Развод в 45. Босс не бросит - Анастасия Бима

— Ты не должна выбирать, — сказала Нина, гладя её по голове. — Я твоя мать. Он твой отец. Но ты должна понять, что я имею право быть счастливой. Я заслуживаю любви. И он заслуживает, чтобы его любили. Ты увидишь, со временем ты поймёшь.

Они сидели в обнимку, и Нина чувствовала, как между ними восстанавливается связь. Она знала, что это только начало, но она была готова бороться за свою дочь.

Глава 27. Враг в ресторане

На следующей неделе Нина вернулась на работу с новыми силами. Она разработала эскизы для нового зала и была полна идей. Но в среду вечером, когда она стояла у стойки, принимая заказ, в ресторан вошла она — Ирина, бывшая жена Сергея.

Нина сразу узнала её: та же хищная улыбка, те же длинные светлые волосы, то же красное платье. Она вошла не одна — с каким-то мужчиной в дорогом костюме. Они сели за столик в центре зала и начали заказывать. Нина чувствовала на себе её взгляд, но старалась не обращать внимания.

Через час, когда Нина проходила мимо их столика, Ирина остановила её:

— Девушка, можно вас на секунду?

Нина остановилась, повернулась. Она чувствовала, как внутри нарастает напряжение.

— Чем могу помочь? — спросила она вежливо.

Ирина улыбнулась своей приторной улыбкой.

— Вы ведь та самая Нина? Новая игрушка моего бывшего мужа? Мне рассказывали про вас. Очень трогательная история: бедная посудомойка, которую подобрал богатый хозяин. Как в сказке.

Нина сжала поднос так, что пальцы побелели.

— Я не игрушка, — сказала она спокойно. — Я сотрудник этого ресторана и партнёр по дизайнерскому проекту. Если у вас есть вопросы к меню, я с радостью отвечу.

Ирина засмеялась — громко, вызывающе.

— Ой, какая серьёзная! — сказала она, поворачиваясь к своему спутнику. — Ты слышал, она партнёр! А знаешь, что она делала месяц назад? Мыла тарелки в этой же самой кухне. Но Сергей всегда любил экзотику. Ему надоели модели, он решил попробовать бабушек.

Нина почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она хотела сказать что-то резкое, но сдержалась. Она знала, что Ирина провоцирует её. Она сделала глубокий вдох и сказала:

— Я не буду обсуждать свою личную жизнь с вами. Приятного аппетита.

Она развернулась и ушла в подсобку, где рухнула на табурет и закрыла лицо руками. Её трясло. Она чувствовала себя униженной. В этот момент в подсобку вошёл Сергей. Он видел всю сцену через камеры наблюдения.

— Нина, — сказал он, садясь рядом с ней. — Не позволяй ей это делать. Она просто злая и одинокая женщина. Она ничего не значит.

— Она права, — прошептала Нина. — Я была посудомойкой. Я никто. Я не должна быть здесь.

— Нет, — сказал он твёрдо. — Ты — та, кого я люблю. И я не позволю никому тебя унижать. Ты сильнее её. Ты прошла через ад, а она просто старая, завистливая стерва.

Он взял её за руку и притянул к себе.

— Идём, я провожу тебя до машины. Ты сегодня работаешь, но если хочешь, можешь уйти.

Она покачала головой.

— Нет. Я останусь. Я не позволю ей выгнать меня. Я докажу, что я на своём месте.

Он улыбнулся и поцеловал её в висок.

— Вот это моя женщина.

Она вернулась в зал, прошла мимо столика Ирины, глядя прямо перед собой. Она больше не чувствовала страха. Она была сильной.

Глава 28. Кризис

Через несколько дней после инцидента с Ириной у Нины состоялся тяжёлый разговор с Сергеем. Он пришёл на работу мрачнее тучи, не разговаривал с ней, избегал взгляда. Когда она зашла к нему в кабинет, чтобы обсудить эскизы, он резко оборвал её:

— Нина, давай отложим это на неделю. У меня нет времени.

Она опешила.

— Что случилось, Серёж? Ты сам не свой. Это из-за Ирины? Из-за того, что она сказала?

— Нет, — сказал он раздражённо. — Это не из-за неё. Это из-за меня. У меня большие проблемы с бизнесом. Кредиторы звонят каждый день. Я могу потерять ресторан. Я не могу сейчас думать о дизайне и об отношениях. Я должен бороться за выживание.

Нина подошла к нему, положила руку ему на плечо.

— Я могу помочь. Мы вместе найдём выход.

— Ты не можешь помочь, — сказал он и отбросил её руку. — Ты ничего не понимаешь в бизнесе. Ты была посудомойкой три недели назад. Я не хочу, чтобы ты влезала в мои проблемы.

Его слова прозвучали как пощёчина. Она отступила на шаг, чувствуя, как внутри всё рушится.

— Ты серьёзно? — спросила она, и её голос дрожал. — Ты считаешь, что я ничего не понимаю?

— Я считаю, что ты не на своём месте, — сказал он жёстко. — Ты пытаешься играть роль, которая тебе не по силам. Ты не была готова к этому, Нина. Я ошибся.

Она застыла. Ей казалось, что она ослышалась. Она смотрела на него и не узнавала его.

— Значит, я ошибка? — спросила она тихо.

Он замолчал, опустил голову. Она видела, как его плечи дрожат. Он боролся с собой.

— Уходи, Нина, — сказал он наконец. — Найди себе другую работу. Я дам тебе хорошие рекомендации. Но мы не можем быть вместе. Это неправильно.

Она не стала ничего говорить. Она развернулась и вышла из кабинета. Она прошла через зал, не замечая никого, вышла на улицу и села в такси. Она не плакала. Она была в шоке. Она просто сидела и смотрела в окно, чувствуя, как мир рушится.

Она вернулась в гостиницу, легла на кровать и уставилась в потолок. Мысли кружились хаотично. «Он меня бросил. Он сказал, что я ошибка. Он меня использовал». Но где-то глубоко внутри она чувствовала, что это неправда. Он был под давлением. Он пытался защитить её. Она знала это. Но слова всё равно ранили.

Она написала ему смс: «Я не уйду. Я понимаю, что тебе трудно. Но я не позволю тебе оттолкнуть меня. Я люблю тебя».

Ответа не было.

Глава 29. Брошенная

Дни тянулись как годы. Нина не пошла на работу. Она не могла видеть его, не могла сидеть в том же здании, где он был. Она сидела в своей комнате и смотрела на стену. Она не плакала — она просто пустовала.

Ей звонили с работы — Ирина (администратор), Борис Иванович, даже официантки. Все спрашивали, где она. Она отвечала, что заболела. Она не могла сказать правду.

Она звонила Сергею, но он не брал трубку. Она отправляла ему сообщения, но