Влюблюсь. Женюсь. Не разведусь - Анелия Чадова
Дождавшись, пока Ирина закроет калитку, последовал за нею, теперь оценивая вид сзади вместо того, чтобы осматриваться по сторонам. А что осматриваться? Двор как двор. Цветы, зелень и всё остальное успел бегло рассмотреть, пока звал хозяйку. А более внимательно — потом.
— В дом не пущу, — отвлекла она его от мыслей, останавливаясь рядом с входом в летнюю кухню. — Извините, но я вас не приглашала и не звала. Ваш приезд — каприз моей подруги. И очень надеюсь, что вы действительно такой хороший, каким она описывала вас не единожды. Правда, я предполагала, что вы старше, — смерив его строгим взором, добавила.
— Захар, — вспомнил, что не представился. — Могу показать или отдать вам на время свой паспорт, — предложил он, чтобы хоть немного успокоить её.
Михаил, место которого он занял, действительно был старше, но всего на несколько лет. Мужиком был нормальным, работящим, но большой любитель горячительных напитков. Именно эта тяга его и сгубила: лишился семьи, дома, работы. Но что-то изменять в своей жизни он не спешил. Наверное, его просто устраивало всё.
Ирина согласно кивнула, явно смущаясь своей то ли смелости, то ли наглости. Но её можно понять: незнакомец ворвался в её жизнь без разрешения и предупреждения. Это понравилось Войнову. Подавив усмешку, он достал из сумки документ, подтверждающий личность, и протянул хозяйке, при этом стараясь взгляд не опускать ниже её подбородка. А ведь искушение было велико: её майка идеально подчёркивала женские прелести.
Она судорожно раскрыла паспорт и внимательно его изучила. Ему захотелось пошутить, что на зуб пробовать всё же не стоит, но не успел. Ирина заговорила первой:
— У вас есть прописка. — И подняла на него неуверенный взор серых глазищ.
— Есть, — подтвердил Захар. — Но дом сгорел пять лет назад. Средств на его отстройку нет, — вспомнив нужный факт из биографии Михаила Трифонова, озвучил его.
— Простите.
— Да ничего. Дела минувших дней. Так где мне можно притулиться?
— В летней кухне, — махнула она рукой на вход. — Пройдёмте, я вам всё покажу.
Войнов спорить не стал. Прошёл вслед за нею, с удовольствием вдыхая аромат оладьев. В животе голодно заурчало, вновь напоминая, что он давно не ел. Бросил мимолётный взгляд в сторону газовой плиты: горка на тарелке такая соблазнительная, что Захар едва не пошагал прямо вместо того, чтобы повернуть направо. Мысленно пообещав им, что вернётся буквально через несколько минут, вошёл в маленькую комнатку. Ирина как раз включила верхний свет и отошла в сторону, взмахом руки показывая, чтобы осматривался.
Войнов опять подавил улыбку. Так смущается, будто это она пообещала ему золотые горы, а не он заявился внаглую.
Осмотрелся. Слева от входа — старая тахта. Вроде бы чистая на первый взгляд, только подушки не хватало. Напротив — длинный, почти во всю стену, стол, кристально чистый. Посреди той стены — небольшое окно, увы, заделанное. Справа — небольшая обувная полка, вешалка и довольно большое окно — тоже заделанное. Вот почему в комнатке так темно.
М-да, не вип-номер в пятизвёздочном отеле, но и он же не премьер-министр, а, грубо говоря, бомж — естественно, по придуманной легенде. Перед сном нужно будет поплевать через левое плечо, чтобы реальностью сия легенда не стала. Или что там нужно сделать?
— С той стороны можно поставить пластиковый комод для ваших вещей. У меня есть свободный, — предложила тем временем хозяйка дома.
Захар посмотрел на неё и утвердительно кивнул.
— А санзона?
— Пойдёмте, покажу.
Ему показалось, или она смутилась ещё больше?
Оставив сумку, он продолжил занимательную экскурсию. Они вышли из кухни и повернули направо, обошли её и остановились. Новый взмах — теперь уже в левую сторону. Захар инстинктивно посмотрел, куда указали: железная коробка с баком наверху.
— Душ, — лаконично презентовала Ирина.
Войнов шагнул к нему с неким неверием в происходящее. Как-то он совсем по-другому себе представлял проживание здесь.
Хотя… Если хозяйка оказалась совершенно другой, то почему дом и двор должны были соответствовать его ожиданиям?
Наивный. Ой, наивный.
Понастроил себе воздушных замков — теперь расхлёбывай, Войнов.
— А это туалет, — махнула она вперёд.
Он взглянул туда. Обычный уличный туалет. У него тоже такой был. Вот только пользовался он им лишь когда только переехал туда — а это было лет тринадцать назад.
— Ясно-понятно, — на выдохе произнёс он. — А мне можно ополоснуться после дороги?
— Конечно. Только не забывайте проверять уровень воды в баке и добавлять. Шланг протянут. Вентиль открывать под раковиной на летней кухне. Я потом вам покажу. Извините, но только так. Я, откровенно говоря, боюсь впускать постороннего человека в дом.
— Понимаю. Ничего против не имею. Я и за это очень благодарен, — растянув рот в наигранной благодарной улыбке, сказал Захар. — А еда? Светлана же вам говорила о том, что я работаю за миску супа?
В этот момент он почувствовал себя совсем неловко. Стыдно, наверное, — правильно сказать. Он привык обеспечивать себя и своих родных, а теперь надо жить за счёт женщины? Ох, что-то он переоценил себя.
— Конечно. Вы пока мойтесь, а я накрою на стол, — протараторила Ирина.
— А полотенце не одолжите? Забыл совсем, что нужно взять с собой что-то помимо вещей.
— Конечно. Гель для душа и мочалку тоже дам, но у меня только женский.
— Ничего страшного. Спасибо большое.
Пока хозяйка скрылась в недрах своего дома — который ему тоже хотелось осмотреть, но нельзя, к сожалению, — он поднялся на единственную ступеньку крыльца летней кухни. Бегло и незаинтересованно оглядел двор. Чисто. Но работы, как и во временном его жилище, непочатый край. В первую очередь он бы заменил садовый забор и ворота. Уличная колонка тоже не внушает доверия. И зачем ей будка, если собаки нет? Забор со стороны соседей тоже на ладан дышит. Остальные ему предстоит только посмотреть. Да и дом ему в любом случае осматривать, чтобы обсудить с Ириной и наметить фронт работы.
Соблазнительный запах оладьев таки манил его подскочить и метнуться в кухню, чтобы слопать по-тихому пару кругляшков, но он сумел сдержать этот порыв. Руки всё же тоже нужно сперва помыть после дороги, прежде чем хватать вкусняшки.
— Вот, — протянула хозяйка ему банное полотенце. Качество хорошее. Цвет — хвала небесам, не розовый. Тёмно-фиолетовый. Нормально.
Поблагодарив кивком, он пружинисто поднялся и направился в душ. Однако добродушное настроение кануло под гнётом суровой реальности: войдя в кабинку, он потянул на себя скрипучую дверь, ужасаясь этого страшного звука (фильмы ужасов точно жаждут заполучить его), машинально протянул руку, чтобы защёлкнуть задвижку, но её не нашёл. Осмотрев всю
