Когда я встретила твоего брата - Джанет Раллисон

ту ночь с абсолютной ясностью. Вероятно, каждое слово. И она практически позволила ему одеть её в это ужасное платье.

Проходя мимо, она услышала, как он что-то прошептал. Она не могла разобрать точно, что именно, но это подозрительно напоминало фразу:

— Смажь мне колёса, детка.

Она резко отвернулась, чтобы он не увидел, как горят её щёки, и направилась дальше по дорожке. Она шла слишком быстро, но ей было всё равно.

Неужели Себастьян всё это спланировал? Это казалось неправдоподобным. Он же не стал бы избавляться от модели в надежде, что Феликс заставит Беллу носить его одежду, верно? Мог ли он пойти на такие крайности только ради того, чтобы показать Белле, что способен ею манипулировать? Как бы то ни было, результат оставался тем же. Он манипулировал ею.

Она ворвалась обратно в гримёрную и едва не сорвала с себя платье.

Она собиралась поговорить с Феликсом. Пора ему узнать, в какие игры играет его главный дизайнер.

Глава 2

К тому моменту, когда Белла поднялась в представительский лаунж отеля, где проходила вечеринка после показа, её гнев уже не просто утих — он кипел яростью. Ей нужно было справиться с ситуацией профессионально.

У неё не было никаких доказательств того, что Себастьян сказал ей в сентябре. Она не могла указать ни на одно откровенно неподобающее поведение на рабочем месте. Тем не менее Феликс работал с ней уже пять лет. Он знал, что она не стала бы выдумывать подобные обвинения. Ему нужно было понять, что за человек Себастьян.

Представительский лаунж был оформлен в тех же цветах, что и весенняя коллекция «Фонтэн». По всему залу были расставлены скатерти нежно-зелёного и закатно-розового цветов. Салфетки и дорожки на столах были полосатыми — с лёгкими голубыми и мягкими строгими бежевыми оттенками. Центральные композиции из белых и розовых роз щедро украшали столы.

Феликс стоял лицом к полукругу представителей рекламной компании, обсуждая предстоящие макеты. Белла взяла тарелку с едой и присоединилась к ним. Она подождала, пока разговор закончится и представители компании отправятся за дополнительными напитками, прежде чем повернулась к Феликсу.

— Мы можем поговорить?

Он сделал глоток шампанского и вздохнул.

— Неужели это будут очередные жалобы на то, что «меня принудили выйти на подиум в качестве модели»? Честно говоря, я не хочу этого слышать. Мы все делаем то, что должны, чтобы показ прошёл успешно. Ты же знаешь.

— Дело не в этом, — сказала она. — Ну… не совсем. Это Себастьян предложил мной заменить Светлану?

Феликс взял крекер со своей тарелки и обмакнул его в фуа-гра.

— Какое это имеет значение?

Она рассказала ему всё — как отказала Себастьяну в сентябре прошлого года и что он тогда ей сказал.

На лице Феликса отразилось лишь раздражённое недоверие.

— Давай уточним: Светлана отказалась от показа в последнюю минуту, и это каким-то образом является частью грандиозного плана Себастьяна, придуманного прошлой осенью, чтобы подорвать твою репутацию, выставив тебя в невыгодном свете в вечернем платье за двенадцать тысяч долларов?

Она выдохнула, раздражённая тем, что он не понял сути.

Феликс откусил ещё кусочек крекера.

— Многие женщины были бы рады, если бы их так «унижали». Я имею в виду, если парень напился и начал к тебе приставать. Такое случается. Нельзя же обижаться на такую ерунду.

— Ерунду? — Она даже не смогла оправдаться, объяснив, что хотела, чтобы люди относились к ней как к профессионалу, или рассказать, что в этом платье она чувствовала себя ослепительной проституткой. Платье было частью модной коллекции этого сезона. Феликс сам его одобрил.

Он положил руку ей на плечо.

— Послушай, — сказал он своим самым покровительственным тоном, — я знаю, что ты была под большим давлением, готовясь к показу. Я достаточно долго работаю в этом бизнесе, чтобы понимать: люди творческих профессий не всегда хорошо переносят стресс.

Теперь она была «сложной творческой натурой». Так он о ней и думал.

— Показ позади, — продолжил он. — Расслабься и получай удовольствие. Тебе не обязательно оставаться на вечеринке, если ты этого не хочешь. Почему бы тебе не пойти куда-нибудь со своими подружками?

Она стиснула зубы, чтобы не сделать чего-нибудь, о чём потом пожалеет — например, не написать заявление об уходе.

Себастьян подошёл к ней небрежно, с умным видом держа в пальцах бокал шампанского. Он был худощав, а его зачёсанные назад волосы напоминали Элвиса — или, по крайней мере, напоминали бы, если бы у Элвиса был крючковатый нос и хипстерские очки.

— Отличный показ, — сказал он Феликсу, затем его взгляд скользнул к Белле. — И то, что ты показала, тоже было великолепно.

Она перевела взгляд на Феликса. Она ожидала увидеть, как он наконец поймёт, что всё сказанное ею — правда. Но он спокойно съел ещё один крекер.

— Я бы не стал сейчас шутить с Беллой. Она не в настроении.

— Жаль, — сказал Себастьян, самодовольно приподняв брови. — Мне, кажется, никак не удаётся застать её в нужном настроении.

Белла снова посмотрела на Феликса. Ничего. По-прежнему полное непонимание. Видимо, начальник решил смотреть на ситуацию сквозь пальцы. Она повернулась к Себастьяну, прищурив глаза.

— Иди, смажься.

Затем она стремительно ушла.

Она выбежала за дверь и направилась по коридору, полная решимости… хотя сама не знала, чего именно. Она просто понимала, что не может оставаться на вечеринке. Пусть Себастьян и Феликс болтают с гостями без неё. Она слишком усердно и слишком долго работала, чтобы с ней так обращались. Она со стуком нажала кнопку вызова лифта.

— Изабелла?

Из зала ожидания представительского класса вышла азиатка средних лет и направилась к ней по коридору. На ней было красно-золотое чонсам — современная версия традиционного китайского облегающего платья. Волосы были собраны в пучок, спереди закреплён жемчужный гребень, а на лице сияла приятная открытая улыбка.

— Изабелла Линд? Это вы, не так ли?

Её давно уже никто так не называл. С Парижа её звали Беллой. Она ещё раз взглянула на женщину, пытаясь вспомнить, кто она.

— Да.

Женщина подошла ближе, неодобрительно покачав головой.

— Посмотри на себя! Ты совсем не похожа на ту девушку, которую я знала в Университете Вашингтона.

О, она знала Беллу по колледжу. Хотя точно не была её студенткой. Женщина была слишком взрослая для этого. Может быть, профессор? Или кто-то из сотрудников библиотеки? Ничего не приходило на ум.