Не смотри в мои глаза - Анара Саган
В-третьих, на деньги с аванса я купила лучший кофе в городе — благодаря Марте, снова. После её мини-мастер-класса я всё равно не смогла уснуть, так что ночь провела за бумажками. Теперь я готова. Настроена. Вооружена. Что может пойти не так?
Вот кто меня за язык тянул…
Оборачиваюсь на глухой звук — Арсен Тимурович собственной персоной то ли споткнулся, то ударился о порог. Войдя в приемную и заметив меня, он отреагировал на приветствие и улыбку тяжелым и глубоким вздохом, напряженными плечами, сжал руки в кулаки и, казалось, не дыша резким шагом прошел в свой кабинет. И захлопнул за собой дверь с такой силой, что фикус вздрогнул. Делаю пометку: одежда не имеет значения.
Жёсткий, быстрый, неуловимо раздражённый. Как всегда. Прошёл мимо, словно меня не существует. И вам доброго утра, шеф. Комплимент? Улыбку? Не, не слышали.
«Вы не смотрите ей в глаза», — вспоминаются слова Майки. Тонко подмечено, малыш. Тонко.
— Добрый день, уважаемая! Меня зовут Малик Холаев, у меня назначена встреча с Арсеном Тимуровичем, — тяжёлый, солидный голос вырывает меня из мыслей. Я в панике собираю разум в кучу. Фамилия звучит как выстрел. А во взгляде нет и намека на уважение.
— Сообщите ему, что мы прибыли чуть раньше, — смотрит на меня свысока, хоть и на голову ниже меня. Лысеющая макушка блестит в лучах осеннего солнца. Улыбка больше похожа на оскал хищника перед прыжком.
Ана, соберись, чёрт тебя побери.
— Добрый день! — выдавливаю улыбку. — Конечно, сейчас же передам. Могу ли я предложить вам что-нибудь, пока вы ожидаете?
— И здесь кофе разносишь, Ана? — знакомый, мерзкий до мурашек голос.
Вот кого мне действительно не хватало — Джемаль, сын заказчика и ходячее воплощение самодовольства. А я так надеялась, что мужчина просто однофамилей моего кошмара. Ошибки молодости.
Я оборачиваюсь. Он как всегда: приглаженный, надушенный, ухмыляющийся. Молодец, Ана. Улыбайся. Не поддавайся.
— Здравствуй, Джемаль. Могу предложить воду или чай?
Он шлёпается в кресло рядом с отцом, широко расставив ноги, как будто мир уже у его ног. От его взгляда хочется выскоблить душу и принять ванну с отбеливателем. Арсен, конечно, слышал. Не мог не слышать с этими тонкими перегородками. Но не отвечает на звонок. И только через полминуты — глухое:
— Да?
— Арсен Тимурович… — начинаю, но он обрывает:
— Пусть заходят.
— Арсен Тимурович готов вас принять, — выхожу я из-за своего места и делаю жест, предлагая пройти в кабинет. Открываю дверь и становлюсь сбоку, соблюдая формальности.
И тут — апогей утреннего унижения. Проходя мимо, Джем сжимает мою ягодицу. Прямо. На. Глазах. У. Отца. И Арсена Тимуровича. Я сжимаю кулаки до белых костяшек.
Мне нужна эта работа. Мне нужна эта чёртова работа.
Но ещё один такой жест — и Джемаль уйдёт с отпечатком моей ладони на лице. Или с чашкой кофе на уровне пояса. Пока держусь. Но, клянусь, запас терпения не бесконечен.
Совещание началось. Я принесла папки с распечатками, заранее разложила всё по местам и постаралась не встречаться с Арсеном взглядом. Джем же, напротив, буквально пожирал меня глазами — с той же ленивой самодовольной усмешкой, от которой хотелось вымыться щёткой. Ана, не реагируй. И молись богам, чтобы Арсен был слишком занят обсуждением и не обращал внимания. Хотя в душе так хотелось, чтобы он заметил и заступился за меня. Но меня скорее обвинят в соблазнении и провокации, чем мужчина обвинит другого мужчину в непозволительном поведении.
Подаю кофе, аккуратно ставлю чашку перед Арсеном, потом — перед Маликом. Последним чашку получает Джем. Я еле сдержалась, чтобы не плюнуть в нее или не подсыпать пургена.
— Какая забота, — проговорил он свои тошнотным голосом, чуть склоняясь ко мне. — Такой кофе, такая подача… Помнишь, как я люблю, да, принцесса?
Я подняла на него взгляд — холодный, как северный ветер. Уверена, что он прочитал все, о чем я промолчала. На что он лишь усмехнулся, как будто раунд все равно за ним. Я выпрямилась и молча вышла, сжав зубы до хруста.
После совещания Арсен отправил меня в отдел маркетинга, уточнить цифры в одной из таблиц. Прижимая бумаги к груди, я уже почти добралась до приемной, когда из-за угла в коридор вынырнул Джем.
— О, а вот и ты. Потерял тебя, принцесса, — его голос был бархатным и липким одновременно.
— Чего ты хочешь? Пропусти, мне нужно отнести документы, — отрезала я, пытаясь пройти мимо.
Но Джем перегородил путь и, прежде чем я успела шагнуть в сторону, схватил за запястье и рванул за угол, в узкий коридор между кабинетами. Там, где всегда полумрак и никто не ходит.
— Что ты делаешь?! — я зашипела, пытаясь вырваться.
— Просто поговорим. Без начальства, без масок, — его рука легла мне на талию, скользнула ниже. — Зачем делать вид, будто ты не хочешь? Мы же оба помним, как тебе нравились мои прикосновения?
Я растерянно вжалась спиной в стену. Кричать? Если кто-то услышит — будет скандал. Меня обвинят в истерике. Может, уволят. Ещё скажут, что сама спровоцировала. Я знаю, чем заканчиваются подобные ситуации.
— Отпусти, — выдохнула я дрожащим голосом. — Сейчас же.
— А что, если нет?.. — его лицо оказалось слишком близко. И какой глупой надо было быть в свои восемнадцать, чтобы поддаться ему и считать эту мерзость очаровательной? Чем ты думала, Ана?!
Я снова попыталась его оттолкнуть, но он лишь сильнее прижал меня своим телом и начал целовать шею, постепенно поднимаясь к губам. Паника подкатила к горлу, но сколько бы я не брыкалась, оттолкнуть его мне не хватало сил.
— Пусти, иначе я закричу!
— Да брось, ты прекрасно знаешь, чем все закончится. Я пытался тебя вернуть, ты набивала себе цену и почему-то решила, что одна измена что-то значит. Ана, — но Джем не успел договорить, когда что-то резко рвануло его назад. С глухим звуком он врезался в стену и сполз вниз. Я моргнула — передо мной стоял Арсен.
Спокойный. Молчащий. Лицо — камень. Он не смотрел на меня. Когда Джем, разъяренный и покрасневший, поднялся и двинулся на Арсена, планируя выдать очередную мерзость, по его физиономии прилетел такой красивый хук, какого я не видела ни в одном фильме. Джем качнулся и снова повалился на пол.
— Ты в порядке? — сухо спросил Арсен, не отводя взгляда от Джема.
— Да, я… — прохрипела я, не зная, что должна сказать. Поблагодарить? Извиниться? Я была ошарашена и растеряна.
— Иди в приёмную. Вызови Алексея, — голос
