Изгнанная жена генерала драконов - Эйрена Космос
А я вздумала, и ещё как!
— Стою, — ухмыляется дракон. — Будут ещё приказы? Желаете, чтобы я сам разделся, а потом вы, жена?
Вот же гад! Он и издевается! Ну подожди…
Наклонившись и глядя ему в глаза, я провожу кончиком языка по своим губам. Взгляд Ронгара опускается на них, и кадык дракона нервно дёргается.
— Милый муж, это приказ? — выдыхаю я.
— Если хочешь, то может быть и приказ.
Голос мужа приобретает рычащие нотки.
Вот бы треснуть ему по голове этим тяжёлым подносом, вот только боюсь, последствия мне не понравятся. С таким, как генерал, не играют, но он меня вывел из себя своей наглостью. Так что…
— Хочу напомнить, что с недавних пор я им не подчиняюсь. — Я делаю глубокий вдох.
Внимание дракона сосредотачивается на моей груди.
— Мой хозяин не ты.
Кажется, до генерала доходит смысл сказанных мною слов, потому что его глаза опасливо прищуриваются. Вот и получи ответочку, дорогой муж! Что, не привык к отказам?
Муж медленно выпрямляется, я тоже. Слежу за тем, как он приближается ко мне, и ноги начинают дрожать. Он же не посмеет взять меня силой? Ведь так? Дракон слишком горд, чтобы получить женщину против её воли.
Однако Ронгар всё приближается, а я отступаю, пока не ударяюсь о стену. Мамочки, мне конец! Генерал упирается рукой в стену и приближает своё лицо ко мне, затем шепчет мне в губы:
— В эту игру можно играть вдвоём, дорогая.
Ронгар прикасается к моей щеке, его рука спускается по моей шее, легонько сдавливая её.
— Вскоре ты сама придёшь ко мне и попросишь взять.
Дракон отступает резко, оставляя меня одну. Фух, пронесло. От испуга колени трясутся так, что хочется спуститься по стеночке.
— Надо быстрее отсюда выбираться, — шепчу я.
— Ну я бы так не спешил, дорогая.
Внезапно в комнате появляется Оргос собственной персоной, заполняя комнату серым туманом. Ему бы поменьше пафоса.
— Ты молодец, хорошо держишься. Правильную тактику выбрала. Дракон — охотник, так что заставь его побегать за тобой.
Что он несёт? Не собираюсь я никого заставлять за мной бегать. Тем более генерала, от которого мне стоит держаться подальше.
— Подальше не получится. Ведь ты находишься здесь только для того, чтобы генерал стал рабом любви. Ты сделаешь так, что он потеряет от тебя голову.
Что я должна сделать? Но это не входит в мои планы.
— Зато входит в мои. Так что либо мы заключаем сделку, либо я заставлю тебя это сделать, — объявляет божок.
В следующий миг кровь в венах будто в лаву превращается. И тут сколько угодно можно быть сильной, но крик от адской боли вырывается из моего горла.
— Вот что с тобой будет, если посмеешь мне не подчиниться. Так что будь умничкой, и заключим сделку прямо сейчас.
Согнувшись пополам, я пытаюсь отдышаться. Боль постепенно уходит, но страх испытать её вновь не даёт мне расслабиться. Только сейчас я осознаю, каково это, когда над тобой имеют власть. Больно и неприятно.
И зачем ему сделка прямо сейчас? Ведь можно заключить её завтра или послезавтра, но Оргос требует сейчас. И как мне сопротивляться, если я нахожусь в «божественном» рабстве?
— Что? Сейчас? — оглушает меня рёв божка.
Затем он исчезает так же быстро, как и появился. Вот же гадство. И надо было мне так влипнуть⁈
Ну ничего. Я сильная, и я справлюсь! Иначе никак.
Надеясь, что меня больше не потревожат, я забираюсь в кровать. Для своей же безопасности не раздеваюсь. Мало ли, вдруг Ронгар передумает и решит явиться среди ночи? Нельзя расслабляться!
Что это? Мой сон прерывает какой-то звук, от которого на душе становится неспокойно.
Резко распахнув глаза, я зажмурилась от яркого солнца. Проснулась от пронзительного крика, который повторяется вновь. Что происходит?
Поднявшись с кровати, я выхожу в коридор. Вроде как крики доносились снизу. Спустившись в гостиную, я замираю от ужасающей меня картины. На полу лежит сжавшаяся в комочек Мари, а над ней возвышается Селеста, держа в руках тяжелую кочергу.
Она что, бьёт ребёнка?
— Это ты стащила моё колье! Ты хоть знаешь, сколько оно стоит? Да тебя обезглавят за воровство! — верещит эта сумасшедшая.
— Госпожа, клянусь, я ничего не брала. — Мари всхлипывает.
И я ей верю. Не знаю почему, но я уверена, что девочка ничего не крала.
— Врёшь! Да я тебя на месте прибью! — Селеста вновь замахивается.
Не раздумывая, я подбегаю к гадине и крепко перехватываю её руку.
— Только посмей тронуть девочку, и следующий удар получишь ты, — холодно произношу я.
Не знаю, откуда у меня берётся сила, но в это мгновение я готова прибить Селесту. Терпеть не могу насилие. А когда обижают детей, да и в целом людей, которые не могут ответить, это приводит меня в ярость.
— Да как ты смеешь⁈ Оборванка! — рычит гадина, замахиваясь свободной рукой уже на меня, пронизывая безумным взглядом.
— Что здесь происходит?
Глава 10
Ронгар грозной тучей нависает над нами. А Селеста вмиг превращается в невинную жертву. Я сразу же убираю руку от лживой стервы.
Глаза её наполняются слезами, а подбородок дрожит от тихих всхлипываний. Вот это актриса!
— Ронгар, эта мелкая гадина стащила моё колье, ну то самое. А эта бродяжка её защищает и угрожает меня избить. — Селеста рыдает.
Неужели дракон поверит ей? Ведь даже слепому понятно, что она врёт.
— Встань, — коротко приказывает Мари генерал. — Это правда?
— Нет, господин. Я бы никогда на это не пошла. Брать — чужое грех, — выпаливает девочка.
Я едва не бросаюсь к ней, видя, как Ронгар сканирует её недобрым взглядом. Затем выдыхаю от облегчения, когда он говорит:
— Ты можешь идти. На сегодня свободна.
Он отпускает Мари? Ронгар не поверил вранью своей любовницы?
— Спасибо, господин. — Мари шмыгает носом и убегает.
Моё сердце разрывается от такой несправедливости. Мерзавка Селеста за это ответит!
— Моей жене не пристало распускать руки. — Дракон строго смотрит на меня.
Что? Нельзя распускать руки? А любовниц это правило не касается?
Внутри меня всё закипает от злости. Ещё немного, и я засвищу, как кипящий чайник. Он поверил Мари, но собрался отчитывать меня?
— Вот-вот! Но что ожидать от той, что ошивалась на улице?
Презрительно смотрит на меня Селеста, задирая нос.
Ронгар медленно поворачивается к ней, и холод в его тоне замораживает.
— Ещё раз посмеешь выказать неуважение моей жене, и это будет последним, что скажет твой язык. Поняла?
Селеста вмиг утрачивает надменный вид и сжимается под суровым взглядом генерала.
— Ступай в мой
