Маленькое чудо для миллиардера. Моя тайна - Мари Арно
Мы сами не ожидали, честно говоря.
Не могу сдержать смешка, когда Ириска жадно припадает к груди. Я бы кормила ее только так, если бы у меня было достаточно молока. Сейчас, кстати, оно идет охотнее, я почувствовала сильный прилив, когда… Господи, когда Титов касался меня, хотел поцеловать.
Он же именно это хотел сделать, или мне показалось?
— Если нужно, я могу позвать Ни… — Поднимаю глаза на Титова, не сразу понимая, что он стоит на пороге и смотрит на нас.
Зачем он зашел без предупреждения? Я даже прикрыться не успела.
Сижу перед ним во всей красе, а он… Разглядывает меня ошалевшим взглядом.
— Я думал, ты еще не… — выдает хриплым голосом. — Я пока там побуду.
Киваю, чувствуя, как жжет щеки. Кормление — это слишком интимный процесс, его не делят с незнакомыми людьми. Даже если они красавцы-миллиардеры.
Но, вопреки здравому смыслу, злиться на Титова не получается. Он ведь заглянул из-за того, что беспокоился о нас с Ириской, так? По-крайней мере, других причин его внезапного появления я не нахожу.
Да и, судя по всему, не такие мы с ним чужие друг другу люди.
— Мне нужно поговорить с Ниной Сергеевной, — говорю я Титову шепотом, заглядывая в приемную.
Ириска налопалась молока и уснула, мне осталось только переложить ее в коляску. Не думаю, что она скоро проснется, но было бы хорошо добраться до дома побыстрее.
— Я ее домой отправил, она тут с самого утра без отдыха, — поднимает на меня темный взгляд. Без галстука и с расстегнутым воротом рубашки он выглядит чуть более располагающим к себе.
— Как жалко, — протягиваю не без досады в голосе.
— Что ты хотела?
— Ничего, мне просто… — В горле ком. Сказать Титову о том, что у меня нет денег на дорогу, не могу, гордость не позволяет.
С Ниной Сергеевной мы бы договорились, а вот с ним вряд ли. Я же не буду просить у него номер телефона, чтобы перевести ему деньги. Он мою просьбу сразу истолкует по-другому.
Мол, мне так понравилось, что я решила продолжить общение.
Нет, я не такая. В смысле, не мазохистка.
— Нам пора домой, — решаю зайти издалека. — Просто в наш поселок автобусы не часто ходят. И такси тоже…
Получается сбивчиво, слишком жалобно. Ругаю себя за это. На самом деле, не только за это ругаю. Я поступила недальновидно, взяв с собой мало налички. На карте стараюсь не держать денег, сразу снимаю. Не знаю, почему, не помню. Может мошенников опасаюсь?
— Тебя надо отвезти домой? — уточняет Титов, заметив мою заминку.
— Нас, — поправляю его, мысленно радуясь тому, что он все быстро догнал и понял мои намеки. — Если можно.
— Можно. Только водителя я отпустил.
— Уже?
— На улице девятый час, — показывает на наручные часы. — Рабочий день уже три часа назад закончился.
— Да, точно…
А сама снова в ступор впадаю. И как теперь быть? На чем добираться?
— Я сам вас отвезу, одевайся.
— Нет, что вы…
— Не спорь, Яна.
Округляю глаза, точно он сказал что-то невероятное. Но это, правда, из ряда вон выходящее предложение. Никак не могу представить, как этот хозяин жизни повезет нас с Ариной в нашу старенькую халупу.
Молчит, обдумывает что-то. Только сейчас замечаю, что у него в руках кофточка Ириски. Зачем она ему понадобилась? Впрочем, какая разница? Мне сейчас важнее решить вопрос с возвращением домой.
— А вообще… — произносит он медленно, поднимая на меня взгляд. В глазах нечитаемые эмоции.
— Что?
— Сегодня останетесь у меня, никуда вас не отпущу.
Глава 5.1
Мы едем домой к Титову, и, мне кажется, что все происходит в каком-то странном сне. Сюр, который никак не закончится.
Во-первых, я и сама начинаю сомневаться в том, что можно было потерять память от удара. Пусть даже сильного.
Во-вторых, не могу поверить в то, что согласилась ехать с Титовым к нему домой. Может я не только память потеряла, но еще и что-то другое? Гордость, например? Чувство собственного достоинства?
Но он не оставил мне выбора, если честно. Просто припер к стенке, надавил по-больному.
Мое больное место — это ребенок. И Титов прекрасно это понял и воспользовался, вывернув все в нужную ему сторону.
— Ты же не станешь подвергать дочь риску простудиться? — спросил он хладнокровно, заставляя меня вспыхнуть. — Почти ночь на дворе, это может быть опасно для вас обеих.
Вот, как у него так получается? Этому где-то учат, да? Курсы цинизма прошел, иначе как бы заработал свои миллиарды?
Какая теперь разница, если мы с Аришей едем с ним неизвестно куда. Взять и довериться незнакомцу, утверждающему, что мы были знакомы. Яна, Яна…
Бросаю взгляд на затылок Титова, пытаясь проанализировать свои ощущения рядом с ним. Сложно вот так сразу выделить основную ноту, спектр эмоций слишком широкий. Но что-то есть, да, тянет точно магнитом.
Возможно, всему виной бешеная энергетика мужчины. Даже с больной головой залипаю на нем — то руки его разглядываю, то широкой спиной любуюсь.
Или это тяга к сильному плечу? Тяжело растить ребенка одной, даже с простым собеседованием не справилась, теперь не знаю, как буду обеспечивать себя и Арину?
Кстати, насчет собеседования…
— Почему мое резюме лежало у вас на столе? — все-таки решаюсь первой нарушить молчание.
Правда, делаю это почти шепотом, боясь разбудить спящую малышку. Она в люльке спит рядом со мной, Титов помог разобрать коляску, сложил каркас и колеса в багажник.
— Разве ты не искала работу? — отвечает вопросом на вопрос. Веселится, я смотрю, в глазах бесенята пляшут.
— Искала, но не у вас.
— Фонд принадлежит мне. Помощницу ищу для себя. Все сходится, не находишь?
— Что?! — хлопаю глазами, пытаясь переварить услышанное. — Но… Как?! Хотя…
— Это я у тебя должен спросить, Яна. Но ты, конечно же, ничего не помнишь, да?
— Не помню, — почти огрызаюсь, закипая.
И тут же об этом жалею, ведь Ириска начинает ворочаться. Ну вот, сейчас проснется и устроит концерт, мало не покажется.
Ловлю в зеркале заднего вида осуждающий взгляд Титова, мол, смотри, еще и ребенка чуть не разбудила.
Так хочется огреть его чем-нибудь по голове, чтобы сбить спесь. Сам ведь начал. Сколько можно надо мной издеваться? Ну не помню я, просто не помню!
И если бы знала, что из себя представляет мой будущий босс, ни за что бы не пошла к нему. Нашла бы другое место.
Остаток пути, ожидаемо, едем молча.
Максим задумчиво ведет машину, а я не рискую вновь заговорить первой. Хотя, вопрос, который я задала
