Наследник от бывшего - Юлия Бонд

— Всё равно.

Денис шумно вздохнул, и я готова была поклясться, как слышала скрежет его зубов. Он злился! Злился, что я равнодушно молчу. Не закатываю истерику, не выясняю отношений, не предъявляю претензий. Просто мне действительно всё равно, а он никак это не поймёт, и я сама не понимаю, зачем ему эти разговоры. Чего он хочет от меня?

— Отвезти меня, пожалуйста, домой.

— Для начала я хотел с тобой поговорить.

— Мы, вроде как, поговорили.

— Неужели? Ты молчишь всё время. Я каждое слово из тебя клещами тяну.

— А не надо ничего тянуть. Отстань от меня, Денис. Тебя два года не волновала моя жизнь. Ты жил в своей столице со своей любимой женой. Ты даже ни разу не позвонил, не попытался объясниться. Тогда ты просто уехал, и я узнала о том, что женишься от твоей сестры. Ты даже не счёл нужным сказать мне про это.

— Да. Вышло нехорошо. Согласен.

— Нехорошо?

Истерически хохотнула и, наверное, мне стоило сдержаться, но Денис сам завёл этот разговор. Вскрыл затянувшиеся на сердце раны!

Я же любила его до потери себя, а он безжалостно потоптался на моих чувствах и свалил в закат, будто меня никогда и не было в его жизни.

Как тут сдержаться, когда плотину прорвало и я уже просто не в силах остановиться?

— Ты разбил мне сердце. Вдребезги! Ты наигрался со мной и бросил меня. А теперь, спустя два года, когда твоя жена ушла к другому, ты снова врываешься в мою жизнь и говоришь: "Вышло нехорошо". Ты слышишь себя, Денис?

Последнюю фразу я уже прокричала, вырвала из своего сердца вместе с потоком слёз и швырнула бывшему прямо в лицо. А он вдруг в охапку меня сгрёб. Обнял крепко-крепко и прижал к своей груди. Я не сопротивлялась в этот момент, растворяясь в агонии дикой боли, раздирающей меня на части словно дикий зверь.

— Пусти! Не трогай меня. Не прикасайся!

Вырываться стала, когда поняла, что позволяю себя обнимать. Стучала по плечам и спине. Наконец-то он разжал тиски, и я резко отпрянула. Прижалась к спинке сиденья и быстро-быстро задышала, ощущая, как адреналин разносится по венам вместе с яростью.

— Прости меня, Жень. Я не знал, что сделал тебе так больно.

— Отвези. Меня. Домой, — отчеканила каждое слово.

Денис молча потянулся к ключу зажигания, а я отвернулась к окну и до конца поездки героически молчала. Ничего не спросила, хотя мне безумно было интересно узнать, как Денис оказался возле клуба и почему заступился за меня? Хотя нет. Почему он заступился — знаю, Стрела не мог поступить иначе с его-то характером, а вот что он делал в клубе — очень любопытно. Но я ни за что не спрошу! Пусть не думает, что мне есть до него какое-то дело.

Прошло два года. Я стала сильной. Поднялась с колен, родила сына и продолжила жить. Не поступила на юрфак. Ни с кем не встречаюсь. Но я безумно счастлива, несмотря ни на что.

А он? С разбитым сердцем. Разведённый. Взгляд печальный. Голос грустный. Но мне не жалко его ни разу! Он всё это заслужил, как и мою ненависть, разрастающуюся в сердце с каждым днём всё больше и больше, будто сорняк.

Он привёз меня домой. Остановил машину напротив ворот, заглушил мотор и вдруг повернулся ко мне лицом. Свет фонаря бросал на его лицо блик и в этот момент Стрела казался таким красивым, впрочем, как и всегда.

Я поспешила выйти на улицу, но дверь оказалась заперта.

Спокойно, Женя, ты выдержишь это. Сейчас просто попросишь его и он откроет эту чёртову дверь!

— Открой дверь, — потребовала я, не глядя на бывшего.

— Скажи, ты меня ненавидишь?

— Если скажу, откроешь?

— Открою.

В лёгкие набрала побольше воздуха. Пальцы сжала в кулаки.

Что ж… он сам этого захотел.

— Ненавижу. Презираю. Так сильно, что задыхаюсь от своей ненависти. И даже если ты умрёшь, то я никогда не приду на твою могилу!

4

Он ничего не сказал в ответ, а я выскочила из его машины и рванула к воротам. Миновала калитку, двор. И ни разу не оглянулась! Сбежала трусливо, как ребёнок, да и плевать.

Оказавшись в доме, стащила неудобные шпильки и, не включая в комнате свет, к окну рванула. Чуть отдёрнула занавеску и всмотрелась туда, откуда только что сбежала. Денис никуда не уехал. И я не понимала, почему он всё ещё стоит на месте. Пусть уже катится к чёртовой бабушке. Видеть его не хочу! И если думает, что я про могилу сказала сгоряча, то нет. Я ненавижу его всеми фибрами души. И нам с сыном ТАКОЙ отец не нужен! Денис ведь хотел, чтобы я приняла таблетки после незащищённого секса, а потому я ни за что и никогда не скажу ему, что я их так и не выпила. Когда мои родители погибли в ДТП, бабушка не отдала меня в детский дом, а воспитала сама, хотя ей было очень трудно. Мне же проще в разы, ведь я не одна, а с хорошим тылом, с бабушкой! Так что обойдёмся без второго родителя.

За спиной вдруг послышался скрип половиц, и я тихо ойкнула с перепуга. А бабушка подошла чуть ближе и тоже посмотрела в окно.

— Ба, спрашивай. Я же знаю, хочешь спросить.

— Хочу, но не буду. Взрослая девочка. Мама уже.

— Это не жених, если что.

— Сегодня не жених, а завтра — кто знает?!

— Завтра тоже нет! — Как-то слишком яро возразила я, отчего бабуля странно хмыкнула. Я поспешила оправдаться, чтобы не выдать себя с потрохами, но это было только лишним: — меня на самом деле привёз Денис. Который брат Маши.

— А-а-а, — задумчиво, — Денис. Значит, ваш папа домой вернулся. Или он ненадолго в гости?

— Что? — переспросила, подумав, что послышалось. — Что ты только что сказала, бабушка?

— Да ладно тебе, Женя. Твоя бабушка всё видит. А вот как до сих пор это не увидели его родители — не понимаю. И ты же с Машкой дружишь, в дом их вхожа. Да и Машка видит Тимофейку регулярно. Странно. Ослепли, что ли, все?

Мне вдруг стало тяжело дышать. Сердце совершило крутое сальто, замерло, а затем застучало с повышенной скоростью. И я ощутила, как шею сдавливает тисками. Ещё немного. Совсем чуть-чуть и я начну задыхаться.

Но приступ астмы не случился. Просто я сильно разволновалась от того, что сказала бабушка.

Она знает мою тайну!

Боже, я же так