Не так, как в фильмах - Линн Пайнтер
— Нет, нет, — заверила я, покачав головой. — Ничего подобного, это были обычные школьные отношения в старших классах. Я просто подумала, что вам следует знать на случай, если вы посчитаете это конфликтом интересов или чем-то подобным.
— Меня это не беспокоит, — произнесла она, глядя мне прямо в глаза. — При условии, что ты сможешь работать с ним профессионально. Ты ведь сможешь?
— Конечно, смогу, — заверила я её, кивнув. — Это уже давно в прошлом, правда.
— Хорошо, — сказала она, выпрямляясь и возвращаясь за стол. — Итак, как думаешь, получиться ли у тебя совмещать учёбу с работой над «Тренировочным лагерем»? Как ты относишься к этому заданию?
У меня точно не получится совмещать всё это.
Хотя, может быть, и получится...?
Понятия не имею!
Мой измученный тревогой мозг работал на полную мощность, но когда я посмотрела на Лилит, на эту вдохновляющую женщину, которая всё успевала, я поняла, что и у меня получится.
Конечно, получится.
Потому что я уже не Малышка Лиз.
Мне нравилось то, как складывается моя жизнь. Мне нравились мои друзья, нравился мой университет, и я была в восторге от своей стажировки. Я могла справиться с учёбой, и я бы справилась с этой задачей.
Ведь если бы Уэс Беннетт не объявился несколько дней назад, я бы прыгала от радости из-за такой возможности и праздновала свою невероятную удачу.
Поэтому я не могла позволить кому-то из своего прошлого, с кем я не виделась годами, всё мне испортить.
— У меня всё получится, и я в предвкушении. — Я улыбнулась от души и сказала: — Думаю, пора внедряться.
Глава 11
“Люди влюбляются и принадлежат друг другу! Потому что только так они могут быть счастливы!”
— Завтрак у Тиффани
Уэс
— Полегче.
Вуди резко встал из приседа за пластиной и бросил обратно десять мячей, которые лежали в грязи рядом с ним, пока Росс говорил: — Не отказывайся от точности ради скорости.
Что это сейчас за фигня была, Уэсли?
Я поймал каждый мяч и бросил их к своим ногам, вытирая лоб тыльной стороной руки.
— Окей.
— Ты справишься, Беннетт, — Вуди снова присел и протянул перчатку. — Поехали.
— Поехали. — Я подбросил мяч, проводя указательным пальцем по шву, прежде чем глубоко вдохнуть, чтобы очистить голову от мыслей.
Потому что, хотя моего отца уже не было в живых — прошло два года с тех пор, как у него случился сердечный приступ в его кресле перед телевизором во время игры «Кабс» против «Метс» — каждый раз, когда я подавал, он был рядом со мной.
Я слышал его голос во время каждой тренировки в буллпене.
Иногда я слышал его, когда у меня всё получалось, но в основном он говорил со мной, когда у меня возникали с этим трудности. Это сильно подрывало мою концентрацию, потому что, хотя его голос твердил «подавай как следует» и ворчал о том, как ужасно я подаю, я скучал по нему.
Очень сильно.
Что было безумно, да? Как я мог скучать по нему, когда это напоминало мне о том, каким он был фанатиком бейсбола?
— Уэс? — Росс посмотрел на меня, приподняв брови.
Блять.
— Уже бросаю, — сказал я, прежде чем замахнуться и бросить ещё один фастбол.
— Гораздо лучше, — сказал он, когда Вуди уронил пойманный мяч и протянул перчатку, чтобы поймать другой.
Лучше, но тебе нужно бросать сильнее, сынок. Подавай как следует, и перестань распускать нюни.
— Заткнись, — пробормотал я себе под нос, изо всех сил бросая мяч, наслаждаясь громким хлопком, когда он попал в перчатку Вуди.
— Хорошо, — сказал Росс, снимая бейсболку и снова надевая её. Я схватил ещё один мяч, отгоняя его голос прочь из головы. На этот раз я бросил кручёный мяч, наблюдая, как он опускается над пластиной. Это был идеальный бросок, мать вашу! И тут я услышал его.
Голос Лиз, смеющийся.
Неужели мне теперь и её голос начал мерещиться?
— Ещё один такой же, — сказал Вуди, отбрасывая мяч в сторону.
Я взял другой мяч, глубоко вздохнул и подал мощнейший фастбол, да, чёрт возьми!
— Поехалиии! — крикнул Илай позади меня, что означало, что шортстопы прибыли на свою тренировку. Я замахнулся для очередного броска, когда услышал, как он говорит: — Вы засняли этот кручёный бросок?
Я повернул голову, и, черт возьми, там стояла Лиз.
И её парень.
Кларк со своим пучком снова снимал мою подачу, что меня жутко бесило, пока я смотрел прямо в объектив его камеры и гадал, видит ли он раздражение в моих глазах. Понятно, что придётся привыкать к тому, что постоянно кто-то будет снимать для соцсетей, но что-то в его присутствии казалось навязчивым.
Раздражающим до чёртиков.
Моя девушка с тобой — разве этого уже недостаточно?
Лиз стояла на небольшой стремянке рядом с Илаем, одетая в шорты, футболку баскетбольной команды «Брюинз» и пару синих конверсах на толстой подошве с маленькими смайликами. Волосы у неё были собраны в конский хвост, глаза скрыты за Ray-Ban'ами, и она, глядя вниз, то-то настраивая на камере с длинным объективом в руках.
Руках, с идеально ухоженными сине-жёлтыми ногтями.
Боже, она прекрасна.
Я не видел её с тех пор, как случайно (ну, типа случайно) пролетел мимо неё на самокате на прошлой неделе. Эй-Джей говорил, что она была здесь, снимала его отработку ударов и тренировку защитников, но я как-то умудрился её пропустить.
— Ловко ты его обманул, Беннетт, — рявкнул Росс, и я заставил себя снова сосредоточиться на подаче, пока он бормотал: — Не витай в облаках.
Проклятье.
У меня хорошо получалось концентрироваться, поэтому я закончил тренировку на хорошей ноте, но мне не нравилось это ощущение. Раньше мне нравилось, когда Лиз приходила на мои школьные матчи, потому что, хотя она и не увлекалась спортом, она всегда болела за меня. Она надевала мою запасную майку на каждую игру (разумеется, с какой-нибудь юбочкой в цветочки) и кричала что-то вроде «У тебя всё получится, Беннетт», хотя ничего не смыслила в бейсболе.
И у неё были самые невероятные комментарии. «Мне нравится, как ты выглядишь, словно хочешь убить отбивающего, когда бросаешь мяч. А ты знал, что крутишь мяч перед каждой подачей? Я составила список песен, под которые ты должен выходить на поле в университете».
Я всё ещё помню тот список, потому что он состоял из песен, которые ей самой не
