Триада - Ульяна Муратова
— И позову. Слышал, рёбра у тебя ломаются с мелодичным звуком, надо бы проверить, — радостно оскалился бородач.
Шура демонстративно закатила глаза, цыкнула и сказала:
— Давайте вы просто сразу штаны приспу́стите, мы от края стола померяем, у кого длиннее, и уже начнём перетирать за конкретную тему!
Лия закашлялась в кулачок, Алёнушка стремительно покраснела, а я лениво моргнула. Аринум посмотрел на Шуру с неподдельным интересом. Джас рассмеялся. Ирихан вопросительно посмотрел на Лию, но та лишь плечами пожала.
— Ирихан, видишь ли, какая ситуация: Вероника — Истинная пара Фарая, — перешёл к делу глава Дома Саян. — Но он дар богов не оценил, очень сильно обидел и унизил девушку, и она вполне заслуженно его прокляла в ответ. На пике силы. Мы предполагаем, что проклятия неснимаемые и жить ему осталось недолго.
Вот что называется с места в галоп.
Лица хозяев завтрака вытянулись.
— Вы уверены?.. — нахмурился крылатый, глядя на меня.
— Да. Ритуал прошёл при нас. Фарай в курсе. Мы считаем, что в ближайшее время нельзя рассчитывать на его возвращение. Вероятно, он ищет, как эти проклятия снять. Он занят собой. Он бросил восставший город на тебя, даже не предупредив и не передав полномочий. Он бросил свой Дом, — с нажимом проговорил Джас, став вдруг до невозможности серьёзным. — Ты сам знаешь, что ситуация в городе ужасна. Если мы не вмешаемся, погибнут тысячи людей.
— Твои предложения?
— Объявить о совещании Домов по отмене фидий. Обсудить законопроект, который мы уже представляли. Но главное — сказать людям, что обсуждение идёт, и предотвратить массовое кровопролитие. Ситуация с каждым днём накаляется. Не нужно доводить до предела. Дому Усалам лучше самому отступить, чем ждать, когда его вынудят это сделать. Если тебе сейчас принять руководство на себя, то можно войти в историю как Ирихан Освободитель. Выйти к людям, сказать, что Фарай трусливо сбежал. Показать твои крылья. Показать Веронику, которая убила Хунира, подле себя. Сказать, что Дом Усалам на пороге новой эры, и в ней нет места угнетению людей, — голос Джаса набирал обороты. — А если Фарай объявится, то просто не вмешиваться. С теми проклятьями, которые на него наложила Вероника, долго он не протянет. В случае необходимости Дом Саян возьмёт на себя заботу обо всех проблемах, связанных с Фараем.
— Ты предлагаешь мне заговор против кузена?
— Вынужденные решительные действия в обход несостоятельного лидера, который настолько опьянён личным могуществом, что поставил свои интересы выше интересов Дома и людей, о которых обязан заботиться. Гибнут не только фидийцы и янгваны. Гибнут охранки и фидиры, принадлежащие к твоему Дому. К чему их смерти, если уже понятно, что дни фидий сочтены? Информацию о клещах Снимателя мы обнародовали, скоро об этом узнают все. Доверия к фидиям больше нет. Фарай бросил свой Дом, Ирихан. Он больше не имеет никаких прав им руководить.
— Лиаша утверждает, что он отбыл в Ковен по срочному делу и передал ей все полномочия, — заговорил Аринум. — Она вполне способна удержать Дом до возвращения Фарая. Ей помогает Ньефурс. У него влияния в Доме больше, чем у Ирихана.
— А у Ирихана будет влияние за пределами Дома, — возразил Джас.
— Никто не забывает, что я ещё и Саян. И наша коалиция может напугать Усаламов. Они могут решить, что мы хотим упразднить Дом Усалам и присоединить его к Дому Саян, — задумчиво проговорил Ирихан.
— Тогда убеди их, что это не так. Если для этого нужно устроить ещё пару потасовок между нами, то почему нет. Ты сам говорил, что хочешь отмены фидий, что тебя удерживает?
— Что удерживает меня от того, чтобы пойти и узурпировать власть? — усмехнулся Ирихан. — Как минимум здравый смысл. Но резон в твоих словах есть. Людей нужно успокоить, и Лиаша сделать этого не сможет, а Ньефурс — не Усалам по крови. Я — лучший кандидат, спора нет. Но люди меня боятся и ненавидят.
— Мы можем попробовать поработать с твоим имиджем, — с трудом выговорила я, перебарывая сонливость.
— С чем?
— С образом в глазах людей, — пояснила я. — И тут, пожалуй, лучше всего сделать интервью с Лией. «Я полюбила чистый Огонь». Или что-то такое, драматично-слезливое. О муках совести, неподчиняющейся магии и любви, которая это исправила. Ситуация глазами Лии. Отстранённо, с немного смещённым фокусом. Исповедь Истинной пары Демона Пустыни.
Аринум в очередной раз вытаращил глаза.
— Откуда вы знаете? — тихо пророкотал Ирихан.
— Вычислили, — честно ответила я, с трудом дыша.
Возможно, суфле было лишним, но я ни о чём не жалею.
— Вот как? — сощурился Аринум.
Ирихан подобрался, и сам его взгляд изменился. Неужели он думает, что Лии что-то угрожает? Почему он так отреагировал?
— Твои крылья — слишком яркая деталь, чтобы её не заметить. Если вычислили мы, то догадаются и другие, это вопрос времени, — примирительно сказал Джас. — Мы предполагаем, что стали частью плана богов. Первая роль была у Фарая, но уже понятно, что он с ней не справился. Ты — запасной план. Возможно, есть ещё какой-то третий план, о котором станет известно, если ставка на тебя тоже не сыграет.
— Теперь Джасир’Вирох Саян’Тошесс умеет и планы богов разгадывать? Может, и советует им при случае? — саркастически спросил светлый.
Ирихан остановил его властным жестом.
— Арин, не надо. Возможно, что Джас прав. Я всё время думал: почему я? Но теперь всё встаёт на свои места. Я не особенный. Я просто нужный камень, подходящий в кладку. В твоих словах очень много резона, Джас. Но я не могу пойти против кузена и своего Дома. И тебе не позволю устраивать в моём Доме зачистки или решать, кого убрать. Я согласен действовать с вами в команде, только если вы дадите клятву, что не предпримете никаких покушений в отношении Фарая, Фальмиры или Лиаши. Если мне суждено принять на себя руководство Домом, то я не стану начинать с убийства родственников. И в этом моя позиция останется неизменной.
Повисла тишина. Каждый думал о сказанном. Теперь Ирихан выглядел для меня иначе. Я поняла, почему Лия смотрит на него так. Позиция и твёрдость, достойные уважения.
— У меня к Фараю есть личные счёты, не связанные с играми Домов, — глубокий голос Драхира нарушил тишину. — Прозаические и тривиальные,
