косу, и хоть руки ее и были скованы цепями, владычица неба, грома и молний каким-то образом умудрилась выбраться из своей «темницы».
- Этого нам только не хватало! - ужаснулся Стоун. - Кто ее выпустил?
- Я, - ответил Шелби. - Она маг, как ни крути. Сильный маг. Толку от нее, когда она в комнате торчит? Раз уж заварила эту кашу, так пусть отдувается наравне со всеми.
- Золотая, - Ита’эль потрясла цепями. - Сними. Братом клянусь, я никому не причиню вреда.
Аж братом? А это что-то новенькое. Ин’арэном эта негодяйка дорожила.
- Сниму. Если твоя помощь будет нам необходима. Лететь ты можешь и в цепях. С Приттой. В лапах.
В глазах богини сверкнул нешуточный испуг:
- Я? В лапах?
Сой’ле беззвучно выругался и вышел за ворота. Хинтара поспешила за ним, бросив, пренебрежительно:
- Ты. В лапах.
Возражений не последовало, что для такой скандалистки, как Ита’эль, было совершенно не свойственно. И какая муха ее укусила? Топала молча, понурив голову. Не ругалась, не спорила, не сыпала проклятиями. Еще и коса эта забавная, свитер, безразмерный… Не божество, а самая обыкновенная девчонка, которая зажала нос рукой, стоило им войти в завесу:
- Ой, фу!
- Что такое? Запашок тебе не по душе? - съязвила Хинтара, забираясь по крылу. - Может, оставим ее здесь? Чтобы прониклась.
Дракон довольно заурчал. Идея ему явно понравилась. Как и Шелби, который устроился у Хинтары за спиной:
- А вы кровожадная личность, госпожа богиня! Я сражен наповал.
- Хейвен! Совесть имей! - выплюнул Дагон. - Ты флиртуешь с женщиной, сидя верхом на ее муже!
Шелби мягко рассмеялся:
- И в мыслях не было! Чужие жены для меня табу!
Мощнейший толчок задних лап подбросил в воздух массивное тело зверя. Молоденькая некромантка из Сильвенара, чье имя Хинтара узнать не успела, закричала. Шелби разразился колоритной бранью. Лишь Дагон чувствовал себя в своей тарелке. Он и за шип-то не держался. И щит добротный развернул, укрыв их от грифонов, которые летели к ним со всех сторон. Сой’ле сделал круг у стен Акрай’шиссэ и спикировал вниз, подхватив Притту, спокойную как удав, а с ней и богиню. Ита’эль удивила. Смолчала и покарать никого не грозилась!
До Грайларкана они добирались целую вечность. У Хинтары затекло все, что только способно было затечь. Руки и ноги стали ватными. Плечи свело, заболела спина.
Заброшенный город топей доверия не внушал. Покосившиеся домики, развалины дворцов и храмов. Разбитые витрины магазинчиков, покрытые слоем пепла… В окружении болот и обугленных стволов поваленных деревьев, меж которых, редкими просветами, проглядывали мелкие участки сухого грунта.
Клочок твердой почвы, пригодный для приземления, все же нашелся. Сой’ле сел в Грайларкане. На пустынной площади, где когда-то кипела жизнь.
- Дом, милый дом. В какую же дыру ты превратился, - Констанция была чернее тучи. - Думаю, наш круг призыва находится на востоке от города. В деревне Эльк. Она давно сгорела, но несколько домов там уцелело. Не на болотах же они руны чертили.
- И сколько нам идти до этой деревни? - Шелби с хрустом потянулся, разминаясь после полета. - Видел я какие-то избы в лесу. Но это далеко.
- Часа три. Если никого в трясину не затянет, - припечатала вампирша и вдруг замерла, сморщив носик. - В городе кто-то есть! Кровью пахнет.
- Нежить? - предположила Ита’эль. - Или кто-то, кого она слопала.
- Какая, к бесам, нежить! Демон… Мужчина. Чистокровный. Совсем рядом. Он ранен.
