Спор не по правилам - Екатерина Юрьевна Васина
— Нет, ну котов нюхать вообще тема! — Илья Романович туда жа. — Слушайте, я понимаю, вы хотите сейчас этих двух отшлепать. И даже это сделаете. Но я то не могу то же самое применить к Арсеньевой, поэтому не стоит заставлять меня завидовать. Давайте по машинам, а потом по своим делам. Дарья, ты едешь со мной и этой парочкой, которая сейчас начнет друг другу мозг выковыривать чайными ложечками.
Тим и Ева правда уже о чем-то перешептывались. То ли ругались, то ли делились впечатлениями. С ними никогда не понятно.
— Илья Романович! — шепчу ему взволнованно. — Но я не готова к… вечеру!
— Почему?
Дурак что ли? Даже слов не нахожу, а просто красноречиво тыкаю рукой в себя. На такие вечера вряд ли приходят в широченных джинсах и безразмерном свитшоте. Да у меня из косметики только бальзам для губ.
— Арсеньева, ты зачем в себя пальцем тычешь? Типа языка жестов, что ли? Моя твоя не понимать.
Интересно, он когда спит, то во сне тоже шуточки дебильные отпускает?
С другой стороны, может, так и правда легче?
— В вашем этом круге вряд ли так одеваются на тусовки.
— Это семейный вечер, куда мои родители позвали еще пару друзей, а не пафосное парти. Там да, любят рассматривать под микроскопом. А тут всем будет плевать в чем ты. Хотя нет, если придешь в пледе на голое тело, то как минимум привлечешь внимание.
Ой, да ну вот не надо из меня дуру строить! Но не успеваю ничего сказать. Со словами “пообещала — выполняй”, - Илья Романович буквально запихивает меня в машину. Мы с ним устраиваемся на заднем сиденье. И я сейчас безумно рада, что Тим и Ева, сидящие впереди, продолжают беззлобно пререкаться друг с другом. Вот уж у кого гармония!
Невольно засматриваюсь. И снова мелькает мысль насколько же разные у людей бывают отношения. Вот вроде смотришь на одних, которые везде в обнимочку, сотни совместных фото, розово-сопливые признания, цветочки-шоколадки, а потом херакс и выясняется, что оба гуляют налево.
А другие вечно друг друга подкалывают, вместо утренних нежностей подушками дерутся, а если дарят букеты, то из колбасок и копченой рыбки. И при этом смотрят в одну сторону, а не на других.
Я хочу такую любовь. Которая не в словах, а в поступках!
Если для этого надо переступить через свои страхи — я это сделаю!
Глава 6
Нет, ну ладно племяшка и Алексия — эти чудят не по-детски. И я даже в какой-то степени испытываю умиление, когда Ева приходит ко мне и нюхает то Грузть, то Радозть. Но, млять, Арсеньева то не беременная. Зачем она с ними поехала?
Смотрю на нее и опять ухожу в озадачивание. Кстати, а такое слово есть вообще? Ну даже если нет, то придумаем.
Ну вот какого удода она так одевается? Нет, я в курсе, что сейчас многие малолетки любят оверсайз. Но тут не он, тут именно мешковатая одежда, точно Дарья пытается свою фигуру спрятать. И цвета такие гадские, прямо грусть-тоска. Обнять и плакать.
Тим с Евой впереди о чем-то то ли воркуют, то ли ругаются, а я все кошусь в сторону Дарьи. Та в своем телефоне, то лоб морщит, то хмыкает.
Меня аж передергивает мысленно, как только начинаю думать, что же такое с ней случилось, раз сейчас она старательно превращает себя в невидимку.
Я ж ее в платье видел. Да чего там, переодевал в свою футболку. И глаза не закрывал, нашли дурака.
Думаю ей пойдет белое платье миди по фигуре, из плотного шелка, с вырезом-лодочкой, который оголяет ключицы. Они у нее такие хрупкие и изящные, что голова начинает кружиться.
Но красивые ключицы в принципе моя слабость.
И вообще, у Дарьи такая фигура, что ее хоть в мешок из-под картошки одень — все равно торкнет.
Да какой мешок картошки? Придурок.
Я просто голодный как волк. Не день, а сплошная гонка по пересеченной местности. О, кстати!
— Господа впереди сидящие, — обращаюсь к этим двум шумным. — Из головы вылетел один момент. Для всех мы с Дарьей самая настоящая пара, у которой все отлично.
Тим молча смотрит в зеркало заднего вида.
— Расширь горизонты легенды. — просит сухо. — Вы просто встречаетесь или живете вместе, или кое-кто уже беременный? А то это, похоже, уже как вирус передается.
Это еще можно переварить, но с нами же Ева! У нее язык сначала выдает фразу, а потом уже мозг начинает ее обрабатывать.
— Что, бабуля опять подогнала тебе породистую невесту?
Дарья едва уловимо хмыкает. Ей весело! Вообще забавно, что Арсеньева не высказывает ни малейшего волнения по поводу игры. Привыкла к преображениям на вест-румах? Или хорошо держит себя в руках?
— Напарница. — мне хочется похлопать Дарью по плечу, но… в последний момент передумываю.
— Я согласилась помочь Илье Романовичу. — соглашается она, отрывая взгляд от телефона. — Извините, обсуждаю расписание с администратором. Пришлось поменяться, чтобы помочь Илье Романовичу. Но за это работаю в выходные, так что не смогу сидеть с детьми.
Вот сейчас вообще не понял! Ладно, я в курсе ее работы девочкой-призраком, там ее впервые и встретил. Помню, как едва не обос… обделался. Все же роль неведомой хтони Арсеньевой невероятно идет.
Но при чем тут дети?! Она еще и няней трудится?
Как она время то выкроила для этого вечера?
— Детей любишь? — да, Илья, жги! Сейчас ведь самое время это узнать.
У нее такой взгляд, точно прямо в душу смотрит.
Один глаз — зеленый, другой — янтарно-карий.
— Очень люблю, Илья Романович. У меня будет минимум трое. — сообщает и снова погружается в переписку с начальством.
Теперь я в курсе, что она хочет детей и любит их. Вопрос: что мне делать с этой информацией.
— Короче. — встряхиваю головой, избавляясь от непонятного наваждения. — Мы просто встречаемся, но серьезно. Дарья часто ночует у меня, мы познакомились в квест-руме, она учится там же, где я работаю. Кстати, Арсеньева, осилишь один вечер называть меня на “ты” и “милый”?
Любая другая тут вот начала мило краснеть, хлопать нарощенными ресничками и сладко заверять, что ее это ужасно смущает, но она постарается.
Эта же разноглазая ведьма прижимает руки к груди и таким нежным голосом сообщает:
— Илюшенька, не переживай, мон шери, все будет так, как ты планируешь. — и уже другим тоном. — Так нормально?!
А на подозрительные всхрюкивания с передних кресел мы внимание обращать не будем. И постараемся,
