Побочный эффект мести - Елена Валерьева

Я оставляю деньги на столе и ухожу, оставив ее в полном недоумении. Сажусь в машину и просто еду по ночному городу. Ноги сами привозят меня к дому Марины. Вернее, к тому дому, который был нашим. В окнах темно. Она не спит там. Она где-то в другой реальности, без меня.

Что я наделал? Глушу в себе этот вопрос очередной сигаретой. Я прав. Я всегда прав. А чувство вины — это просто слабость, которая пройдет.

Звонит телефон. Алиса.

— Милый, ты где? Я так соскучилась, приезжай...

— Не сегодня, — бросаю трубку.

Я еду в офис. Там я могу побыть один. Могу не притворяться. Могу просто смотреть на фотографии дочерей и ненавидеть себя за то, что разбил их жизнь. Но назад дороги нет.

Глава 3. Марина

Неделя после визита к Крылову пролетела как в тумане. Он оказался не просто адвокатом, а настоящим генералом. Собрал кипу документов, нашел старые чеки, поднял мои переписки с Денисом пятилетней давности, добыл какие-то записи с камер в ресторане, доказывающие, что я ни в чем не виновата. — Слушай, — говорит он мне по телефону, — у нас есть шанс не только отбить детей, но и оставить его без штанов. Он, оказывается, фирму-однодневку через подставное лицо открыл и часть доходов туда выводил. Если я это пришью к делу о разводе, он может лишиться половины ресторанного бизнеса.

— Дима, я не хочу его раздевать, — устало отвечаю я. — Я хочу, чтобы дети были со мной.

— Марина, ты не понимаешь, — терпеливо объясняет он. — В нашем мире, если ты не бьешь — бьют тебя. Руслан уже нанес удар. Он подал на алименты и на ограничение твоих родительских прав, заявив, что ты аморальная мать, бросившая семью. Слышишь? Аморальная! Ты, которая десять лет вкалывала на него и детей!

У меня перехватывает дыхание. Аморальная? Он правда это сделал?

— Ладно, — шепчу я. — Делай что нужно.

— Умница. Завтра встречаемся у меня в офисе в десять. Приведи себя в порядок, — он делает паузу. — И купи новое платье. Красное. Ты должна выглядеть как победительница, а не как жертва.

Я послушно иду в магазин. Выбираю платье. Алое, облегающее, длиной чуть выше колена. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Глаза горят, плечи расправлены. Из зеркала на меня смотрит не та уставшая мамочка, которую вышвырнул муж, а женщина, готовая к бою.

На следующий день вхожу в офис Крылова. Он смотрит на меня, и его бровь ползет вверх.

— Вау, — только и говорит он. — Марина, вы опасны.

— Я старалась, — улыбаюсь в ответ, чувствуя, как от его взгляда по коже бегут мурашки.

— Идем, — он ведет меня в переговорную. — У меня есть кое-что интересное.

На столе лежит папка. Он открывает ее. Фотографии. Руслан и Алиса в разных местах: в ресторане, в машине, у подъезда ее дома. На некоторых она в нижнем белье, на балконе.

— Откуда это? — я чувствую, как краснею не от стыда, а от отвращения.

— У меня свои люди, — усмехается Крылов. — Это еще цветочки. Самое интересное — вот.

Он достает еще одну фотографию. На ней Руслан с какой-то женщиной в кафе. Женщине лет пятьдесят, она дорого одета, увешана бриллиантами.

— Кто это?

— Это его новая инвесторша, — Крылов довольно улыбается. — Вдова крупного чиновника. Она вкладывает деньги в его новый проект. И, судя по всему, не только деньги. Они довольно тесно общаются, если ты понимаешь, о чем я.

— Он спит с ней ради денег? — до меня доходит смысл.

— А ты думала, он Алиску за красивые глаза терпит? — Крылов пожимает плечами. — Алиска — это так, для разрядки. А эта дама — серьезный куш. Если я обнародую эту связь, инвесторы могут выйти из проекта. А если они выйдут — ресторанный бизнес Руслана начнет трещать по швам.

Я смотрю на фотографии, и во мне борются два чувства. Омерзение от того, какой лживой оказалась моя семейная жизнь, и дикое, первобытное желание уничтожить его. Так, как он уничтожил меня.

— Ты готова к этому? — тихо спрашивает Крылов. — Это война. Без правил.

— Да, — отвечаю твердо. — Я готова.

Он смотрит на меня долгим взглядом. В его серых глазах плещется что-то, чего я не могу расшифровать. Не просто уважение. Что-то большее.

— Тогда поехали, — он встает и протягивает мне руку. — Нас ждет суд по временному определению места жительства детей. Просто слушайся меня и ничего не бойся. Я с тобой.

Я беру его руку, и от этого простого прикосновения по телу пробегает ток. Глупая, неуместная реакция. Но она есть.

Мы выходим из офиса, и я чувствую себя так, будто иду на эшафот. Но рядом со мной человек, который верит в меня. И ради дочек я пройду через это.

Глава 4. Руслан

Зал суда давит стерильной белизной и духотой. Я сижу за столом, рядом со мной мой адвокат — старый лис, которого я нанял за бешеные деньги. Напротив, через несколько метров — Марина. Она в красном платье. В КРАСНОМ. Я никогда не видел ее в таком. Она словно светится изнутри. Рядом с ней Крылов, который то и дело наклоняется к ее уху и что-то шепчет. Меня бесит эта картина. — Слушание по делу об определении временного порядка общения с детьми объявляется открытым, — стучит молотком судья.

Судья — полная женщина с лицом, не выражающим эмоций. Говорят, она неподкупна. Но я все равно дал взятку ее секретарше, чтобы та просто «не мешала процессу». Вдруг пригодится.

Слушают моего адвоката. Он вещает про то, что я — успешный бизнесмен, обеспечиваю детей, имею жилье, а мать — безработная, без определенного места жительства, ведущая аморальный образ жизни.

— Аморальный? — вскакивает Марина, но Крылов удерживает ее за руку.

— Есть доказательства? — равнодушно спрашивает судья.

— Да, ваша честь, — адвокат подает бумаги. — Заявление от гражданки Алисы Соболевой, которая подтверждает, что Марина Гордеева угрожала ей расправой на почве ревности. Также у нас есть скриншоты переписки, где истица оскорбляет ответчика.

Я смотрю на Марину. Она побелела. Эти скриншоты — фейк, подделка. Но Алиса клялась, что эксперт их не отличит от настоящих.

Слово берет Крылов. Он встает, поправляет пиджак, и начинает говорить. Голос у него спокойный, уверенный, чуть с хрипотцой.

— Ваша честь, позвольте представить доказательства, — он подает папку. — Вот выписки с банковских счетов ответчика за последние три года. Обратите внимание на регулярные переводы крупных сумм на счета офшорных компаний. Это увод денег от налогообложения. Вот документы,