит лишний раз.
Открываю глаза, и все события вчерашнего дня обрушиваются на меня, словно ушат ледяной воды.
Я не дома. И завтрак, вероятно, не для меня, но это самое меньшее из всех зол.
Коршунов Илья теперь мой жених. И чтобы не допустить всего того, что этот ужасный человек планирует со мной сделать, мне нужно как можно быстрее сбежать.
Дура, и зачем вчера пошла за ним, словно овечка на заклание?
Я была в таком шоке от случившегося, что не ведала, что творю.
Приподнимаюсь и оглядываюсь по сторонам.
Просторная спальня в светлых тонах, глухие шторы на окнах, букет цветов на прикроватной тумбочке.
Смутно припоминаю, что уснула в коридоре, прямо на полу.
Может, мне это приснилось?
Нет. Точно нет.
Но как тогда я оказалась в кровати?
Приподнимаю край одеяла. На мне моя пижама с утятами. Наверное, я ночью проснулась и…
Что? Вошла в первую попавшуюся комнату и улеглась спать, так, что ли?
Не подходит такой вариант. А значит, остаётся единственный из всех возможных: Илья перенёс меня на руках.
— Заботушка какой, — фырчу себе под нос, поднимаясь и путаясь в одеяле.
Пытаюсь выкрутиться, но каким-то неведомым образом становится только хуже. В итоге я вместе с одеялом падаю на пол, грохотом от падения оповещая всех, кто находится в доме, о своём пробуждении.
Лежу на полу и смотрю в потолок. Мне не больно, нет, мягкое толстое одеяло смягчило удар.
Просто я смотрю вверх и думаю о том, что ждёт меня в сегодняшнем дне.
Надо разведать обстановку и найти способ покинуть этот огромный особняк, в котором три этажа и огромное количество комнат.
Вот интересно, одному человеку зачем такая громадина?
В версию, что Коршунов в будущем мечтает иметь большую семью, я никогда не поверю.
Для таких людей нет ничего святого. А семья — это свято, мама меня так всегда учила.
Жаль, папа другого мнения, судя по его поступкам. А ведь я и не знала, какой он, мой отец, на самом деле.
Пока лежу и думаю о будущем, вспоминаю прошлой, дверь в комнату неожиданно открывается.
Причём резко, быстро, она явно не была заперта на ключ.
И вывода из этого два: либо Коршунов настолько беспечен, что не додумался запереть меня. И значит, у меня есть шаг на побег.
Либо дом мужчины под такой охраной, что ему нет смысла волноваться. Он и так уверен в том, что сбежать я не смогу.
Мне по душе первый вариант, но я не исключаю второй.
— Эй, что с тобой? — подлетает ко мне мужчина.
Подхватывает на руки, прямо так, закутанную в одеяло, и словно пушинку, перекладывает на кровать. Вынимает из кармана телефон, собирается кому-то звонить.
— Всё в порядке, я просто споткнулась, — останавливаю порыв мужчины.
В любой другой ситуации я порадовалась бы заботе со стороны Ильи, но сейчас она не вызывает ничего, кроме раздражения.
— Я запуталась в одеяле и упала, — произношу, словно оправдываясь.
— Ясно, — неопределённо пожимает плечами мой навязанный жених.
Вроде поверил, а вроде и нет.
Интересно, а какие у него есть варианты? Думает, я таким образом самоубиться пыталась?
Даже смешно, честно.
— Как тебе цветы? — кивает на букет в вазе, на тумбе.
Перевожу взгляд и только сейчас обращаю внимание, что это охапка белых роз. Изначально я просто отметила про себя «цветы» и всё, даже не рассматривала.
— Мне? — уточняю, чувствуя, как от удивления мои брови взмываю вверх.
— Да, тебе. Я привык делать своим женщинам приятно, поэтому впредь каждое утро ты будешь получать цветы, — произносит это так равнодушно, будто собаке обещает каждый день наполнять миску кормом.
— Мм, приятное, — хмыкаю скептически, — а принуждение к браку тоже значится в списке этих самых приятностей? — не в силах удержаться от шпильки.
Илья мрачнеет. Видно, что мужчина сосредоточенно о чём-то думает.
— Твой паспорт у меня, поэтому вопрос предстоящей свадьбы мы больше не поднимаем, ты поняла меня? — заявляет категорично.
— Паспорт… Что? — резким движением поднимаю пижамную кофточку и обнаруживаю, что документы, которые вчера прятала под одеждой, отсутствуют. — Ты меня лапал, что ли? — возмущённо выдыхаю, не до конца осознавая, что творю.
Коршунов смотрит на меня, не отрываясь. Шумно сглатывает и выдаёт совершенно не то, что мне хотелось бы услышать.
— Ты хочешь повторить? — кивает на мой обнажённый живот.
Резко одёргиваю пижаму, но от Ильи меня это не спасает. Мужчина рывком притягивает меня к себе и снова прижимается губами к моей шее. Глубоко вдыхает мой запах, словно вампир перед тем, как прокусить кожу жертве.
И я не знаю, что хуже в моём случае: если бы он меня в губы целовал или вот так. Потому что то, что творит этот невыносимый мужчина, сродни сумасшествию.
Я должна злиться на него, что и делаю, но вместе с тем совершенно иррационально я испытываю несвойственные мне ощущения.
В животе порхают бабочки, а в самый его низ стягивает приятной истомой.
— Я хочу, чтобы ты знала, Эвелина, что всякий раз, когда ты будешь спорить со мной, я буду делать так, — оставляет лёгкий невесомый укус на нежной коже, запуская волну мурашек вдоль позвоночника. — И вот так, — поднимается выше, целует в местечке за ухом, касается языком мочки. — И вот так, — прокладывает дорожку из мелких поцелуев по щеке, направляясь к губам.
Дрожу в руках человека, который меня, по сути, в четырёх стенах запер, и понять не могу: у меня стокгольмский синдром уже начался или ещё нет?
— Не надо, — шепчу сдавленно. — Я всё поняла, я больше не буду, — отталкиваю мужчину и, снова путаясь в одеяле, поднимаюсь с кровати.
— Вот и отлично, — Илья тоже поднимается и становится напротив меня, по-мужски широко расставив ноги и убрав руки в карманы дорогих идеально отглаженных брюк. — Тогда пойдём завтракать, — то ли приглашает, то ли снова приказывает — сложно понять.
Окидываю взглядом свой наряд. Коршунов весь при параде, а я в пижаме, но лично меня ничего не смущает. Буду ходить сонная, растрёпанная и некрасивая, может, он посмотрит на меня такую и жениться передумает?
Глава 8
За столом мне кусок в горло не лезет.
Ещё бы!
Илья так смотрит…
Если бы не обстоятельства, в которых мы вынуждены находиться вместе, я бы и впрямь подумала, что нравлюсь мужчине.
Но нет. Его интересует только месть. Знать бы ещё, за что именно мстит Коршунов моему отцу.
Если
