Наследник от бывшего - Юлия Бонд

Машка сказала это не со злобы, но меня всё равно царапнули её слова. Ну, да. Ворот футболки растянут, да и на ткани местами имеются катышки. Зато мои вещи чистые и без дырок. Мне не стыдно! И я совсем на пугало не похожа.

Подруга подошла к шкафу и стала осматривать его содержимое. Доставала по очереди каждую вещь, рассматривала её, морщила нос и отбрасывала в сторону.

— Просто кошмар. Жень, у тебя всё ещё хуже, чем я думала.

— Чем тебе не подошли мои обычные футболка и джинсы?

— Всем! Сегодня ты должна выглядеть на все сто. Ладно. Купим тебе что-то в торговом центре и там переоденем.

— Зачем?

— У нас знакомство с другом жениха.

Мне как-то сразу стало плохо, да и озорной блеск в глазах Машки подлил масла в огонь. Сваха! Она уже всё продумала.

Мои возражения подруга не приняла, а я с ней редко спорила. В нашей дружбе Машка всегда была лидером. Она — ведущая, я — ведомая. И этот факт никогда раньше меня не раздражал, но сегодня всё было иначе. Мне хотелось нагородить подруге с три короба и послать её лесом, далеко и надолго!

Да не нужен мне никакой друг жениха. Мне вообще никто не нужен, я прекрасно обхожусь без отношений с парнями, да и зачем это мне? У меня есть: Тимофей, бабушка и работа в цветочном киоске. Не до романтики, в общем.

* * *

Я не могла поверить, что позволила Машке уговорить меня на эту авантюру. В итоге мы с ней всё же приехали в торговый центр и, помимо туфель, купили мне джинсовые шорты и майку на широких бретелях, которая нагло обтянула мою грудь. Я смотрела на себя в зеркало и не могла узнать. Это было какое-то дежавю как тогда, когда подруга нарядила меня в ночной клуб. Шорты казались слишком короткими, хотя Машка уверяла меня в том, что я слишком закомплексованная и вообще, у меня такая фигура отпадная, что она даже иногда завидует. Я не понимала, чему она может завидовать. Мы носим с ней один и тот же тридцать восьмой размер одежды. И если у Машки красивая гладкая кожа, то у меня ужасные растяжки на животе и груди, которые появились после беременности и родов.

Машка рассчиталась за наши покупки и мне вдруг стало не по себе. А возражать бесполезно, да и как-то невежливо, что ли. Поэтому я натянула на губы широкую улыбку и расцеловала подругу в обе щеки, поблагодарив за подарки.

Взяв в руки по несколько пакетов, мы потопали в пиццерию, что находилась на первом этаже торгового центра. И только успели зайти внутрь заведения, как Машка стала оглядываться по сторонам. А потом она увидела своего будущего мужа и махнула ему рукой.

— Жень, улыбайся, ладно? У тебя такая красивая улыбка, а ты вечно хмурая, как грозовая туча. Кому ты такая понравишься?

— А я и не собираюсь никому нравиться, — недовольно буркнула.

— Да ладно тебе. Макс классный. Вот увидишь. Он работает вместе с Пашей, тоже айтишник. Живёт без родителей, один. Холостой. Зарплата у него хорошая. Так что постарайся ему понравиться.

— Знаешь, Машка, у меня такое ощущение, будто я племенная кобыла, которую привезли на выставку.

— Глупости не говори, — обиженно фыркнула Машка и потянула меня за руку вперёд.

Мы только успели подойти к столику, за которым сидели ребята, как две пары глаз уставились на меня. От пристального внимания мне стало неловко, захотелось сорвать с ближайшего столика скатерть и обмотаться нею, спрятавшись по самые уши. Машка дёрнула меня за руку, мол, пошли, чего застыла. И я заставила себя сделать шаг вперёд.

Подошли к парням совсем близко, один из них сразу же вскочил с дивана и рванул к Машке. Я отвернулась, покраснев до корней волос. Они целовались, только поцелуями это можно было назвать с большим трудом. Скорее, прелюдией к самому интересному.

Я поравнялась со свободным стулом, повесила на его спинку пакеты и плюхнулась на сиденье.

— Привет, — поприветствовал приятный баритон, и я вынуждена была поднять взгляд на молодого человека. — Я Макс.

— Привет. Я Женя.

Макс протянул руку, и я едва коснулась её пальцами, на что парень заметно ухмыльнулся. Вскоре к нам присоединились будущие молодожёны и мы вчетвером принялись листать меню.

Пока я пряталась за большой папкой, чувствовала на себе чей-то тяжёлый, пронзительный взгляд. Выглянула ненадолго и тут же пожалела об этом. Макс смотрел не в меню, а на меня! И он, вроде, хорош собой. Русые волосы, большие светлые глаза, волевой подбородок. Да только мне всё равно. В груди ничего не ёкает, не отзывается. Я после Дениса перестала испытывать какие-либо чувства к противоположному полу. И не потому, что никого не встретила лучше Стрелы. Просто мне хорошо одной. И спокойнее. Никто больше сердце не разобьёт. Ха! Там и разбивать больше нечего.

— А чем ты занимаешься, Женя? Учишься где-то? — вдруг спросил Макс.

Поправила на переносице очки и посмотрела на парня сквозь толстые линзы. Вот чего он хочет от меня, а? Не поверю, что ему не преподнесли на блюдечке мою биографию. Машка вон всю подноготную о нём меньше, чем за минуту рассказала.

Набрала в лёгкие воздух. Ладно. Лучше сделать это прямо сейчас, чем терпеть потом какие-либо знаки внимания.

— Я работаю в цветочном киоске. Живу с бабушкой. Воспитываю маленького сына.

— Ты мать-одиночка?

— Да.

— Ясно, — вдруг сказал Макс, и я победно улыбнулась.

Сдулся, да?

Да кому нужны матери-одиночки, ещё такие страшные, как я?!

За столом появилась живая беседа. Ребята обсуждали будущую свадьбу, а я молча сидела на стуле и переводила взгляд с одного на другого. У Машки зазвонил телефон. Порывшись в сумочке, она достала мобильник и приложила его к уху.

— Я нескоро буду, — возмущённо. — Да. Ключи у меня. Приезжай и забери. Сам! Так всё, Денис. Мне некогда.

Я видела с каким психом Машка ткнула пальцем на красную трубку и с каким порывом сунула мобильник в сумку. В отличие от Машки, я не разозлилась, а испугалась. О Господи, это же он приедет сейчас сюда! В голове ожили картинки, как Стрела смотрит на меня разгневанным взглядом, а затем говорит, что надел бы паранджу, будь на месте моего парня.

— Маш, я пойду, — подскочила со стула и стала в спешке сгребать пакеты.

— Жень, ты чего? Мы же только недавно пришли, — подруга обиженно надула губы. — Ну давай ещё немного посидим? Обсудим плейлист на свадьбу?

— Жень, оставайся, — подключился