Верни мне дочь - Кэтрин Вайс
— Андрюша! Я так соскучилась!
Мы с Бариновым одновременно поворачиваемся на звук и испытываем абсолютно разные эмоции.
Я невольно хмурюсь и еле сдерживаю желание поморщиться. Очередная силиконовая кукла на всех порах мчит к моему боссу.
Босс же нисколько не против. Быстро проанализировав ситуацию, отпускает меня и распахивает объятья для девушки. А та, в свою очередь, чуть ли не запрыгивает на мужчину.
Ну ладно-ладно, приукрасила немного. Она всего лишь подошла и повисла на Андрее Кириловиче, знатно так придавив его своим пышным бюстом.
Хочется намекнуть, что если так давить могут и ненароком лопнуть, но кто я такая, чтобы вмешиваться.
Я просто тактично отхожу на пару шагов и не мешаю давним знакомым общаться.
— Андрюш, ты так возмужал, — лебезит девушка.
— Ты тоже красотка, Ритуль, — не отстаёт Баринов.
Фу-фу-фу! Сколько неприкрытой лести.
— Спасибо. Давай выпьем за встречу, — предлагает Ритуля и тащит Баринова навстречу официанту.
Ну допустим, она не сильно высокомерная, раз сама пошла, а с другой стороны, может это только повод оттащить мужчину от меня и от толпы.
Последние, кстати, смотрят на происходящее с какой-то понимающей улыбкой. Так, будто эту встречу давно ждали и прогнозировали.
Бесит!
Бесит ситуация в целом, ведь у Баринова столько пассий, что всех и не упомнишь. Как ту в кафе звали?
Хотя нет, дело не в пассиях дело во мне. Точнее, в моих реакциях.
Не понимаю, отчего я сейчас испытываю чувство... Ревности? Да ну, ерунда какая-то.
А поняла. Просто я успела немного очароваться Бариновым и расслабилась в его объятиях вот и понесло.
Всё! С этой секунды мы обыкновенные босс и подчинённая точка.
— Шампанское? — вопрос официанта заставляет пару раз моргнуть, чтобы сообразить, что вообще происходит.
Оказывается, я на волне гнева прилично так отошла от общей массы и сейчас стою прямо рядом с персоналом около стены.
— Эм... Нет. Спасибо, — отвечаю и спешу отойти.
По пути блуждаю взглядом по толпе, желая зацепиться за знакомую фигуру начальника, но увы, его нигде не видно.
«Наверняка уже в комнату отдыха пошёл с Ритулей» — ехидничает внутренний голос чертёнка на левом плече.
«Да нет же. Просто людей много, вот его и не видно» — противоречит ангелок на правом плече.
Боже, до чего я докатилась. Всё надо с этим заканчивать. Баринов просил составить ему компанию. Сейчас у него уже есть грудастая компания, и я здесь совершенно не нужна. Можно идти обратно к Миланке.
Да жаль, конечно, что новое платье так и не выгуляла толком, но нервы дороже.
Уверенным шагом топаю на выход.
— Уже уходите? — меня перехватывает какой-то богатый дяденька с сальным взглядом.
— Да. Голова болит, — отвечаю практически не тормозя.
Я здесь никого не знаю и знакомиться не желаю. У меня в голове лишь разочарование. Только-только начала видеть в Баринове хорошее, а он...
Кыш! Кыш из моей головы, мистер деревяшка!
— Может, познакомимся? — не унимается дяденька.
— В другой раз, — кидаю через плечо и ускоряю шаг.
Не хватало мне ещё проблемы на свою филейную часть отыскать. Богатей бросает затею знакомства, и я практически фурией взлетаю на наш этаж.
Остались считаные метры, и я запрусь в комнате вместе с Милашей и отключу мозг. Ну или хотя бы попробую...
Перед дверью номера торможу, ведь взгляд невольно зацепился за парочку неистово целующихся возле следующей двери.
Мужчина стоит спиной, женщину почти не видно, но её смех...
Что-то ёкнуло в груди.
— Идём, — рычит кавалер, как только сработала ключ-карта и дверь распахнулась.
Он первым шагает в номер, и мне всего на секунду открывается обзор на его спутницу, прежде чем её утягивают следом.
— Мамочки! — шепчу, ведь воздух покинул лёгкие.
Этого просто не может быть!
Глава 20
— Ассоль, что же вы убежали? — раздаётся прямо над ухом голос Баринова.
Надо бы испугаться, но я настолько шокирована, что даже не могу связать слова в предложения.
— Там... Там... — бормочу, глядя в ту сторону, где только что стояла влюблённая пара.
Не понимаю, показалось мне или всё-таки глаза не солгали.
— Вы устали? — спрашивает Андрей Кириллович, распахивая дверь в номер. — Так бы и сказали, ушли бы вместе. Нехорошо так сбегать. Пришли вдвоём и уйти должны были вдвоём. Прошу, — отчитывает, но в то же время пропускает меня вперёд.
Иду, плохо слушая нотации начальника. Из головы никак не идёт увиденное.
Мозг вроде бы отдаёт приказы ногам, но выполнять их получается как-то не очень. Я цепляюсь каблуком за ковёр и прямо лицом лечу навстречу полу.
Вжух.
Меня поймали за локоть и прижали к груди. Из-за рывка моё тело развернулось, и теперь я имею честь созерцать рубашку Баринова примерно в центре торса. Да при моём росте, чтобы в такой позиции посмотреть в глаза начальнику, надо запрокинуть голову, чем собственно я и занимаюсь.
Испугаться не успела, как и в принципе понять, что впервые нахожусь в таком близком непосредственным контакте с боссом.
— Осторожнее, Ассоль Сергеевна, — отчего-то севшим голосом произносит Баринов. — Не стоит соблазнять меня причудливыми позами на полу.
Чего? Соблазнять? Да я даже не пыталась.
— Извините. И в мыслях не было, — отвечаю и хочу отстраниться, сделав пару шагов в сторону. Меня не останавливают. Мистер деревяшка разжимает руки, и я делаю шаг назад, но предательский каблук опять цепляется за образовавшуюся складку ковра, и я вновь лечу, только на этот раз спиной на пол.
На удивление Андрей Кириллович показывает невероятные акробатические этюды. Мало того что он умудряется поймать меня, так ещё и прямо в полёте перевернутся так, чтобы это он упал спиной на пол, а я мягко приземлилась на его грудь.
— Ой! — всё, что успела вымолвить, и вот я уже лежу на своём боссе. Снова знакомая рубашка прямо перед лицом.
Блин, как неловко.
Поднимаю свой шокированный взор и встречаюсь с тёмными омутами напротив.
Думала, будет злиться за неловкость, но нет, карие глаза смотрят с лёгким прищуром и... Не знаю, как описать. Желанием, что ли.
Ой, нет. Ерунда на фоне стресса в голову лезет. Просто смотрит и слегка щурится, наверное, от боли.
Конечно, так шмякнутся, ещё и со мной наперевес.
— Вы просто пушинка, Ассоль Сергеевна, — всё с той же хрипотцой противоречит моим мыслям Баринов.
— Простите, — шепчу виновато, воспринимая вышесказанное как сарказм. — Я не специально, — оправдываюсь и хочу было сползти вбок, чтобы перестать напрягать начальство своим весом, но меня не пускают.
Замерла. Смотрю в карие глаза с изумлением.
Чего это он?
