Наследник от бывшего - Юлия Бонд

стоит на крыше, ну ты слышала.

— Я не понимаю, что происходит. Почему она стоит на крыше? Почему она звонит тебе посреди ночи и говорит, что соврала своему папе?

— Потому что она не рассказала ему о нашем разводе, а сегодня у него было день рождения и она хотела, чтобы я пришёл. Но я провёл этот вечер с тобой и ты это знаешь.

Я проглотила ком, неожиданно подкативший к горлу, и сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями.

— Денис, ты действительно сейчас уедешь?

— А что мне делать, Жень? Как поступить?

— Не знаю, но у неё наверняка есть близкие люди, которые могут о ней позаботиться. Почему именно ты?

— Потому что она позвонила именно мне! — в грубой форме отрезал Денис, но заметив, как вздрогнула, поспешил обнять меня и прижать к своей груди. — Прости, малыш, я был резким. Я уеду, но постараюсь вернуться как можно раньше. Ладно?

Я подняла взгляд на лицо Дениса, рукой нежно коснулась его небритой щеки и провела тыльной стороной ладони по скуле вниз. Колючий. Всегда колючий, но мне нравится, потому что я люблю его таким, какой он есть.

— Ладно. Только возвращайся поскорее. Я не усну и буду ждать тебя.

— Люблю тебя, малыш. Ложись байки, не жди меня, — сказал он и, поцеловав меня в губы, вышел и спальни.

В коридоре хлопнула дверь и я подошла к окну, а затем отдёрнув сторону штору смотрела вниз и видела, как к подъезду подъезжает такси и как запрыгивает в него Денис.

Я лежала с открытыми глазами, уставившись в потолок. Ночь закончилась, а Денис так и не появился.

Тимоша ещё сладко спал в своей кроватке, а я варила ему кашу, когда в коридоре хлопнула входная дверь. Я напряглась и сильнее сжала ложку, которую в этот момент держала в руке. Его тихие шаги я услышала сразу. Со спины подошёл, и я будто кожей почувствовала, как он хочет прикоснуться ко мне, но почему-то этого не делает.

Я молчала. Он молчал. И лишь тиканье часов, что весели в кухне на стене, разбавляли царившую тишину.

— Всё хорошо? — спросила я, не выдержав молчаливой пытки.

— Жень, — позвал тихо и вдруг его руки оказались на моих бёдрах. — У меня была чертовски тяжёлая ночь.

С шумом втянула воздух ноздрями. Глаза прикрыла и стиснула зубы. Больно, потому что у меня тоже была тяжёлая ночь. За эти семь часов, что мы не виделись, я столько себе накрутила!

Я резко обернулась. Задрала голову и заглянула в карие глаза, а там не понять ничего. И я даже растерялась, не зная, что думать.

Секунды потянулись в минуты и, если бы не сбежавшее на печку молоко, я ещё долго стояла на месте как прибитая и смотрела на Стрелу, ведь за человека его глаза говорят или это неправда?

— Чёрт… — выругавшись, я отставила в сторону кастрюлю с молоком и стала вытирать белое пятно, растёкшееся по поверхности печки.

— Жень, — он перехватил мою руку, — оставь это.

— Мне нужно варить кашу.

— Потом сваришь, — сказал он, а я головой качнула и сдержаться не смогла. Зарыдала.

— Ну ты чего, малыш? — обнял меня крепко, к себе прижал и стал успокаивать, гладя по спине как маленького ребёнка, — Женечка, я же тебя люблю.

После этих слов я перестала плакать. Тыльной стороной ладони размазала по щекам слёзы и убрала со своей талии мужские руки. Шаг назад сделала.

— А её? Тоже любишь?

— Свету? Нет. Я её никогда не любил, как оказалось.

— Я вижу, как ты её никогда не любил. Всю ночь её “не любил”, — не сказала, а будто выплюнула что-то мерзкое, как слизь.

Денис изменился в лице. И на мгновение мне показалось, что он даже испугался. Только чего? Я же не Света и прыгать с крыши не собираюсь.

— Жень, я эту дуру в больницу возил. У неё отравление. Она что-то выпила не то или съела… я не знаю, — правдоподобно пожал плечами.

Сделал шаг вперёд, а я тут же отступила, на что Денис удивился.

— Жень? Ты чего? Ты не веришь мне?

— Не верю.

— Да она в таком состоянии была. Настоящие дрова. Я не мог бросить её одну.

— Зато смог бросить меня!

— Это где я тебя бросил? — Денис изогнул бровь, а я пальцы сжала в кулаки.

— Если бы ты и правда меня любил, как говоришь, то не побежал бы по первому зову бывшей жены.

— Света была состояние "дрова"! И стояла на крыше. Что я должен был, по-твоему, делать? Позвонить её отцу, у которого был день рождения? Да я уверен, он был такие же “дрова”, как и его дочь.

— У неё разве только отец есть? А мать, братья, сёстры? Подруги? Мужчина, к которому она ушла. Разве у тебя нет номера телефона никого из них?

— Чего ты хочешь от меня? Хочешь сказать, я должен был остаться дома? Наплевать на всё? По-твоему, я такая сволочь? Да, я сорвался посреди ночи и поехал спасать Свету. Уж прости привык спасать людей в силу своей профессии. А если ты мне не веришь, то поехали сейчас со мной в больницу, и своими глазами посмотришь в каком состоянии моя бывшая жена. Думаю, после этого у тебя отпадут все вопросы.

— Я никуда не поеду. Оставь меня в покое.

Больше я ничего не стала говорить. Молча повернулась к Денису спиной и, как ни в чём не бывало, продолжила готовить кашу для малыша.

21

— Хорошего дня, — сухо произнесла Женя и потянулась к дверце.

— Жень, — Денис позвал девушку и когда она обернулась, устало улыбнулся, — удачи.

В ответ Женя просто кивнула и вышла из машины, а он ещё долго смотрел ей вслед, пока девушка не растворилась в толпе студентов, спешащих на пары.

Ударил по “газам”, врубил музыку погромче, но вместо музыки в голове слышал голос Жени.

“А её? Тоже любишь?”

“Зато смог бросить меня!”

После той ссоры два дня прошло, но на душе всё так же гадко. Женя его не поняла, обвинила в том, что он поступил по-человечески. Ревность туманит её разум, и она не может оценивать ситуацию объективно. Возможно, ей просто нужно время, чтобы осознать и принять его поступок. Ведь если бы со Светой что-то случилось, они бы с Женей до конца своих дней испытывали вину за то, что оказались такими бессердечными в трудную и важную минуту.

За своими мыслями не заметил, как оказался возле здания прокуратуры. Припарковал машину на стоянке