Сердце и надежда - Александра Бэнкс
Эта женщина — чёртова волшебница. Руби Роббинс чересчур хороша в своей работе. Ком в груди давит сильнее — осознание, что всё по-настоящему. Я заставляю себя посмотреть на Руби, её лицо светится радостью и возбуждением.
Мы справимся.
Я справлюсь.
Я не подведу её.
Точка.
Руби устраивается у меня на коленях, кладёт ладони мне на лицо и целует быстро, но крепко.
— Хочешь отпраздновать?
— А я думал, мы слишком заняты? — рычу я, изображая строгость. Она откидывает голову назад и смеётся.
— Да, заняты. Но это точно стоит того, чтобы потерять пару минут.
— Пару минут? Руби Роббинс, на это уйдёт куда больше времени.
Она хихикает, а я поднимаюсь с места и сажаю её себе на талию. Её ловкие, аккуратные пальцы быстро расправляются с пуговицами на моей старой рубашке, и та летит на пол.
— Где ты хочешь отпраздновать, Ридси?
Она давно так меня не называла. В этих двух слогах будто спряталось что-то неотданное, недосказанное.
— На улице, под солнцем. Хочу, чтобы у тебя щёки горели, детка.
— Думаю, ты и так справляешься с этим, красавчик.
Её слова заливают мне кровь теплом и чем-то всепоглощающим.
— А может, проверим то место для кемпинга у родника? — шепчет она мне на ухо, и мурашки тут же пробегают по позвоночнику.
— Однозначно, блядь, да.
Когда мы подходим к машине, я открываю пассажирскую дверь и помогаю ей устроиться на мягком кожаном сиденье. Но она хмурится и смотрит на меня с недоумением.
— Ты же не выезжаешь на пикапе в поле?
— Что сказать… Ты нарушила все мои правила, Руби Роббинс, — подмигиваю я ей, и по выражению её лица понимаю, что она вспомнила, что когда-то те же самые слова говорила мне.
— Подожди минутку. Нужно кое-что взять.
Она кивает, достаёт телефон из заднего кармана и начинает что-то печатать. Вечно в делах.
Я ныряю в дом, достаю термосумку из кладовки и набиваю её всем, что хоть как-то сгодится на обед. И бутылка красного для Руби — обязательно. Первая полная бронь на открытие — это важная веха. И я не собираюсь оставлять её труд незамеченным. Под мышку запихиваю пару плетёных корзин с дивана и возвращаюсь к машине.
С головой в телефоне, погружённая в письма, Руби поднимает взгляд, только когда машина слегка трясётся от того, как я открываю заднюю дверь. Я ставлю пакеты между нами. Она приподнимает бровь.
Я сажусь за руль и завожу двигатель.
— Мы же отмечаем, помнишь?
Она улыбается. Одна эта улыбка заставляет моё сердце подпрыгнуть до самого горла.
Трое ворот, две эрекции и двадцать минут спустя я притормаживаю у воды — у родника, который прячется на склоне горы. Скромный водопад стекает с нависающей скалы, по бокам высятся сланцевые выступы. Вид — потрясающий. И хоть я нашёл это место несколько месяцев назад, до сих пор не могу заставить себя включить его в список мест для гостей.
— О, ничего себе, — выдыхает Руби.
Она выскакивает из машины за секунду и идёт вдоль берега маленького озера, которое образовалось из родника.
— Это же потрясающе! Почему ты раньше мне не показывал?
— Берёг на особый случай, — улыбаюсь я ей. Вся моя теплота в этом взгляде, и когда на её щеках проступает румянец, я понимаю — она поняла.
То, что мы строим вместе — это нечто особенное. Как и само наше ранчо…
Я опускаю задний борт и раскладываю пледы, ставлю в центр сумку с едой и бутылку. Её руки обвивают мою талию, а голова мягко ложится мне на спину. Каждый её выдох ощущается у меня вдоль позвоночника. Но когда она выдыхает неровно, почти с дрожью, я оборачиваюсь, беря её лицо в ладони.
Её карие глаза блестят серебром.
Я вглядываюсь в неё.
— Эй… Что случилось?
— Прости, — она пытается выскользнуть из моих рук, но я не отпускаю её запястий. — Я знаю, мы должны радоваться, но…
— Но что, красавица?
— Ты… ты точно справишься? Ну, правда справишься, когда я уеду?
Она вглядывается в моё лицо, дышит всё чаще. Она беспокоится за меня. Блядь.
— Всё будет нормально. У тебя будет работа, у меня каждый день люди вокруг. У меня не будет времени впадать в панику, обещаю.
Её взгляд скользит в сторону, глаза закрываются.
— Я не это имела в виду.
Я наклоняю голову, нахмурившись. Если дело не в моём беспокойстве, то в чём?
— Руби?
Она вдыхает и натягивает на лицо улыбку.
— Забудь. Давай просто отметим, ладно? — Она хватается за край футболки, и через секунду та уже лежит на траве. Она стягивает шорты и направляется к воде, покачивая бёдрами. Голая.
Всё кровоснабжение, которое ещё секунду назад помогало мне осмыслить, что она пыталась сказать, тут же уходит вниз. Отвлечение удалось. Я вижу тебя, Роббинс, и отвечаю тем же.
Срываю с себя одежду, швыряю её к её вещам и бегу, абсолютно голый, к воде. Она оборачивается слишком поздно — я подхватываю её на руки и вместе с ней прыгаю в озеро.
Когда вода немного успокаивается, а мы оба смеёмся, тяжело дыша и вытирая волосы с лица, я прижимаю её к себе. Она обвивает меня ногами, и я опускаю голову ей на плечо. Делая вдох, чтобы наполниться её запахом, я начинаю продвигаться к водопаду.
Руби осыпает моё лицо поцелуями, запуская пальцы в мокрые волосы. Прохладная вода нисколько не остужает ту ярость, что пульсирует между моих ног. А её тело — горячее, прижатое ко мне, грудь упирается в грудь. Водопад шумит у неё за спиной. Я подхожу ближе, позволяя струям стекать по её коже, и она стонет.
Я затягиваю её поглубже в воду, наблюдая, как на её лице расцветает улыбка.
— В воду, детка.
Она откидывается назад, позволяя воде пробегать сквозь длинные волосы и омывать плечи. Спина выгнута, соски смотрят прямо на меня. Я накрываю один губами и зубами, проводя языком по каждой доступной точке. Её тихий стон заставляет мой член дёрнуться. Чёрт бы тебя побрал, Руби Роббинс.
Я сосу и покусываю её грудь, пока она изгибается на моих бёдрах. Я знаю, чего она хочет. Того же, чего хочу я. Её. Её тепло. Её тугое, влажное нутро, обхватывающее меня.
— Войди в меня прямо сейчас, Рид Роулинс, — рычит она.
Я усмехаюсь и нацеливаюсь на её вход. Она целует меня, голодная, требовательная. Я раздвигаю её губы языком, проникая внутрь. Она впускает меня, с закрытыми глазами, ногтями вцепляясь в
