Обмани меня снова - Маргарита Аркадьевна Климова

Глава 30

Макар

Мне жизненно необходимо было прижать Витку к себе, поцеловать, напомнить, как нам было хорошо вместе. Что я и сделал, пользуясь её временной дезориентацией. Жадно. Сочно. Вкладывая в него всю тоску, что терзала меня все десять лет без неё. А следом накрыл неизрасходованной нежностью, прущей из всех щелей.

Поначалу Вита стояла застывшей статуей, потом неуверенно дёрнулась в попытке вырваться, но через несколько секунд всё же ответила на мой напор, смиряясь с неизбежностью. Я надеялся, что спустя немного времени она сама начнёт проявлять инициативу. Как тогда… в нашей прошлой жизни.

— Тебе показалось, — прошептала Виталина, когда я прервал поцелуй, упираясь лбом в её. — А моя реакция на тебя, Макар, как фантомная боль. Вроде, руку отрезали, а она продолжает и через десятилетие ныть на погоду.

— С ампутированной конечностью меня ещё не сравнивали, — не сдержал улыбки, отпуская Виту.

На сегодня давления достаточно. Совместный просмотр дома, два поцелуя, давно напрашивающийся разговор, обещания с моей стороны. С Виткой легко можно было перегнуть палку, а так я дал ей почву для размышления.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — пожала она плечами, обходя меня и стол с другой стороны и открывая дверь. — Тебе пора, Макар.

— Думаю, да, — согласился с ней, двигая на выход. Остановился напротив неё, коротко чмокнул в кончик носа и провёл пальцами по щеке. — У меня сегодня ещё дела.

Отсалютовал Вите, вытянутой в тугую струну, подмигнул секретарше, с любопытством оглядывающей меня, вывалился в дневное пекло, насыщенное прожаренным песком и плавящимся асфальтом. Не успел толком залезть в салон и завести машину, как телефон разорался входящим, а на экране высветился номер матери. Достала.

— Слушаю, — принял вызов, откидываясь затылком на подголовник и с силой вдавливаясь в него.

— Мне нужна твоя помощь, Макар, — нервно затараторила мать в трубку. — Надо разобрать документы из сейфа, а я в этом ничего не понимаю. Не хотелось бы привлекать к важным бумагам посторонних людей. Неизвестно, чего Владик хранит там.

— Буду через час, — согласился. Меня самого гложело любопытство заглянуть в секреты отца.

Свернул разговор и набрал риелтора. Договорился о передаче задатка и поторопил с регистрацией сделки. Почему-то мне было важно, как можно скорее убраться из гостиницы и поселиться в этом доме. Наверное, осуществление нашей общей мечты приближало для меня воссоединение с Витой. Знаю, глупо, но мне так надоело жить в скупом прагматизме.

Когда-то родная резиденция Холмогоровых встретила тишиной. Домработница, а по совместительству экономка, бесшумно открыла дверь и склонилась в раболепном поклоне. Всегда бесили порядки в родительской вотчине. Вроде, вышли из трудовых и бандитских низов, а откуда-то взялись замашки аристократии.

— Макарчик, сынок, — спустилась с лестницы мать, держа в руке полупустой бокал с вином. — Через десять минут накроют ужин. Посидим, поговорим как раньше.

— Не получится, — пересёк холл с мраморными колоннами и с огромной, хрустальной люстрой, метра три длиной. Свернул в коридор по направлению к кабинету. — У меня на сегодня ещё дела. Так что не будем тянуть время. Открывай сейф.

Мать о чём-то болтала, сидя на кожаном диванчике и подливая себе вино, а я открывал папку за папкой, расположившись за столом. Здесь находилась вся жизнь отца. Документы на движимое и недвижимое имущество, уставные, счета как местные, так и по всему миру, долговые расписки, акции различных компаний. Ключи от банковских ячеек.

Тут же я нашёл компромат на конкурентов и план слияния с Торжевым. Как раз в условиях и обнаружился пункт о моей женитьбе на Броньке и о единственном правообладателе холдинга в виде нашего общего ребёнка.

Стало смешно. Малыша ещё не было в проекте, а по условиям он уже владел активами двух могущественных семей. Посмотрел на дату. Договор составляли аж одиннадцать лет назад и пролонгировали каждый год. Вывод напрашивался сам собой. Все эти годы отец с Торжевым старшим не оставляли попыток свести меня с Брониславой.

В папке под названием «Дворняжка» обнаружилось досье на Виту и всё её семейство. Контакты, адреса, места работы вплоть по сегодняшний день, фотографии, приложенные к отчёту за прошедшие годы. Отец не соврал. Всё это время Виталину держали под прицелом.

Достал оставшиеся документы, стоящие обособленно у стенки. Ни о чём не говорящие имена в договорах, в займах и в закладных. Собирался отложить бесполезные для меня бумаги, но глаза наткнулись на интересную фамилию. Балицкий Александр Данилович. Открыл папку и углубился в чтение.

Три года назад этот долбоёб позаимствовал крупную сумму у Холмогорова. Но что-то пошло не так. Кен не справился с долговой нагрузкой и чуть не остался без штанов.

А вот дальше мой отец продемонстрировал нетипичное поведение. Вместо того, чтобы вытрясти у Балицкого деньги и прибрать к рукам недвижимость, Холмогоров перевёл на его счёт сумму вдвое больше одолженного.

Разгадка нашлась здесь же. Договор на оказание услуг по соблазнению Виталины и по склонению её к сожительству, с чем мелкий уродец справился на отлично. А два месяца назад Балицкому побежали ещё семь лямов, подтверждённые дополнительным соглашением на скорейшее бракосочетание. Вот такая интересная вещь дожидалась меня в сейфе.

Глава 31

Виталина

Макар растворился в жарком мареве, на прощанье по-детски чмокнув меня в кончик носа. Позёр, улыбнулась сама себе, стряхивая мимолётное помутнение.

— Хорош, — вздохнула Поля, приподнявшись с места и разглядывая стоянку из окна. — Не возражаешь, если я попытаю счастье, раз тебе он не нужен?

— Возражаю! — рявкнула, сама от себя не ожидая такой интонации в голосе. Как будто в груди у меня поселилась дикая кошка, и сейчас выпустила когти, оскаливаясь.

— Вау, вау, полегче, — выставила вперёд ладони Поля, глядя на меня с каким-то ликованием. — Так и скажи, что самой мужик нужен. Чего рычать-то?

Полька развлекалась с сарказмом, а я горела от стыда. Надо же, так проколоться. И, вообще, что за реакция на Полькино покусительство в сторону Холмогорова. Я же сама отказалась от него в пользу Балицкого, а теперь веду себя как собака на сене.

— Не нужен он тебе, — как можно безразличнее ответила ей, стараясь реабилитироваться в собственных глазах. — Там такая семейка. От них держаться надо подальше. Это я тебе на своём опыте говорю.

— Они обидели тебя? — испарилось всё ликование у Поли, а на смену пришла тревожность. Она дёрнулась ко мне, но остановилась по моей отмашке.

— Это в прошлом, но могу сказать одно. Мне понадобилось много времени, чтобы излечиться, — качнула головой и скрылась в кабинете.

Кажется, в последние дни из мня слишком много пёрло