Верни мне дочь - Кэтрин Вайс
Одна мужская рука плотно обвила талию, а вторая сейчас покоиться в районе плеча.
Не знаю, как быть.
И момент такой волнующий. Сердце отчего-то начало немного сбиваться с ритма, а в ногах появилась какая-то невесомость.
В общем, странно реагирую на всё происходящее.
— Ты слишком соблазнительна, а я не железный, — спустя несколько секунд молчания говорит Баринов. — Такая хрупкая. Невинная, но в то же время сводишь с ума и пробуждаешь первобытные инстинкты...
— Да что с вами такое? — хочу воззвать к разуму, но получается какое-то неуверенное блеяние. — И вообще, вас наверняка Рита заждалась, — вспоминаю причину моего побега и вновь пытаюсь сползти с мужчины.
И ему это нравится.
Как я поняла? По неожиданно образовавшемся твёрдому предмету в районе моего бедра.
— Рита — это всего лишь рабочий момент, — отвечает и внимательно изучает черты моего лица.
Ага, то Рита, то Марина и все они «рабочие моменты». Почему-то злюсь.
— Отпустите, пожалуйста, — прощу, ведь несмотря на внутренние терзания, тело меня отчаянно предаёт.
Отсутствие мужчины даёт плоды.
— Не могу, — скрипит Андрей Кириллович. — Мои руки парализовало от восхищения тобой. Ты будто проникла под кожу и... — недоговорил. Резко потянулся и поцеловал.
Ой, мамочки!
Да как он посмел? Полез ко мне своими горячими, мягкими, сводящими с ума губами... А теперь ещё и язык пробивается сквозь преграду в виде зубов.
Бессовестный!
А, нет — крышесносный.
Сама не поняла, как начала отвечать на поцелуй и даже коснулась ладонью небритой щеки.
Ощущения захватывают, и вот я уже отвечаю так, будто ждала этого момента тысячу лет.
С ума сойти!
Мне и моему телу так нравится происходящее, что разум затуманился и не существует никого кроме нас.
Баринов, как мне кажется, тоже в примерно таком же состоянии.
Целует неистово. Изучает каждый миллиметр тела. Сжимает. Гладит. И подчиняет.
Вжух и я лежу спиной на полу, а мужчина нависает сверху, при этом нагло вклинившись меж моих бёдер. Сумасшедший аттракцион под названием поцелуй продолжается.
Господи, мы валяемся на полу посреди гостиной отеля и уже оба готовы пуститься во все тяжкие.
Что я творю?
— Кхм-кхм, — вдруг раздаётся откуда-то справа.
Мы, не сговариваясь, разрываем контакт губ и поворачиваем голову на звук.
— Добрый вечер, молодые люди. Милана покормлена, развлечена и так как сильно устала, сейчас спит, — говорит наша временная няня, которая не вовремя вышла из моей спальни.
Женщина смотрит на нас с какой-то лукавой, но понимающей улыбкой.
Вроде бы не осуждает, но у меня тут же разгорается чувство стыда внутри.
Быстро начинаю елозить, чтобы выбраться из-под Баринова.
Тот на мои действия недовольно морщиться, а затем резко поднимется, помогая встать и мне.
— Спасибо вам, Галина Николаевна, — лепечу себе под нос. Щёки мои краснее помидора, а в глаза женщине вообще стыдно посмотреть.
— Не за что. Обращайтесь. У вас замечательная дочь. Мне было сплошное удовольствие провести с ней время, — отвечает няня, а дальше слово берёт Баринов, и они уходят обсудить гонорар, заработанный за вечер. Я же пока появилась возможность, ускользаю в свою спальню.
Пытаясь успокоиться и отвлечься, поэтому сначала проверяю как Миланка.
Доча безмятежно спит, и я невольно умиляюсь, глядя в любимое личико.
— Знала бы ты, малышка, чем я только что занималась... Ни за что не поверишь...
Да я и сама-то не верю.
Как меня угораздило?
Нет, понятное дело, Баринов красивый, властный и уверенный в себе мужчина. Такие не могут не нравиться. Но я-то!
Я то куда? Ничего, как говорится, не предвещало беды, а тут бац и меня уложили на лопатки.
О, знаю!
Наверняка дело в выпитом шампанском, и у нас просто случилось мимолётное помутнение рассудка.
Точно так и запишем.
И вообще, ну было и было, подумаешь.
Так, срочно садимся за какой-нибудь проект и перенаправляем мысли в другое русло. Пока Миланка спит, немного поработаю, а там, глядишь, и полегчает.
Быстро переодеваюсь, умываюсь, возвращая себе привычный вид, а затем занимаю место в кресле и включаю ноутбук.
Встречай меня работа.
Глава 21
Следующим утром просыпаюсь резко, будто от взрыва рядом.
Всё дело в приснившемся сне.
Вчера я так отвлеклась поцелуем с Бариновым (мужчина, кстати, больше не искал встреч, за что ему огромное спасибо) так потом я ещё и работой загрузилась по самую макушку. В итоге совсем забыла про неожиданную встречу в коридоре отеля. А мозг запомнил. Говорят, сновидения чаще всего связаны с тем, что видел в течение дня, а также с переживаниями или стрессом. Вот и у меня так вышло.
Та девушка в коридоре показалась мне очень похожей на сестру.
Больная фантазия или реальность?
Непонятно.
По сути, я не видела тела.
Арина погибла в авиакатастрофе. Они с её молодым человеком летели в отпуск, и самолёт упал. При столкновении с землёй ещё и загорелся... Все пассажиры были признаны погибшими. Кому-то из родственников посчастливилось упокоить близких, нам же, к сожалению, сказали, что останки не удалось обнаружить. Самолёт разбился далеко от ближайшего населённого пункта, и помощь подоспела слишком поздно. Почти всё сгорело дотла...
Тогда у меня, помню, ещё теплилась надежда, что Арина отказалась от полёта и по счастливой случайности выжила.
Не видела мёртвой, считала живой. Но время шло, сестра не появлялась. И мне ничего не осталось как поверить, точнее, смириться.
Верить до сих пор отказываюсь.
Возможно, поэтому не исключаю, что вариант реален. Та девушка в коридоре будто надежда на чудо.
Да понятное дело, Арина давно бы вышла на связь и успокоила меня, но ведь существует возможность потери памяти, например.
В общем, думаю, надо рассказать Баринову о моём мираже. Он даст задание парням, и те наверняка с лёгкостью выяснят, кто та знакомая незнакомка.
— Милаша, доброе утро, — бужу малышку сразу, как немного отдышалась после приснившегося кошмара.
— Не, — грозно отнекивается Милана и недовольно переворачивается на другой бок.
— Давай-давай, — говорю и открываю тяжёлые шторы. — Ты вчера и так совсем с режима сбилась. В садик ходить не будешь больше?
— Не, — всё так же недовольно.
Кажется, папины гены с малолетства уже начинают проявляться.
— Эй! А ну-ка, просыпайся! Иначе я позову два пальчика, — угрожаю дочке и начинаю подбираться как хищник к кровати.
— Не нана, — противиться, но уже более бодрым голосом.
— Как это не надо? Смотри... Шли два пальчика гулять... — ставлю пальцы на край постели и начинаю гордо вышагивать по направлению малышки.
— Ой-ой, — улыбается Миланка и прячется под одеялом.
–... А им надо кого-то щекотать... — продолжаю стишок, а малышка затихает и ждёт. —
