Невеста. Заберу за долги - Саша Вайт

— Если тебе комфортно, что на тебя будут смотреть как на девочку со двора — пожалуйста, — отвечает совершенно ровно.

Вот как у него так получается? Я злюсь.

— Меня это не волнует, — бросаю гневно.

— Меня тоже, — Марк чуть улыбается. — Меня это не опозорит. Это опозорит только тебя.

Я стискиваю зубы. Он наклоняется, и берёт с кровати упаковку с чёрным вечерним платьем.

— Но знаешь, что забавно? — спрашивает он, вглядываясь в моё лицо. — Ты будешь выглядеть в этом так, что половина мужчин внизу забудет, о чём говорила.

Он бросает пакет обратно на кровать.

— Но ты предпочитаешь выглядеть так, что все гости будут соболезновать мне, чья жена не понимает простых вещей.

Я закатываю глаза. Внутри клокочет досада.

Марк спокойно разворачивается, вынимает из тумбы другие часы, нацепляет на запястье и направляется к двери.

— У тебя есть время до вечера, Юлиана, — добавляет уже не глядя на меня. — И решение за тобой. Но если ты хочешь воевать со мной при помощи джинсов, я не против.

Дверь за ним закрывается. Гад. Отпетый гад. Манипулятор чёртов.

Ладно. Джинсы с майкой — не та форма одежды. Тогда… у меня до вечера есть возможность удивить этого нахала.

17. Вечеринка

Юлиана

Марк уезжает снова, и я остаюсь наедине с кучей вещей и собственной злостью.

Спустившись на обед, я спрашиваю Сирина, что ожидается. Это оказывается не совсем вечеринка. Марк собирает партнёров для обсуждения стратегии при заключении большой сделки по поглощению конкурирующей компании. Будет кейтеринг, будет живая музыка, шампанское, солидные мужчины и их блистательные жёны.

В душе после этого разгорается позорное чувство благодарности, что Марк позаботился и предложил мне одежду, из которой я могу выбрать, что надеть. В джинсах и майке я выглядела бы на таком сборище даже хуже, чем огородное пугало.

В пять вечера внизу начинается движуха. Топот ног, на участок заезжают машины, но не гостей — фургон кейтеринга, минивэн музыкантов, из которого выходят четверо, несут инструменты.

Марк заходит в спальню снова без стука. Я всё ещё сижу в рубашке. Выбираю, что надеть. Не потому что глаза разбегаются, а потому что хочу сохранить свою свободу воли и при этом выглядеть соответственно случаю.

— Как я погляжу, ты отказываешься идти на сотрудничество с администрацией, — замечает он ровным тоном, поднимает уголки губ.

— Вы-то администрация? — я ухмыляюсь, не подаю вида, что на самом деле планирую спуститься. Просто хочу сделать это на своих условиях.

Марк вынимает из кармана бархатную коробочку.

— Давай палец, жена, — говорит почти приказным тоном.

— Зачем ещё? — спрашиваю я.

— Мы не обменивались кольцами, — спокойно поясняет он. — Я хочу, чтобы ты выглядела как моя жена.

Я нехотя протягиваю правую руку, и он надевает мне на безымянный палец гладкое ровное кольцо из белого золота. Камней нет, но блеск у него дорогой. Я бросаю взгляд на его правую руку — тоже надел. Значит, купил специально. Вот же продуман.

— Если надумаешь, спускайся, — бросает Марк, направляясь к двери. — Познакомлю тебя с партнёрами. Гости начнут собираться в половине седьмого. Я буду внизу.

Дверь закрывается. Я поворачиваюсь к кровати. На ней я оставила только платья.

Итак. Кроме предложенного Марком струящегося чёрного, есть тёмно-синее шёлковое, нежное молочно-белое и тёмно-изумрудное, с едва заметным шиммером и низкими плечами.

Я выбираю последнее. Оно садится идеально. Оно… достойное. Не кричит о себе, не отливает пошлым блеском, не старается выглядеть дорогим — но именно поэтому выглядит дороже всего, что я когда-либо носила.

Провожу ладонью по ткани на талии.

— Это не ради него, — тихо говорю своему отражению. — Просто чтобы не выглядеть идиоткой.

Я укладываю волосы, надеваю единственные серьги, которые остались с моей свадьбы, и делаю вдох. Снизу уже слышны голоса, негромкая музыка, звон бокалов.

Гости.

Ну что ж, пора показаться партнёрам Марка. Чёрт.

Я влезаю в чёрные лодочки, выхожу из комнаты и направляюсь к лестнице. Сердце бьётся так, будто я бежала стометровку. Волнуюсь? Какого чёрта?

— Спокойно, — бормочу себе. — Это всего лишь люди. Из крови и мяса. Как и все остальные.

Я начинаю спускаться и уже с середины лестницы вижу Марка. Он стоит у камина, разговаривает с двумя мужчинами, держа бокал с янтарным напитком, и выглядит совершенно расслабленным.

А потом он поворачивает голову и видит меня. И на секунду замирает.

Это едва заметно. Он не делает театральных пауз, не раскрывает рот от изумления. Просто перестаёт слушать того, кто говорит что-то рядом с ним.

Взгляд цепкий и довольный одновременно, медленно скользит по мне сверху вниз. Я чувствую его почти физически.

Чёрт. Ему и правда нравится. Я спокойно иду вниз.

— Извините, — бросает Марк своим собеседникам и встречает меня.

Я останавливаюсь на последней ступеньке. Он смотрит на меня несколько секунд. Потом едва наклоняется к уху.

— Надо же, — произносит тихо, но с урчащей по-кошачьи интонацией.

— Что? — холодно спрашиваю я.

— Ты всё-таки решила убить половину моих гостей, — на его лице появляется улыбка.

Я прищуриваюсь.

— Это комплимент?

Он склоняет голову.

— Предупреждение, — отвечает почти шепотом. — Ты выглядишь бесподобно, Юлиана.

Я фыркаю, но внутри становится теплее. Марк берёт бокал шампанского с подноса проходящего официанта и протягивает мне.

— Пойдём, — кладёт руку мне на талию и влечёт в сторону группы мужчин и женщин, которые что-то обсуждают.

Я чувствую на себе заинтересованные взгляды. Женские с вопросом — что ты из себя представляешь, девочка? Мужские с молчаливым одобрением.

— Господа, — спокойно говорит Марк, постукивая кольцом по боку бокала. Собирает внимание присутствующих. — Познакомьтесь. Это моя жена, Юлиана.

На секунду возникает пауза.

— Жена? — удивляется один из мужчин. — Когда успел?

— Так, мужик, — ещё один делает шаг вперёд и в шутку поднимает руки, будто собирается драться. — Ну ка колись,