Хочу его, хочу её - Ольга Лавин
— Я еду! Еду к вам!
— Держись, Лиль. Мы тебя ждём.
— Главное, чтобы он держался, Вит! Главное, чтобы он!
Вит
К финишу мы пришли вместе, кончили одновременно.
Не думал, что она вообще согласится. Не побоится простудиться, и будет так отдаваться. Согласна будет на всё. Вот прям на всё.
Изначально даже не планировал этот день проводить в ее компании. Нет.
С утра позвонил адвокату, пока она спала. Объяснил ситуацию, он сказал что все организует лучшим образом.
А мне пофиг, пусть Лиля просит всё что угодно. Не жалко. Да и вообще…
Вчера мне будто в очередной раз ударили по голове и я прозрел.
Реально, никакой любви больше нет между нами с женой. Была привычка, потом эксперименты, а потом …
Но отпустить друг друга не могли. А почему? Боялись, что никогда больше не встретим таких же. Все время сравнивали. Я всех женщин, она всех мужчин.
Лучше не было.
До обмена с её младшей сестрой. Я никогда так много ещё не трахался с одной девушкой. Обмены наши раньше были разовыми.
Сам предложил, чтобы посмотреть как это. С одним чужим партнёром не на день, а на неделю.
Вот и узнал. И Лиля тоже.
Запала на Макса до трясучки. Так смотрела на него, так защищала.
Ревности давно нет. Так же как и любви.
Нам надо друг друга отпустить и солить свою жизнь с другими. Ей с Максом. Парень он вроде не плохой.
А мне? С Мией что-ли? Нет, не боюсь. Получится или не получится можно узнать, только если попробовав. По — другому никак. Но надо ли мне это всё?
Удивился, когда сама вызвалась кататься на снегоходе. Увидел, что и подарок мой открывала, но скорее всего примерить не успела, так как я вернулся раньше времени. А может быть и вовремя.
Катались несколько часов. Мия радовалась, как ребенок. Крепко держалась за меня.
Слишком крепко. Доверяет. Даже на гору согласилась подняться, и трахнуть себя позволила. На все готова ради меня. Это конечно льстит, но…
— Вит, — снова тянется ко мне, снова ладошками своими обхватывает мое лицо и признается.
— Я люблю тебя.
О таком романтическом признании мечтает любой мужик, и прыгал бы от восторга. Но не я, я же мудак. Самовлюблённый эгоист.
Малышка Мия. Трепетная такая, нежная, красивая. Не в ней проблема. Во мне. Никого не люблю.
— А я тебя снова хочу, только в доме. А то тут что-то реально холодно становится, — отвечаю.
Мия не плачет, держится молодцом. Понимает она всё, но терпит. Отказываться от нее не хочу. Мы ещё не по всем позам прошлись, да и пока она мне ещё не надоела. После Морица обязательно полетим в Тамариндо вместе. Там будем наслаждаться морем и пляжем. Тянет к ней физически, пиздец как.
Но я могу контролировать, не выходить за грань. Держать в узде свои чувства и эмоции.
Мия — вся на ладони. Открытая книга. Можно сказать, что уже наполовину прочитана мной. Только наполовину. Но это лишь дело времени. Я же для нее — ящик Пандоры. Она не знает, что будет, если полностью заглянет туда. Не надо.
Мия отходит от меня, снова подходит к обрыву, разводит в стороны руки и кричит.
— Я люблю тебя, Цепеш!
Тронуло? Нет. Видимо я слишком сильно очерствел за последние годы.
Да и не было, чтобы вот так вот, как она. Ей двадцать пять лет, а ведёт себя как школьница.
— И ты меня полюбишь, — резко возвращается и проговаривает мне в рот.
Да заткнись уже, Мия. Блядььььь!
Целую её, чтобы больше не говорила. Чтобы рот молчал. Да и целовать ее мне нравится. Целовать и трахать.
— Пойдем, — прошу, когда отлипаем друг от друга. На второй заход я больше не пойду, только в доме. А она льнет ко мне снова, как мартовская кошка.
— Мия, все. Хватит!
— Ты полюбишь меня. Полюбишь, Цепеш! Жить без меня не сможешь.
Ага, обязательно, Мия. Не в том возрасте я уже, малышка. Похер на любовь, похер. От секса зависим я! Только от него!
Конечно, этого я не проговорил вслух.
— Полюбишь! — повторяет Мия, когда я беру ее за руку.
— А если нет, что тогда? — задаю конкретный вопрос. Что будет, если не дождется желаемого?
— Полюбишь…
Заверяет меня или себя? Потому что сейчас голос тихий и не совсем уверенный.
— Идём уже.
— Хочу фото. С тобой вместе. Запечатлеть момент, красивый пейзаж и место, о котором я буду вспоминать всегда.
— Ну ладно, — нехотя достаю айфон из кармана куртки, включаю камеру и делаю селфи.
Мия целует меня в щеку. Мия ставит мне рожки. Мия ерошит мои волосы. Она счастлива.
— Вит, улыбнись, ну же? Ну ради меня! Пожалуйста!
— Один раз и все на этом.
Ее уговоры действуют на меня и я улыбаюсь.
— Можешь же, когда хочешь. Не всегда надо быть серьезным. Нет, ну что за предъявы?
Она себя забыла в начале нашего знакомства? Как злилась, как избегала, как огрызалась. А плакала! Она у меня на глазах плакала. Мне кажется я уже видел ее во всех возможных состояниях.
— Все, валим уже, — закидываю айфон в карман.
— Спасибо тебе, — снова благодарит и быстро целует в губы. Да сколько можно? Я не железный, блядь!
— Мия, если мы сейчас же не уйдем я прямо на снегу тебя нагну и …
— Не надо, я все поняла. Поняла. Уходим, — соглашается и смеётся. Вот же!
* * *
— Это какой-то ужас! Господи! Он же молодой совсем! Вы не имели права его допускать к спуску! Никак!
— Что я мог сделать? Он сам решил! Он сказал, что он профессиональный лыжник!
— Теперь вы будете отвечать за это! Вы видели как он слетел?
— Кто слетел? — решил поинтересоваться, так как эти двое слишком бурно обсуждали произошедшее.
— Парень молодой. Я говорил, что он пьян! А Саймон…
— Я просто отошёл на пару минут и все! Я бы его не пропустил!
— И что с этим парнем?
— Скорую вызвали, ждём. Мы не можем его поднять! И подойти боимся.
— Вы хотите сказать, что он сейчас лежит и мёрзнет на льду? Вы совсем рехнулись? Вы кто, блядь? Инструктор? Вы должны бежать и оказывать ему первую медицинскую помощь!
— Да не поможет ему ничего! При таких падениях вообще не выживают! Скорая приедет и зафиксирует.
— Факт смерти, вы это пытаетесь сказать?
— Вит, что случилось?
Ах да. Я ж с этими уродами на английском все время общался, она мало чего могла понять!
