Формула влечения - Ольга Вечная
Я все еще уверена, что эта встреча — случайна. Вероятно, он приехал сюда по делам, зашел за кофе, приличных на этой улице не так много, встретил аспирантку. Наверное, кто-то где-то упомянул при нем, что я бросила учебу, и у него это зацепилось в голове. Наверное, из-за той ошибки, что я нашла в его формулах пять лет назад.
Меня с тех пор так и звали: Карина Мусина — это кто? А, это та девица, что уделала Аминова. Минута триумфа. Новости быстро разлетелись по универу, несколько преподавателей мне даже пожали руки. Но увы, иначе у меня прославиться так и не получилось.
Год за годом.
Проект за проектом.
Я писала статьи, проводила дни и ночи в лабораториях, участвовала в патентах. Но самое крупное достижение по-прежнему — это случайная описка в одной из сотни его лекций.
Да как у него язык поворачивается назвать меня талантливой? За эти пять лет он вырос от лаборатории до собственной фарм-компании!
Возможно, в тот день он был болен. Или просто думал о своих витаминах, реклама которых задолбала, прошу прощения, всех.
— Вы у меня учились. Поэтому я считаю возможным задать этот вопрос.
Я быстро отворачиваюсь, чтобы справиться с эмоциями. Не важно. Все это неважно! Я просто хочу закончить разговор побыстрее и больше никогда не пересекаться ни с кем из прошлого. Поэтому... Да боже, какая ему разница?
— Этому свитеру пять лет, — бормочу.
— Что? — Аминов прищуривается, подается вперед, и мне приходится произнести это громче:
— Этому свитеру пять лет. В отделе логистики я буду работать на двадцать часов меньше и получать в два раза больше. В месяц. Еще вопросы, Данияр Рамильевич?
Выпалив эти слова на одном дыхании, и ужасно злюсь на себя за стыд, который испытываю.
— А, дело в деньгах, — произносит он совершенно серьезно, и как будто успокоившись. Понимающе кивает. — Конечно, вы молоды, хочется красиво одеваться, ездить в отпуск.
Стыд становится практически невыносимым. Но я не отступаю:
— Так и есть. И... я не считаю это преступлением.
— Я вас подвезу. Идемте.
***
Я тщательно отряхиваю ноги, прежде чем забраться в его высокую навороченную машину. Жду, пока Аминов очистит ее от снега, греясь в салоне. Он ловко орудует щеткой, что меня удивляет, как и все человеческое, что он делает.
Я так сильно его боялась, что была уверена: он как призрак существует лишь в стенах аудитории и мои кошмарных снах, конечно. Призрак-вампир.
— Здесь недалеко, спасибо, — сообщаю, когда она усаживается за руль. — Еще спасибо за обед и за то, что вы попытались меня переубедить. Не каждый преподаватель будет помнить в лицо своих магистров, а также отслеживать их судьбы.
— Думаю, каждый, но не всех магистров. Карина, что вы знаете о моей компании?
— Не очень много. «Биотек» расположен где-то недалеко от Москвы, у вас собственные лаборатории и опытное производство. Вы выпускаете популярную линейку витаминов, но также ведете закрытые исследовательские проекты в области вирусологии и бактериофагов.
Вообще-то я знаю о ней все, что можно найти в сети.
— Не хотите поучаствовать?
Дергаюсь, заинтересовавшись! Но быстро гашу эмоции.
— Спасибо, но нет. Кстати, как-то раз я присылала резюме в ваш отдел кадров, мне не ответили.
Мы с Соней тогда были пьяны и сделали в письме четыре ошибки. Если бы следующим утром, когда я перечитала на трезвую голову, мне бы пообещали: Кариш, если ты разобьешь свой единственный ноутбук об стену (или об свою голову), письмо магическим образом исчезнет с сервера — я бы так и поступила незамедлительно.
— Не знал.
— Да, мне почему-то не ответили.
Отвожу глаза в сторону. Пу-пу-пу.
— Вы правы, мы активно занимаемся исследованиями. Сейчас подаёмся на новую федеральную программу. Слышали о «Биомед-2030»?
Речь о сотнях миллионов. Он решил похвастаться?
— Конечно. Вы уже дважды заходили в подобные программы. Значит, вас можно поздравить и в третий?
— Не совсем. В этом году они изменили условия.
Его машина останавливается на парковке здания «КвантКабель», и я берусь за ручку двери.
— Спасибо, что подвезли. Удачи!
— Не хотите спросить, что изменилось?
— Если честно, не очень.
— Для ученого вы слишком легко пренебрегаете любопытством.
— Поэтому и не срослось, — пожимаю плечами. Но все же не выдерживаю: — Там же сейчас жёсткий отбор, консорциумы (*временное объединение нескольких организаций под один большой проект), отчетность. Логично.
— Дело не в этом. Карина, я хочу предложить вам сделку. Пожалуйста, выслушайте внимательно, потому что речь идет о ключевых исследованиях. И о большой сумме денег.
Специально делает упор на деньги? Не слишком-то приятно. Он продолжает:
— В этом году появилось новое условие — вне конкурса рассматриваются проекты молодых семей ученых. Это единственный пункт, по которому «Биотек» не проходит. У меня нет семьи.
Что не удивительно.
— Мне правда пора идти. Если меня уволят, то у меня не останется работы.
— Мы можем друг другу помочь. Вам не придется заниматься тем, что вам не нравится: в «Биотеке» вы найдете работу по профилю с удобным графиком. Плюс к этому, через год, после нашего с вами развода, при разделе имущества вы получите крупную сумму денег. И сами будете решать — открыть собственную лабораторию, уйти в частные проекты или жить на проценты — это уже не мое дело. На ваше имущество, в том числе нажитое в браке, я, безусловно, претендовать не стану. Для меня это вопрос не комфорта, а выживания проекта. Мы с командой занимаемся этими исследованиями более семи лет. Я не могу поставить их на паузу из-за формального условия. Эти деньги мне, считайте, жизненно необходимы. И в долгу я перед вами не останусь.
— Подождите.
В его глазах загорается столько заинтересованности, что она буквально граничит с голодом, и я отказываюсь от идеи, что попала в пранк.
Он совсем не улыбается, и я тоже этого не делаю.
Когда в моем универе распределяли гранты, я стояла на обочине. Пусть. Но я понимаю, о чем речь.
— Они хотят, чтобы вы женились, я верно понимаю? — формулирую основной вопрос максимально простым языком.
— Они представляют себе социально устойчивого кандидата.
— Если хотите мое мнение, — говорю также ровно. — Вы излишне фанатичны, когда дело касается работы. Возможно, в этом дело.
— Вероятно. Поэтому социально приемлемая жена оказала бы мне услугу.
— Но у вас же наверняка есть девушка.
— Засчитывается семья молодых ученых. Я уже уточнил на кафедре, ваше заявление аннулируют, вы спокойно восстановитесь и продолжите свои исследования.
— Почему бы не обратиться к
