Там, где живет истина - Миа Шеридан

было сил. Лиза не могла позволить себе потратить впустую ни одной слезинки. Она была нужна своей сестре.

Мэди. Я иду.

Ее тело тряслось, перед глазами все плыло, когда она выбралась из ямы в земле и, спотыкаясь, двинулась вперед. Вспышка жара заставила ее вскрикнуть и повернуть голову. Позади нее дом был охвачен пламенем, диким инферно, выбрасывающим искры в небо.

О, боже, о, боже, о, боже.

Черный дым клубился, заставляя Лизу хрипеть и кашлять, из раны на шее хлестала кровь. Оранжевое пламя вырвалось из комнаты в задней части дома — комнаты, которая принадлежала ее отцу.

Отняв руки от горла, Лиза схватилась за ручку задней двери и отдернула руки, когда ее кожа соприкоснулась с раскаленным металлом. Слишком горячо. Перед глазами все поплыло, тело покачнулось, прежде чем она смогла взять себя в руки. Снова приложила покрытую волдырями руку к ране, чтобы остановить кровь, а другой рукой ударила себя по лицу. Она не могла снова потерять сознание, не могла. Не сейчас.

Держись, Мэди. Держись.

Снова дала себе пощечину. Снова. Снова. Стиснула зубы от боли и ужаса.

Лиза обошла дом сбоку, ища проход внутрь, но каждое окно было разбито, а изнутри вырывалось жаркое пламя. Она готова была поклясться, что слышала смех: в пламени танцевал безумный демон, славящий восход ада. Волосы хлестнули ее по щеке, когда она свернула за угол и увидела, что входная дверь распахнута настежь, а пламя еще не охватило переднюю часть дома. Пошатываясь, она направилась к нему. Огонь звучал так, будто в нем было сто воющих зверей, разъяренных тем, что на данный момент она уклонилась от пламени. Но пламя шло за ней. Изнутри донесся грохот, и она представила себе испуганную и отчаявшуюся Мэди, которая взывала к Лизе о помощи. У нее не было ни секунды.

Лиза содрала с себя пропитанную кровью ночную рубашку, обмотала ею лицо и, пригнув голову, вошла в ад.

Я иду, Мэди. Держись. Только держись.

 

 

ГЛАВА 1

— Тебе нужно зайти.

Рид вздрогнул и, повернув голову, увидел девочку с темными волосами, заплетенными в косу, в синих шортах и белой майке. В руках она держала красный пластиковый самокат и безмятежно смотрела на него. Его сердцебиение, на мгновение, участившееся от неожиданного голоса, успокоилось при виде ребенка.

Парень повернулся к ней и поднял бровь.

— Куда?

Она кивнула головой в сторону фермерского дома, расположенного в нескольких сотнях футов дальше по дороге, но не сводила с него взгляда. Рид оглянулся назад, словно ему нужно было убедиться, что она имела в виду именно фермерский дом, а не что-то другое поблизости, чего он мог не заметить. Но нет, это был красивый белый дом, который он хорошо знал, по крайней мере снаружи, сияющий под лучами летнего солнца. Он медленно обернулся к девочке, когда та опустила свой самокат на грунтовую дорогу и поставила на него одну ногу, а другой оттолкнулась от земли. Она объехала его вокруг, оказавшись между его телом и задним бампером его машины. Он повернул голову, чтобы проследить за ее движением.

— Я знаю, кто ты.

Парень улыбнулся, одновременно смущенный и растерянный. Откуда взялся этот ребенок?

— Да? И откуда?

Девочка снова объехала его, колеса ее самоката заскрипели по дороге. Она сделала паузу в своем ответе, еще раз обойдя его по кругу.

— По всему нашему дому развешаны твои фотографии.

От удивления его тело замерло.

— Фотографии? — повторил он, и это слово растворилось в горячем, неподвижном воздухе. Нашему дому.

Девочка остановилась перед ним и кивнула.

— Ты Рид. Я видела тебя здесь раньше. — Она снова склонила голову в сторону фермерского дома. — Тебе нужно зайти. Она будет очень рада тебя видеть. Не стоит бояться.

Он перевел взгляд на дом вдалеке, затем снова посмотрел на девочку.

— Ты Аррин, — догадался он.

Аррин усмехнулась, продемонстрировав беззубую улыбку и одностороннюю ямочку.

— Ты тоже меня знаешь.

Рид выдохнул.

— Я знаю о тебе.

Улыбка Аррин померкла, и она мудрено кивнула.

— Тебе стоит узнать меня получше. Думаю, я тебе понравлюсь.

Рид улыбнулся.

— Правда? И что же мне в тебе понравится? — поддразнил он.

Аррин посмотрела ему прямо в глаза.

— Я верная. — Она сделала еще один круг на самокате вокруг него. — Я сила, с которой нужно считаться. — Девочка одарила его еще одной улыбкой. — Так говорит мой папа. — Она остановилась, на мгновение нахмурив брови. Рид заметил, что на одном загорелом колене у нее была царапина, а на другом — почти заживший рубец. — А еще он говорит, что я стойкая, и я не совсем понимаю, что это значит, но уверена, что это хорошо, потому что его глаза всегда улыбаются, когда он это говорит, даже если лицо не улыбается.

Рид сдержал улыбку и кивнул так серьезно, как только мог.

— Я думаю, твой отец имеет в виду, что ты не сдаешься легко.

Глаза Аррина загорелись.

— О! Поэтому из меня получится хороший адвокат?

Рид рассмеялся. Он уже знал, что Аррин права — она бы ему понравилась, если бы он узнал ее получше. После нескольких минут общения с ней она уже нравилась ему.

— Так как? Ты идешь или нет? — спросила она.

Улыбка Рида померкла. Он некоторое время смотрел на нее.

— Когда ты сказала, что она будет рада меня видеть, ты имела в виду...

— Мама.

Мама.

Рид прочистил горло, его грудь резко сжалась. Аррин внимательно наблюдала за ним, слегка прищурив глаза.

— Я видела тебя здесь несколько раз за последний год, и когда увидела сегодня, решила подойти и поговорить с тобой. Я подумала, — она бросила взгляд в сторону дома, — ну, я подумала, что тебе может понадобиться кто-то, кто возьмет тебя за руку. — Она опустила взгляд, ковыряя носком кроссовки землю, на мгновение смутившись. — Для этого и нужны сестры, — сказала она, подняв на него глаза.

Рид сглотнул, переполненный эмоциями, его горло внезапно сжалось. Для этого и нужны сестры. Эта девочка с беззубой улыбкой и разбитыми коленками была его сестрой. Точнее, сводной сестрой, но все равно. Сестрой. Он долго размышлял о том, каково это — узнать свою биологическую мать, но никогда не задумывался о том, каково это — узнать сводную сестру и двух сводных братьев, которые, как он знал были