Развод. Начать с нуля - Ариша Дрозд

правоту.

— Кем работает отец Эли?

— Он работает в налоговой. Занимает высокий пост и имеет весомое слово.

Усмехаюсь.

— Он помог твоему отцу выкрутиться из этой ситуации?

— Да. Моего отца прижали бы, если бы не Максим Сергеевич Богров, возможно бы у него были неприятные последствия. Его бы обвинили в финансовых махинациях. Пострадал бы бизнес матери. Его бизнес.

— Неужели всё было так плохо? — проникновенно смотрю на Захара.

— Да. Плохо. Бухгалтера моего отца заставили проворачивать сделки так, чтобы кидать тень на репутацию. И со взяткой он подстроил.

— Ну и что тогда угрожало твоему отцу? Виновного же нашли.

— Нашли, — усмехается Захар. — Только он все данные успел уничтожить. Время шло, пока их пытались восстановить. Мой отец и раньше знал Максима Сергеевича. Так издалека. Решали свои вопросы. А тут пришлось обращаться к нему за помощью. Пришлось долгое время сотрудничать с налоговой, чтобы свести всё к обоюдному согласию. И Максим Сергеевич приостановил процесс, пока всё не встало на свои места.

— Марк Львович платил Богрову?

— Нет, — кивает Захар, покусывая нижнюю губу. — Мой отец просто стал обязан ему, как он сам считает. За то, что они вместе привели документы моего отца в порядок. Все финансовые отчёты.

— И что теперь? Им же удалось договориться? — широко раскрываю глаза.

— Мой отец такой человек, который считает, что нужно отплатить Максиму Сергеевичу добром. И выполнить его просьбу.

— Они же оба действовали в рамках закона. И тот и другой ничего не нарушили.

— Это так, — соглашается со мной Захар. — Только моему отцу пришлось бы туго, вовремя не останови Максим Сергеевича проверки в бизнесе моего отца.

Не понимаю, если они оба такие честные и порядочные, зачем решать судьбу своих детей таким способом. Делать двоих людей несчастными.

— И что теперь? — обращаюсь к Захару насторожившись. — У меня нет шансов?

Глава 40

Захар останавливает автомобиль в кармане у дороги.

Причём тормозит очень резко. Я чуть не ударяюсь о панель лбом. Ремень безопасности спасает меня.

— Кир. Будь благоразумной, — взывает меня Захар, произнося слова сквозь зубы. — Мне нужна только ты. А мой отец пусть как хочет благодарит своего друга. Хоть дарами всего мира осыплет. Меня это не касается никаким образом.

Он наклоняется ко мне. Пытается поцеловать. А я отворачиваюсь от него, игнорируя его порыв.

Он прав. Я это точно знаю. Но меня цепляет эта ситуация с его отцом. Раздражает мою кожу и взрывает моё сознание.

Мне нужно побыть одной. Я не могу спокойно всё это воспринимать.

Холодный пот сменяется жаром. Жду не дождусь, когда мы подъедем к моему дому. К моему скромному жилищу, резко отличающемуся от квартиры Захара.

— Кир. Не дури, — взывает Захар, кинув на меня свой напористый взгляд. — Я не хочу терять тебя. Не думай отказываться от меня.

Ещё немного и я заплачу.

Я вижу, как он страдает оттого, что страдаю я. И, наверняка, накидывает у себя в голове варианты, чтобы я могла нафантазировать себе.

— Спасибо тебе за всё, — говорю ему, когда он останавливает машину возле подъезда дома, в котором я живу. В голосе звучит прощание. В глазах плещется тревога. — Рада была пообщаться с тобой.

Отворачиваюсь от него. Подбородок слегка дрожит, подёргивая губы.

Я опять всё решаю сама. Даже испытав такую боль разочарования, не даю себе слабину.

Только в этот раз мужчина не предатель. Так складываются обстоятельства, в которых он является главной жертвой. Так требует от нас суровая реальность жизни. Общество, в котором мы живём. Долг перед семьёй и родителями.

Только вот я своих маму и папу никогда не видела. Они рано ушли из жизни, когда я была совсем крохой. Меня воспитывала тётя, которая, когда я выросла, уехала жить в другой город налаживать свою жизнь с каким-то мужчиной. Она продала здесь всё, оставив мне квартиру, в которой я сейчас живу. С тех пор, мы не общались с ней. И эта часть моей жизни была глубоко закопана в моём сознании.

— Кир, — окрикивает он меня. — Кира…

— Пока, Захар, — выдавливаю я.

А придя к себе в квартиру, пытаюсь успокоиться.

Просто заставляю взять себя в руки.

Держись, Кир. Держись, милая. Так бывает. Если так остро реагировать на всё, то никаких нервов не хватит.

Пусть было недолгим моё счастье с Захаром, но оно было. И благодарна судьбе за это. Лучшего подарка в жизни я и представить себе не могла.

Прикасаюсь к губам подушечками пальцев. Прикрываю глаза. Ощущаю запахи тела Захара. Вспоминаю его прикосновения. Слеза срывается со щеки.

Взмахиваю ресницами. Смахиваю слёзы. Привожу себя в порядок.

Я не буду сдаваться и отказываться от своего счастья. Пусть всё идёт своим чередом.

А эмоциональные качели, думаю, испытывает любая девушка и женщина. Нам это свойственно.

Ну и паникёрша.

Улыбаюсь себе в зеркало.

Да таких, как Захар, ещё поискать надо.

Звонок от него бодрит меня.

— Кир. Я заеду за тобой сегодня, как закончу свои дела, — ложится бальзамом на мой слух низкий манящий голос Захара. — Только скажи куда. К тебе в студию?.. Или Домой?

— Созвонимся вечером, — отвечаю нежно.

— Наконец-то Кир, — звучит одобрительно в моём телефоне. — До встречи.

— Угу.

В приподнятом настроении еду к себе в студию.

Сегодня будет объявлен результат конкурса, который я запустила, выставив на всеобщее обсуждение несколько своих эскизов в качестве образцов. Предложив поучаствовать своей аудитории покупателей в создании новых образов. Победителю будет подарено его творение, воплощённое мной в реальность.

Сердечко волнительно набирает обороты, когда я подхожу к нужному месту в своём ноутбуке. Когда смотрю на результаты голосования.

Не верю своим глазам.

Выиграла какая-то Вика с брючным костюмом синего спокойного оттенка. Моего костюма. Который Платон когда-то наглым образом подарил своей любовнице.

Нервно глотаю.

Стараюсь дышать ровно.

Нужно что-то придумывать срочно.

Эта девушка выдаёт мой костюм за свой.

Просто отвратительно.

Связываюсь с ней. Общаюсь сообщениями. Приглашаю подъехать к себе в студию для обсуждения вопиющей ситуации.

Через некоторое время в мой кабинет входит бывшая любовница моего бывшего мужа.

Стискиваю зубы, собрав всю ненависть в сжатые кулаки.

— Присаживайся, — предлагаю ей спокойным, уверенным голосом, стараясь не показывать своего волнения.

— Привет, Кир, — приветствует меня Вика дружелюбно, отодвигая стул от стола. Садится. — Вот и встретились мы с тобой. Наш земной шарик оказался не такой уж и большой, — усмехается.

— Я так понимаю, ты специально подстроила своё участие в моём конкурсе, — пронизываю взглядом, посылающим холодные импульсы девушке.

— Да. Специально. По-другому ты бы и слушать меня не стала, — её слова стягивают кожу.

— Слушать что? —