в уголках губ уже дрожала смешинка.
— Ого. И что же ты хочешь попробовать? — спросил он с драматическим придыханием. — Скажи сразу, нам нужен четвертый ребенок?
Я фыркнула и стукнула его кулаком в плечо.
— Ой, не думаю, что мы осилим четвёртого. Но от процесса я бы не отказалась. И почаще. Тем более теперь, когда я не такая замученная бытом, как раньше.
Миша задумчиво почесал подбородок и вдруг сказал совершенно другим тоном, серьезным и задумчивым:
— Маш, а я вот думаю. Может, я тоже могу часть своей работы делегировать? Не всё же мне одному пахать. Мне понравилось эти дни быть с детьми, возиться с ними, чувствовать себя частью этого дома, а не просто добытчиком, который приходит ночевать.
У меня внутри что-то дрогнуло. Я обняла его за шею и, почувствовав, как его руки легли мне на поясницу, повалила его за собой на кровать.
Мы рухнули на покрывало, я сверху, он снизу, оба смеющиеся и немного запыхавшиеся.
— Миш, ты даже не представляешь, как я тобой горжусь, — сказала я, глядя ему в глаза. — Ты у меня такой хороший. Такой правильный. Спасибо тебе за то, что ты всё придумал. За то, что ты меня бережешь.
Он погладил меня по спине, убрал прядь волос с моего лица и улыбнулся.
— Маш, а пойдешь завтра со мной на свидание? Настоящее. Как в юности. В кино, потом в кафе, гулять до ночи, целоваться на лавочке, пока нас никто не видит.
Я приподнялась и посмотрела на него с сомнением:
— А дети? Мы же не можем их оставить.
— Можем. Макс теперь за главного. Ему нравится чувствовать себя взрослым. Он уже вчера Матвею команды раздавал: «Мой руки, чисти зубы, не трогай кота»!
Я засмеялась, представив эту картину.
— Он весь в меня. Командирская жилка! — с гордостью сообщил Миша.
— Хорошо, — сказала я, наклоняясь и целуя его в губы. — Идём на свидание. Главное, чтобы черепаха опять не слиняла, пока нас не будет.
Миша засмеялся, притянул меня к себе и поцеловал уже по-настоящему.
Мы лежали вдвоем, обнявшись, и я чувствовала, как из груди уходит вся усталость, все тревоги, всё, что копилось годами.
Впереди было свидание, впереди была новая жизнь, где я не обязана всё тащить на себе.
И я была счастлива.
КОНЕЦ